Кажется, это был апрель

Утро в академии всегда такое непредсказуемое. Никто не знает, выдернут ли их вдруг на место преступления в пять утра или же учителя сами отправятся спасать мир, оставив нерадивых учеников досыпать свои положенные часы в теплой постели. Но сегодня на удивление слишком спокойный день. Яойорозу заваривает Денки зеленый чай с лимоном по их маленькой негласной традиции. И он, сидя на кухне, сонно наблюдает за снующим туда-сюда Иидой, который собирает их тетради с домашним заданием и попутно проверяет их, а кого-то и вовсе заставляет переделывать и тыкает носом в очевидные ошибки. Киришима с шести утра пытается подкрасить корни волос под чутким руководством Бакуго. Мина, весьма довольная жизнью, спит у него на коленях, ну просто потому что на диване же не так удобно. И ему остается только согласиться и пить дальше свой горячий чай. В голове так некстати мелькает мысль о том, какое сегодня число и, забрав у Мины мобильник в поисках календарика, он понимает, что сегодня тридцать первое октября. И ему хочется и повыть и пореветь. Забыть про любимый праздник… Ну как так можно? Он же всегда готовился к Хэллоуину чуть ли не за месяц, искал костюмы или даже придумывал их сам. Он мечтательно улыбнулся. В прошлом году они с Киришимой столько шороху навели в общежитии, что их потом Айзава при всех отчитывал и даже на дежурство поставил на целый месяц. Это не пугало, наоборот, вдохновляло на новые свершения, хотя времени на подготовку вообще не было и нет, но, если привлечь сюда Хитоши, то может получиться что-то очень даже занятное. И Денки довольно улыбается своим мыслям, залпом допивая уже остывший чай. Нужно только позвонить Шинсо и ненавязчиво намекнуть на очень хороший вечер если он ему кое в чем поможет. Он поколеблется, конечно, для вида, но согласится, точно согласится. *** В общей гостиной царит приятный полумрак и витает запах печеных яблок с корицей. На окнах стоят «мега-жуткие» тыквы с кривыми рожицами, в которые Мина с Киришимой аккуратно ставят маленькие свечки, предварительно прося Шото их зажечь. Бакуго с Изуку на кухне пытаются испечь яблочный пирог на первую пробу. Правда, они громко ругаются и спорят насчет количества ингредиентов и их кулинарных достоинств, но все же оттуда постоянно слышится мелодичный смех Деку, перебивающий вопли разгневанного Бакуго, поэтому Денки за кухню и пирог почти не переживает и это, наверное, к лучшему. Остальные все еще не вернулись со своих индивидуальных тренировок, и Каминари с интересом думает о том, помнят ли они вообще о Хэллоуине и какие планы у них были на этот теплый вечер. Он искренне надеется, что вечер удастся на славу, и никто потом не будет его проклинать за отвратительную идею устроить общую пати. *** — Ками, помоги мне, пожалуйста. Очако сосредоточенно пытается развесить светодиодную гирлянду, мигающую рыжими огнями, но из-за царящего в гостиной полумрака совсем не видит тех маленьких серебристых гвоздиков, на которые ее нужно повесить. Денки согласно кивает и быстро делает две крохотные шаровые молнии, которые легко подсвечивают Урараке, словно самые настоящие светлячки. Девушка улыбается и искренне благодарит его. Денки доволен. Все сейчас чем-то заняты, но, главное, они делают это с должным удовольствием и пропитываются той осенней атмосферой тепла, уюта и горячего кофе с маршмеллоу. Все идет по плану. *** — Ты уверен, что это хорошая идея, солнце? Шинсо, пока их никто не видит, треплет его по волосам и прижимается губами к бледной щеке. Денки в ответ лишь тихо смеется, невесомо касаясь чужих искусанных губ. — Конечно уверен. Пойдем к остальным, нам уже пора. Он тянет его с собой за руку и больше не оглядывается, увлекая Хитоши в таинственный полумрак гостиной. Ребята, не дождавшись их влюбленной парочки, уже включили «Кошмар перед Рождеством» и, оккупировав пространство перед телевизором, увлеченно переговаривались и толкались в попытке усесться поудобнее и урвать кусочек пирога побольше и повкуснее. Каминари же, посмотрев на эту веселую несуразицу, легко выуживает из чужих рук две чашки с горячим шоколадом для себя и Хитоши, достает из-за пазухи маленький пакетик круглых зефирок, предусмотрительно припрятанный им заранее. Шинсо на это лишь довольно усмехается и тянет Денки к себе поближе, на мягкую гору подушек на полу и довольно потягивает свой горячий сладкий напиток. Каминари тепло, до безмерного уютно в этой домашней