Айзава Шота
31 октября 2020 г., 12:52
Ничего не подозревающий Айзава спокойно дремал в учительской с открытыми глазами, уперев взгляд в бумаги. Ну что поделать с такого человека, который просто был с хроническим недосыпом? Мик же, явно прознавший о замысле директора и немного неприятной ситуации, которая сложилась с героями из другой страны, прославенной своими морозами, серой атмосферой и хмурыми жителями, нервно смотрел на Шота, понимая, что тот будет не в восторге.
И вот, когда настало время расходится, Хизаши выловил своего друга, который ненавидел свою сущность альфы, притворяясь бетой, так как считал вторичный пол той еще проблемой и занозой для любого героя. Шота смотрел на Хизаши недовольно, так как после этого утомительного дня среди собственных учеников и их работ, которые он проверял не так давно, ему хотелось просто отправится домой, купить продуктов и пару банок пива, чтобы выпить их и расслабиться.
— Что такое?.. — Айзаве показалось, что Мик слишком долго молчал, кусая и так тонкие, бледные и шершавые губы. — Если ты решил просто смотреть на меня, я пойду домой…
— Тут… — но Шоте резко позвонили, не давая Мику ничего сказать.
Оказалось, что способность мужчины была нужна и его вызывали на миссию, так что разговор с другом и посиделки вечером в собственной пустой квартире с банкой пива откладывались. Альфа тяжко вздохнул, быстро уходя на точку сбора. На месте было пять человек, не считая Шота. Он невольно приметил, что из знакомых ему героев тут нет никого, только Старателя, который не любил участвовать в таких вот «тайных» вылазках.
— Так! — раздался приглушенный и приятный женский голос, весьма юный для героини, которую посылают на такую миссию, но при этом слышался какой-то акцент, что немного раздражал Айзаву. — Раз все мы смочь собраться, надо обсудить пл.план!
Шота посмотрел на обладательницу сего голоса, увидев девушку, явно молодую, по его меркам ей не больше двадцати трех, в костюме, напоминающем расцветкой военную форму, на удивление он был закрытый и необтягивающий, как любили героини любого вторичного пола, да и мужчины-омеги. На лице был шлем, который закрывал все лицо и голову, и смотрелся он красиво с ее костюмом. Шота принюхался и с каким-то раздражением понял, что перед ним бета, а ведь только беты и могли скрывать свое тело, думая примерно как и он. Но при этом свежая нотка в ее запахе его привлекла.
— Вы знать, что Лига Злодеев проникнуть в Тюрьма Строгая Типа моей родины, — Шота об этом слышал, но в подробности не вдавался, хотя знал, что там было много отпетых злодеев, которых и вылавливали герои той самой страны, да и чаще всего именно туда в какой-то промежуток времени рвались те злодеи, когда не было известно о строгости законов тех мест и жесткой подготовки героев. — Они переместить куча злодеев в Япония.
Она рассказала план, который был уже давно ей разработан; иногда приходилось повторять, так как в некоторых случаях ее было сложно понять. А план состоял в том, что нужно было разделиться на два отряда, отвлекающий и занимающийся зачисткой. И именно из-за этого Энджи был тут. Старатель был в главе первого отряда, в его подчинении был один герой из его агентства и коллега той беты, которая представилась Зина-13, не переводя на японский или английский.
А вот Айзава попал под ее командование, он не был сильно этому рад, так как третьим был еще один герой, прилетевший с Зиной-13. Рассказав и о деталях, те весьма быстро справились, так что Шота не совсем понял зачем его вызвали, так как эти герои были натренированы на командную работу и их причуды были уж слишком хороши и совместимы. У Зины-13 способность была двойной: она могла перемещаться в пространстве на небольшие расстояния, то есть до двадцати метров, и в ее теле было целое хранилище различного оружия, которым она превосходно пользовалась.
Проработав так всю ночь, Зина-13 отвела их обратно на место сбора, шлем она не снимала, от чего ее голос немного заглушался, но она проговорила весьма четко, от чего в голове Шоты запечатлелась та немного грустная от природы или жизни нотка.
— Спасибо за сотрудничество, — в ее голосе не было усталости, да и в позе, что не сказать о японских героях. — Герои этой страны могут заслуживать уважения.
На этом они и распрощались, так как самых явных преступников они выловили, им оставалось зачищать уже по одиночке и ждать. Так что на какой-то промежуток времени они расстаются.
Как только Айзава вернулся домой, он хотел просто завалиться спать, но как бывает, только он решил упасть на кровать, как зазвенел будильник, оповещая, что ученики через часа два будут ждать его в классе. Поэтому он пошел в душ под холодную воду, чтобы хоть немного взбодриться, а потом он по обычаю отправился в кофейню, заказывая самое горькое, крепкое и черное кофе с классическим круассаном.
