Шкатулка Правды

Поезд прибыл в Хогсмид, и все трое благополучно добрались до школы. По дороге к каретам они встретили Джинни, которая в этом году была уже на последнем курсе. Для Гарри это стало настоящим испытанием. Он улыбался девушке, держал ее за руку всю дорогу до школы. В основном он слушал ее щебетание и старался вести себя с ней, как раньше. Она все еще оставалась для него привлекательной сексуально, но все же, сейчас его желания были очень далеки от Джинни. Гарри знал, что мог добиться от нее секса этой ночью, но прекрасно понимал, что это не принесет ему полного удовлетворения теперь, когда его мысли были полностью заняты другим человеком. Скорее всего, на ее месте он будет представлять одного известного всем зельевара, до которого так сложно было добраться. По мере приближения к замку, они с ужасом вглядывались в предстающую перед ними полуразрушенную школу. У некоторых башен отсутствовала крыша, в стенах не до конца восстановленного жилого крыла зияли большие дыры. Карета проехала по обновленному мосту через открытые дубовые ворота. Эта часть замка была полностью восстановлена. В Пророке писали, что для этого потребовалось три месяца и около сотни взрослых магов. Семья Уизли тоже принимала в этом участие. Что до Северуса, то он в это время лежал в Мунго. У всех на лицах были написаны смешанные чувства радости и боли, которые ученики испытывали, глядя на стены любимой школы. Рону было хуже всех, он смотрел в одну точку, видимо, вспоминая гибель брата. Молчание длилось, пока шли до дверей, возле которых их уже поджидал Хагрид. — Хагрид! — первым радостно закричал Рон. Юные маги бросились к нему и, окружив, обняли. — Как только я узнал, что вы приедете, сразу взял Клыка и пошел сюда. Вы бы видели, как он обрадовался! — добродушно сказал Хагрид. Пес выбрал в любимчики Рона и теперь пытался облизать ему лицо. Уизли старался улыбаться, одновременно пытаясь уйти от назойливой ласки. Гермиона и Гарри смеялись, наблюдая за его безуспешными попытками. — Все ваши вещи уже доставлены, — голос лесничего стал печален. — Места сейчас меньше, поэтому всем придется потесниться. Ваши комнаты в учительском крыле. Гермиона, желаю тебе удачи. Я думаю, ты станешь хорошим преподавателем. — Спасибо, Хагрид, — ответила она. — А мы с Гарри? — спросил Рон. Хагрид свел густые брови. — Может я и лесник, но сразу понял, что вы тут не за этим. По смущенным улыбкам парней, он понял, что попал в точку. — Приходите ко мне на днях, расскажете, — предложил Хагрид. — Мы придем, — подтвердила Гермиона.

***

Обеденный зал был полон, как прежде, и все было вроде бы так, как раньше. Свечи, парящие над головой, звездный небесный потолок, столы, ломящиеся от угощений. Во главе учительского стола сидела Минерва Макгонагалл, и ее глаза светились от счастья. Лишь иногда на ее лице мелькала тень грусти, видимо, воспоминания не оставляли ее в покое. За столом находилось несколько новых преподавателей, а так же среди них был и профессор Снейп. Гарри первым делом нашел его взглядом, когда вошел в зал. Его с друзьями места находились в начале стола факультета Гриффиндор, поэтому им все вокруг было отлично видно. В очередной раз посмотрев на Северуса, он увидел, как тот злобно испепеляет кого-то в зале глазами. Проследив за его взглядом, Поттер с удивлением обнаружил, что смотрит профессор на Джинни. Затем взгляд переместился на Гарри, и лицо Северуса заметно смягчилось. Гарри стало очевидно, что Снейп его жутко ревнует. Это вызвало у парня широкую улыбку, которую Снейп, видимо, истолковал иначе и резко отвернулся. Минерва вышла вперед, туда, где стояла стойка с орлом, и в зале стало тихо. — Добро пожаловать в Хогвартс! Как вам всем известно, школа пережила тяжелые времена. Благодаря