атмосфере в окружении близких его сердцу людей, и он с энтузиазмом вгрызается в сочную мякоть пирога и щурит глаза в сторону телевизора. Хэллоуинские мотивы пробираются под корку мозга, заполняя собой расслабившееся сознание, и многие напевают слова этой с детства знакомой песни, качая головой в такт забавной мелодии. «Это хэллоуин, это хэллоуин, Тыквы пляшут меж руин. Это хэллоуин, смерть кругом, а ты один, Хэппи-энд не вообразим. Жуткий страх, ты один В королевстве Хэллоуин» *** Фильм только что закончился, оставляя после себя приятно-тягучее послевкусие, но тут свечи неожиданно гаснут и по комнате проходит встревоженный шепоток вперемешку со смехом и шутливыми толчками в спину, мол «это твои проделки или, может быть, твои» Страха нет. Им не пахнет, его пугливые нотки не читаются в воздухе, перебивая запах подгоревшего яблочного пирога. Напротив, ясно чувствуется чужой вспыхнувший азарт, восторг и восхищение вперемешку с горящим интересом. — Народ, давайте сюда. В темноте никто голос Шинсо не признает и подвоха никакого — по крайней мере, в этой части маленького происшествия, — не чувствует, и все спокойно откликаются в ответ, попадая под влияние чужой причуды. Веселье началось. *** Общежитие 1А класса превращается в лабиринт ужасов ну или замок кошмаров. Впрочем, значения это никакого не имеет, потому что возмущенные, а чаще испуганные возгласы уже разносятся по темным коридорам, и звук усиливался, с треском разбиваясь о стены. Каминари ликует. Что может быть лучше удавшегося праздника, чем его самая вкусная и сочная часть. Особенно, в которой он сам кричит не своим голосом от внезапно накатившего холодной волной ужаса, потому что Шинсо тоже не преминул напугать возлюбленного, резко появившись сзади и затолкав его в одну из комнат завязал ему глаза шелковой лентой. — Чего орешь то? Ты ж типа у нас не пуганый. Шинсо напористо целует его, притягивая к себе ближе за талию, пока Каминари смеется и пытается оттолкнуть парня от себя, чтобы немного отдышаться. — Я, кстати, пока до тебя дошел, добрую половину класса видел. И знаешь что, я им не завидую. Я так посмотрю, ты у нас весьма жесток да, Каминари? Парень кивает в ответ. Пока его одноклассники были под действием причуды Шинсо, он успел основательно набедокурить во всем общежитии и теперь остался весьма доволен результатом. На стенах была краска — черная и красная, косые пентаграммы и заклинания на латыни. Также Каминари не постеснялся добавить все того же пресловутого красного на безвольные тела друзей. Чем больше непоняток — тем страшнее и веселее, поэтому некоторых пришлось примотать с помощью причуды Сэро к стене, а парочка человек даже удостоилась красивых животных голов. После этого Шинсо кажется, что Каминари не просто жесток, но и кровожаден, потому что головы больно уж похожи на живые, а перепуганные крики ребят чересчур будоражат кровь, потому что его сегодня еще не пугали. И, признаться честно, его это немножечко, ну самую малость напрягает. Каминари наконец-то отвечает на его настойчивый поцелуй и даже перехватывает инициативу, выскальзывая из кольца горячих рук, и теперь Хитоши сам оказывается застан врасплох и прижат к стене. Повязка соскальзывает с чужих глаз с тихим шелестом и Денки это кажется до безумия правильным — теперь он владеет ситуацией, поэтому завязывает Хитоши руки за спиной и, прикусив мочку уха в собственническом жесте, подталкивает его в сторону кровати и отходит. — Я скоро вернусь, не скучай, любимый. Светлая макушка скрывается за дверью и Хитоши остается только гадать, что в этот раз задумал его неугомонный парень. Но уже через пару минут слышен характерный стук в дверь вперемешку с отборным матом Бакуго и успокаивающим голосом Киришимы. — Какого черта дверь в мою комнату закрыта, а? Шинсо прыснул, утыкаясь носом в подушку, в нелепой попытке заглушить смех. Оказывается, он случайно перепутал комнату Бакуго и Каминари, так как они находятся рядом и теперь он закрыт в чужой комнате и брошен на чужую кровать на абсолютно неопределенный период времени. За дверью все так же матерится Бакуго, по этажу разносятся визгливые крики, в которых даже угадываются голоса Тоору и Асуи, а время уже давно перевалило за полночь. Остается только дождаться Каминари и приступить к его главной части торжества. В общем, праздник удался, а план Денки оказался идеален и восхитителен, все как полагается будущим про-героям — мега круто и супер страшно.