Он не остался в заведении, поедая это по пути. Но его чуть бы не сбил мотоцикл, незаметно подобравшийся, так что Айзава разлил на себя желанную жидкость его бодрости. Обладатель сего транспорта решил не возвращаться, продолжая гнать по своему пути.
Как только он дошел до академии, в глаза героя бросился знакомый двухколесный транспорт и девушка, паркующая свое чудо из металла. Шота немного сощурил глаза, рассматривая девушку. Ему показалась она смутно похожа телосложением на кого-то, но когда она сняла шлем, то все выбилось из головы: хоть сейчас необычной внешностью не удивишь, но вот ее самые обычные черты почему-то говорили мужчине, что перед ним европейка, но ее взгляд и лицо без эмоций что-то переворачивали в его груди, обрывая. В голове проскочила мысль, что с ней он не хотел бы сталкиваться.
Немного помедлив, незнакомка проскочила спокойно на территорию академии, немного поправив сумку на плече. Она не была в школьной форме, только в самых обычных синих джинсах, подчеркивающие округлые бедра и свободной болотного цвета рубашке с длинным рукавом.
Шота прошел за ней, наблюдая, как та уходит в сторону директора, махающего ей лапкой. В этот момент к нему подошла Полночь, осмотрев каким-то заинтересованным взглядом коллегу.
— Незу просил тебя подойти к нему перед уроком, — она как-то хитро улыбнулась, давно прознав про его пол; она пропела следующую фразу с каким-то удовлетворением уходя в корпус. — Только не нервничай, сладкий.
— Что ему надо?.. — ворчливо прошептал Айзава, чувствуя что-то неладное, да и вчерашнее поведение Мика немного его напрягало, как только он удосужился промотать свои воспоминания до того звонка.
Медлить тот не стал, отправляясь в кабинет директора и встречая пару учеников, которые уважительно с ним поздоровались. Но он на них даже не обратил внимания, так как реальный недосып не давал концентрироваться на нескольких вещах. И вот Айзава, немного недовольный липкой влагой на одежде, прошел без стука в кабинет, но там никого не оказалось (что было не удивительно), так что Шота просто сел на диванчик сбоку от стола и стал дожидаться.
***
Пока Шота дожидался директора, тот был погружен в разговор с новым человеком. Т/и немного хмурилась, рассматривая стены академии. Было непривычно, так как на ее родине такие места больше напоминали какое-то училище для военных со строгим режимом, так что в герои у них не все рвались, так как это не сказочная популярность и благодарность, в их случае — вечное недовольство граждан, осуждение, большая ответственность и непосильные обязанности. — Так ты уже сколько работаешь героем? — задал повторно вопрос Незу, явно немного шокированный ее ответом. — С четырнадцать, — она немного склонила голову на бок, — то есть восемь лет. — Это ненормально… — он прекрасно знал о ней, когда получил ее дело для ознакомления, но чтобы ребенка посылать на тяжелые миссии с такого возраста… это было чем-то нереальным, но Незу видел перед собой вот такого изломленного жизнью ребенка, выросшего без понимания и одобрения. — У вас всех так рано отправляют? — Нет, — отрицательно мотнув головой, Т/и дернулась от смеха детей первого года обучения, которые общались со старшими курсами. — Все зависеть от способности. Моя подходить тогда… — Ясненько… — он посмотрел на эту омегу, идущую с ровной спиной и гордо поднятой головой, немного с армейской чеканной походкой. — Ты будешь помогать учителю 1-А класса, Айзаве Шота… больше известного как Сотриголова. Я выделил тебе два часа в неделю, чтобы ознакомить этих учеников со своей культурой и вашими героями, но тебе наблюдать за ними во время тренировок, чтобы обмениваться опытом… Так же был отправлен другой герой к ним, который должен был делать в их академии то же самое, но самое ужасное, что там не было этого ознакомления с другой культурой и бытом, так как это могло поднять бунт и привести к ненужным надеждам студентов. — Просить вас не говорить Айзаве Шота моего геройского имени… — Т/и не хотела, чтобы он увидел в ней, обычном человеке, беспощадную бету Зину-13. — Ему будет лишним… — Конечно, — улыбнулся директор, открывая кабинет. — Ты уже пришел! В кабинете продолжал сидеть герой, немного клевая носом, от чего вызвал у Т/и снисходительную улыбку. А вот Айзаве она не понравилась, да и их встреча его немного насторожила. Тот приветственно кивнул, смотря на девушку, что прошлась по кабинету, рассматривая его. Она не обращала больше на мужчину внимания. — Мой друг, — начал Незу, смотря на учителя, — с этого дня у тебя есть помощник. Она из страны ХХХ, будет вести два раза в неделю ознакомительные занятия с их культурой, новое расписание тебя ждет в