многим сильным и храбрым волшебникам, нам удалось защитить ее. К сожалению, пока мы не успели ее полностью восстановить. Уроки старших курсов будут вестись ближе к вечеру, чтобы всем хватило классных комнат. Спальни факультетов полностью готовы для всех. Нам очень приятно видеть здесь всех волшебников, независимо от чистоты их крови. Хогвартс всегда открывал двери перед всеми, кто хотел получить знания и обучиться магии. У нас много новых учителей, но есть и те, кому удалось пережить все это вместе с нами и вернуться в школу. Профессор Снейп, — услышав свое имя, Северус кивнул с нечитаемым выражением лица, обозначив себя. — Вернулся на должность преподавателя по Зельеварению. Рубеус Хагрид — наш лесник и преподаватель по Уходу за магическими существами, — Хагрид встал, и стол пошатнулся. — Роланда Трюк — учитель по полетам на метле и судья по квиддичу, — она восторженно улыбнулась. — Сивилла Трелони, — та неуверенно подняла руку. — Профессор прорицания. Но особую радость нам доставил гость, которого мы не ожидали увидеть в этом году — Гарри Поттер, — она посмотрела на него. В зале стали перешептываться. — Благодаря тебе все мы имеем возможность вновь находится здесь. — она улыбнулась. — Гарри будет ассистировать профессору Снейпу, чтобы повысить уровень своих знаний и помочь ученикам. Их взгляды со Снейпом пересеклись, и Гарри кивнул ему. Губы Северуса дрогнули в подобии улыбки. — В его компанию будет входить Рональд Уизли, — она улыбнулась ему.  — Мы рады вас видеть здесь, Рон. И еще одна светлая голова нашей школы вернулась к нам, — ее взгляд задержался на Гермионе. — Гермиона Грейнджер. Самая талантливая магглорожденная волшебница, которая даст фору почти любому. Она будет стажироваться на Истории Магии у профессора Саммер Бакер. Худая женщина средних лет с бледным лицом и длинными золотыми волосами растянула губы в доброй улыбке и немного привстала. — Наш новый учитель По Защите от Темных Искусств — профессор Ларри Мортенссон, прибывший к нам из Швеции. Профессор имел довольно объемный вид. С круглым лицом и в пенсне, у него была лысина от лба до затылка, так что торчащие дыбом короткие волосы по бокам выглядели несколько комично. Розовая кожа Ларри скорее подходила ирландцу, чем шведу, как и открытый дружелюбный взгляд, которым он окинул всех присутствующих. Гарри внимательно всматривался в него, привычно ожидая подвоха человека, занимающего эту со времен Реддла проклятую должность. — Сейчас первокурсники пройдут распределение по факультетам, — сказала МакГонагалл. Наконец, после долгих церемоний и застолья народ начал постепенно расходиться по своим комнатам. Старосты отводили младшие курсы, попутно рассказывая им о замке, о картинах, призраках, о перемещающихся пролетах лестниц. В это время Гарри, отстав от Рона и Гермионы, старался выследить Снейпа. Тот ушел через заднюю дверь, и Гарри знал, куда она вела. Вытягивая шею и крутя головой в разные стороны, он старался отыскать Северуса. Вдруг сзади его схватили за предплечье, и он краем глаза увидел прямые черные волосы, наклонившегося к нему человека. — Жди меня в Астрономической башне, — быстро прошептал Снейп. Отпустив его руку, он уверенно пошел прочь, вслед за другими учителями. Гарри улыбался, наблюдая, как он уходит, и от этого стремительного движения развевается подол его мантии. Снейп сдался? Не факт. Возможно, он просто хочет поговорить без свидетелей. Но все равно, возможность провести с ним время вызывала у Поттера приятную тяжесть внизу живота. — Гарри, постой! — послышался голос Гермионы. — Идем в кабинет директора. Я договорилась с Макгонагалл, что мы к ней придем. О, нет! Шкатулка! Он так увлекся мыслями о Снейпе, что совсем забыл, для чего они здесь. Он сильно надеялся, что этой