учительской, а также она будет присутствовать на всех занятиях твоего класса. — Я против, — резко отрезал Шота, посмотрев на Т/ф, замечая знакомый запах, но лишь оттенок омеги его оттолкнул от мысли о той героине, которая застыла на месте, явно не привыкнув к тому, что можно говорить что-то против. — Шота… Я все понимаю, но тебе придется меня послушать… — Незу вздохнул, прекрасно зная, что тот был таким… не любил в свое пускать чужих. — И на этот раз это не обсуждается. Знакомься с Т/и Т/ф. Айзава посмотрел на нее недовольно еще раз, но потом прикрыл глаза, снова делаясь пофигистом. Он сказал, что сейчас классный час, так что им обоим надо поспешить. Спорить Т/и не стала, идя за ним. Они молчали, если Т/и не знала о чем говорить, да и палить свой голос не хотела, то Шота от усталости вообще ничего не хотел. Как только они прошли в класс (после того, как забрали расписание), все затихли, не ожидав увидеть с учителем девушку. Иида же начал что-то говорить классу, но тот, как всегда, был паинькой. Ребята стали рассматривать Т/и, а та держала каменное лицо с грустным взглядом. — С этого дня это ваша новая нянька и учитель по культуре страны ХХХ… — Айзава сказал. — И сейчас у вас будет урок с ней… Тот же сел позади класса, взяв из-под кафедры свой любимый мешок. Т/и же встала за кафедру, получив весьма многозначительный взгляд Минеты, так как он увидел симпатичную омегу, но она его игнорировала. — Меня звать Т/и Т/ф, — проговорила девушка, поправив прядь волос, что выглядело мило. — Я плохо говорить на японском, но надеюсь вы мне помочь с этим. Сегодня я рассказать вам о нашей главном училище. Т/и быстро включила презентацию, на первом слайде было написано на японском название училища, как и на ее родном языке. Также фотография главного корпуса на фоне осенней серой природы, само здание было высоким желтого, немного грязноватого оттенка с глиняной выделкой и колоннами… Конечно, рассказы у таких ребят, росших в более лучших условиях, имеющих выбор, вызывали какое-то недоумение и непринятие. Но что поделать, если даже Т/и выбрала такой путь не самостоятельно. Все решила кровь. Ведь она тринадцатая Зина, которая имеет только такую способность, как и первая… Да, были практики близкородственных браков для сохранения чистоты линии, но говорить уж самые страсти Т/ф никак не могла, но Айзава понял, что все намного хуже. В его голове было всего одно «Зина-13», ему внезапно захотелось узнать, что это значит, так что он прямо задал вопрос, на который Т/и не хотела отвечать, но пришлось, да и ничего такого не было, особенно для учеников, слышавших это впервые. — Зина-13… — повторила Т/ф, прикусив губу. — Оружие нашей страны в тринадцатом поколении. Имеет большой функционал, полностью подстроенный под нашу систему…***
Из головы Шота не выходили ее слова на протяжении трех недель, а ведь он прекрасно понял, что та героиня, которой является Т/и, и есть то самое «идеальное оружие их страны». Ему было как-то не по себе слышать от омеги такие слова. Он стал часто к ней присматриваться, не замечая, что мог пилить ее долгими взглядами. Но верить в связи между альфами и омегами Шота никогда не собирался и просто решил, что его привлекает ее необычная судьба. Он стал все чаще узнавать и интересоваться о стране Т/ф, но та, прознав это, решила остановить мужчину, прекрасно зная, что это могло быть опасным, прознай те ребята, что приехали вместе с ней. Так что, выловив Айзаву, она запихала того в один из классов, который был энное количество времени на ремонте. Тот смотрел на нее непонимающими глазами, так как уже второй раз она срывает его планы, связанные с хмельным напитком. — Для ваше блага, — проговорила Т/и, смотря на него упрямо, но та тусклость, которая превосходила в несколько раз блеклость черных глаз самого Шоты, немного заставила сердце героя щелкать от неприятных ощущений, — не надо углублять ваши знания о моей родине. Это не принесет вам ничего хорошего. — Почему же? — он явно не хотел отступать, а близкий запах этой омеги немного туманил его разум, а ведь у альфы со дня на день должен был начаться гон. — Ты же сама рассказываешь нам о ней… — Я говорить то, что можно, — скрывать этого она не стала, — мне сказать, что вам стоит знать, что нет. И то что не надо, лучше не искать в архиве. — Хм… — тот склонил голову. — Но у нас и так мало о вас известно… Что я мог такого узнать, что должно принести опасность? — Отвечать не буду, — Т/и хотела было уйти, но ноги внезапно ослабли, как только она надышалась запаха этого альфы. — Что ты со мной сделать?! Она начинала злиться, но не из-за того, что этот альфа мог ее спокойно поиметь, а только из-за того, что ему могут из-за это навредить, так как Т/и, как чистокровной собаке, надо было хранить чистокровность для продолжения поколения «Зина». И ей реально было страшно за этого альфу, ведь она осознала, что они истинные, хотя им и не суждено быть вместе. — Не трогай… — она поняла, что ее омега стала отвечать, заполняя комнату запахом девушки, что явно не благоприятно влияло на состояние альфы. — Тебе это не надо… Но Айзава уже не мог соображать, природа, которую он так не любил, становилась сильнее него, затмевая любой здравый смысл. И сегодня они оба получат то, чего боялись по своим причинам: она из-за закона и наказания, он из-за вмешательства сущности в его жизнь героя. Но главным было то, что им было хорошо. Сопротивляться долго Т/ф не смогла, отдаваясь полностью Шоте, а тот только этому был рад, понимая, что не сможет ее оставить… Ему так казалось. Они провели вместе в этом кабинете до позднего вечера, а потом Т/и со слезами смотрела на альфу, приняв решение для его блага. Она не позволила на себе поставить метку. Как же ей не хотелось лишать себя этого настоящего счастья, ведь этот мир отличался от ее. И теперь она ненавидела то, что творило ее государство. Но она, имея полную подготовку к разным случаем, сделала резкую и быструю инъекцию альфе, так что тот не вспомнит о проведенной ночи с Т/и и обещании ее не оставлять, а она сама… переживет. Все равно в ней не осталось ничего, что может осчастливить другого человека, давно прогнившая и уродливая внутри…***
После первого занятие прошло больше двух месяцев, а их проведенным вместе гоном альфы чуть больше месяца: они вместе пережили второе нападение Лиги Злодеев, в которой Т/и показала свой «большой функционал», безжалостно убивая злодеев, некоторых пытая, чтобы выудить информацию. Шота смотрел на нее и не верил, что она была такой, ведь он незаметно для себя, влюбился в ее расчетливость, строгость, четкость и рациональность. Нет... Это он так думает, он просто ее полюбил без всяких причин, не помня о их ночи, но цепляясь за ее манящий и дурманящий запах, не позволяя себе подойти к ней. Но говорить об этом он боялся, хотя Т/и это заметила, от чего стало больно, что память обмануть легко, но не сущность. Но… но ей не суждено любить, так как ее брак был предрешен с родным младшим братом, чтобы создать Зину-14. И вот, когда казалось, с Лигой было на сегодня покончено, как кто-то напал на Айзаву. Он не мог увернуться, не успевал воспользоваться причудой, а вот тело Т/и двигалось само по себе. Она не заметила, как оттолкнула мужчину, принимая весь удар на себя. Вся ее грудная клетка была прожжена, а изо рта пошла кровь. Омега упала под ноги злодея, который хотел добить девушку. Айзава замер, не в силах ничего сделать. Его альфа умолял спасти их омегу, рвался наружу, но тот от осознания, что это его истинная пара, что она умирает перед ним, не давали здраво мыслить. Т/и же смотрела на злодея с какой-то злорадной улыбкой, понимая, что новой Зиной станет ее сестра, которой всего шесть лет. И как же не страшно было умирать, ведь она ненавидела себя, ненавидела всю кровь на своих руках, но сил посмотреть на Айзаву не было, так как тогда ее сердце дрогнет и она будет сожалеть, что не попыталась наладить контакта со своим истинным. — Ш..шота… — проговорив это, Т/ф не смогла сдержать порыва, поднимая на него глаза, а из легкий невольно выбивается воздух с кровью, стекающей по подбородку, когда она произносит то, что всегда хотела сказать. — Я всегда ждала… истинного, который спасет меня из этого ада… Злодей же специально дал договорить ей, чтобы увидеть полностью разбитого Айзаву, но эти слова подействовали на героя противоположно. У него непонятно откуда взялись силы, так что смог аннулировать способность злодея, а подоспевшие внезапно студенты смогли повязать того, кто хотел убить Т/и, убить омегу Айзавы. От боли Т/и потеряла сознание, но Шота увидел, что от этого ожога стали видны белые ребра девушки. Он просто не знал, что делать и молил все существующие силы, чтобы она выжала. Еще не осознавая, что впереди будут трудности хуже этих… И смерть Т/и была бы самым лучшим исходом… Но он же ее герой, который не сдастся и попытается ее вытащить из той серой страны, из тех тяжелых пут, сделав своей, не даст просто обречь ее на нелюбовь и проклятие Зины ее ребенка. Но это потом. Сейчас он ждал скорую, выводя детей за пределы леса, к дороге, где их ожидали. Он нес Т/и на руках, прижимая к себе и чувствуя ее сердцебиение. И ему казалось, что это сердечко бьется для него, что и его подстраивалось под ее ритм. — Не отпущу… — прошептал он, поцеловав ее в висок, но что-то обрывалось в груди.