ночью сможет убить сразу двух зайцев. Лишь бы Северус его дождался. Когда Гарри поднимался вместе с друзьями по винтовой лестнице, каждый его шаг отдавался тяжелой болью в груди. Слишком свежи были воспоминания о Дамблдоре, который делал это место не менее загадочным, чем он сам. Об омуте памяти, глядя в который в ночь битвы он узнал, что сам является последним крестражем и должен умереть. И конечно о Снейпе и его тайной жизни двойного агента. Вспомнил о той жуткой ночи, когда погибло множество его друзей… Римус и Нимфадора мертвые, но так и не расцепившие рук. Фред, который унес с собой и часть жизни Джорджа. Минерва сидела за столом Дамблдора, где практически ничего не изменилось, за что Гарри был ей особо благодарен. Сквозь боль потери пробивались теплые и приятные воспоминания об этом месте. — Проходите, — сказала она и поднялась. — Я знаю, что вы искали меня, мистер Поттер. Что у вас случилось? — Хотел узнать, известно ли вам что-нибудь про шкатулку, которая хранилась в моем сейфе в Гринготтс? Кто-то украл ее оттуда… Так вам что-то известно о ней, директор? Обойдя стол, Макгонагалл пристально на них смотрела, на ее лбу выступили морщины. — Что за шкатулка? На помощь пришла Гермиона, которая достала копию страницы из книги. — Вот она, профессор. Мы думаем, ее похитили сами Пожиратели, чтобы никто не смог узнать, что в ней спрятано, — она замялась. — Или для того, чтобы самим ее открыть и использовать… Глаза Минервы округлились от удивления. — Как это оказалось у вашего отца? — Вы знаете о ней? — спросил Гарри, еще больше удивляясь. Она быстро кивнула. Минерва явно была взволнована и расстроена, она совершенно не могла понять, как все это произошло. — Эту вещь передавали в семье Малфоев из поколения в поколение, чтобы те охраняли ее и хранили тайну всех злодеяний Темных магов. Я знаю, что Люциус привез ее в школу. Вероятно, он хотел ее открыть, чтобы самому использовать. Больше я ее не видела. — Малфои! — закричал Рон. — Я же говорил, что это их рук дело! Хорек украл у тебя мантию-невидимку, теперь шкатулку, они не угомонятся, пока кто-то из вас жив! — Это смелое заявление, Рональд. Но даже с помощью мантии-невидимости нельзя пробраться в банк Гринготтс. — Но нам же это удалось! Вот и кто-то другой смог это сделать! Мы не знаем с чего начать искать, директор, — выразила общую мысль Гермиона. Минерва задумалась. — Я думаю, вам нужно поговорить с Люциусом. Возможно, он единственный знает, почему ваш отец, Гарри, забрал ее и хранил у себя. Если кто-то решил ее открыть, то сейчас все Слизеринцы будут в опасности. Все трое переглянулись. — Они все виноваты? — удивился Рон. — Даже первокурсников ждет Азкабан? — Нет, — поспешила объяснить МакГонагалл. — По легенде ее может открыть только истинный Слизеринец, наследник Салазара. Мы знаем только одного, это был Волдеморт. — Что, если он опять не умер? — предположил Гарри. — Ему незачем ее открывать. Он может самолично наказать их всех, — опровергла его теорию профессор. — Он умер, Гарри. Но я соглашусь, что нельзя отрицать, что он больше не вернется. — Значит, ее похитил тот, кто хочет наказать всех Пожирателей, — выдвинула новую теорию Гермиона. МакГонагалл кивнула. — Думаю, что так оно и есть. Остается лишь ждать. Если у Слизеринцев начнутся неприятности, то это более чем вероятно из-за шкатулки. Похититель будет оставлять следы, и вы сможете его вычислить. — Но кто? Кому после войны понадобилось это? — спросил Гарри. — Тому, кто считает, что убийства Волдеморта не достаточно. Тому, кто жаждет отомстить. Воцарилась тишина. Вариантов, кто бы это мог быть, ни у кого не было. Этот кто-то мог быть кем угодно. Они переглядывались, пытаясь найти ответ, которого не было. Напротив, вопросов стало еще больше.