Конец света

Инцидент в Камино, как его потом назовут в заголовках статей и газет, транслировался по всей стране. Над обломками города летали вертолеты, ведя прямой репортаж с самого эпицентра битвы. Всемогущий сражался со Все За Одного. Фанаты и обычные обыватели неотрывно от экранов наблюдали за героем номер один, молясь о его победе. Сидя в своих квартирах у телевизоров, за рулем, на работе и на улицах, они плакали, кричали и поддерживали всем своим сердцем Всемогущего, что сражался против Все За Одного. Если не он, то никто. Репортеры комментируют детали, пытаясь объяснить, что происходит за густым дымом, а затем камера ловит силует истинной его формы: худой и ослабленный, весь истекающий кровью. Он почти без сил… — К-кажется.. Это все еще Всемогущий!! — и все продолжили сильнее поддерживать символ мира, кричали, раздирая глотки. «Плюс Ультра», — читается по губам, и герой встает в свою победную стойку, не решая сдаваться. Он должен выйти победителем, он должен выиграть, иначе никак. Всемогущий улыбается своей неподражаемой улыбкой, что дарит всем надежду, что говорит о его победе, и готовиться к удару. Ударная волна заставляет пошатнуться вертолет, повсюду пыль и обломки. Все затаили дыхание. Толпа безмолвно наблюдала за большим экраном, не смея шелохнуться. Траурная тишина сводила с ума. За дымом и пылью не было ничего видно, а затем камера развернулась к репортеру, что склонил свою голову, не смея поднять взгляда. Все всё поняли, но признавать не хотелось. Шум дождя и ветра умолк, понимая масштаб горя, город молчал. Весь мир затих. Молодой ведущий новостей тихо всхлипнул и еле взглянул в камеру. Его полные слез глаза говорили всем, что пришел конец, конец света. — Всемогущий пал, — тихо шепнул он и разрыдался, и все повторили за ней. Весь город, нет, вся страна рыдала, ведь герой номер один погиб. Этот человек действительно был единственным непобедимым героем, примером для подражания для детей, подростков и взрослых. Его улыбка в любой, даже самой ужасной и страшной, ситуации успокаивала и спасала людей. Если он улыбался, все понимали, что сейчас все закончится, и все будет хорошо, ведь он «здесь». Своим смехом и давал надежды на лучшее будущее. Он был символом мира, который сдерживал злодеев. Он был самим миром и покоем, ведь пока он был номером один, преступность в разы снизилась. Все букашки прятались от одного упоминания его имени, а люди начинали ликовать. «Все будет хорошо. А почему? Потому что я здесь», — одно крутилось в голове. Но сейчас никто не придет и не спасет их, уже некому сказать эти слова. Героя нет, и Всемогущий, который мог всё, погиб. Если Всемогущий не смог, то никто не сможет. «Но ведь у него есть преемник?», «Его силой ведь должен обладать кто-то?», «У нас еще есть спасение?», «Дочь или сын, что унаследовал великую силу.» Все тихо молились, чтобы это стало правдой, но никто точно не мог ответить на эти вопросы. Пока все горевали, битва до сих пор продолжалась. Среди бетонных плит стонали и пыхтели про-герои, которых придавило обломками после последнего удара Всемогущего. Труп первого героя лежал недалеко от ослабевшего Старателя, который уже еле держался на ногах. — И чего ты добиваешься?! — Не знаю, — разводит руками Все за Одного и замолкает, задумавшись. — Герои должны умереть. Последуй примеру Всемогущего и умри уже! — кричит он. — Но, а пока я сделал всё, что хотел, — ухмыляется мужчина, а за его спиной появляется туманный портал, в котором он и скрывается. Битва окончена, а Все за Одного вышел из нее победителем. Старатель стоит над телом и не может осознать то, что его соперника, которого он пытался догнать и обогнать всю свою жизнь, больше нет. Тут лишь лежит его бездыханное тело, а на его лице была уверенная улыбка, которая должна давать надежду, а не наоборот. Мидория стоял в толпе людей, все еще не желая принять действительности. Все это ложь, это не может быть правдой. Он косится на Бакуго, пытаясь найти единомышленников, но тот рыдал навзрыд, пряча лицо в ладонях. Изуку пронизывает озноб. «Почему ты плачешь? Всемогущий ведь победил…» Он пулей несется на поле боя, расталкивая толпу и про-героев, что уже прибыли на место. Игнорируя запрет на то, что дальше ему нельзя, ученик Всемогущего проталкивается на руины. Вот он уже рядом, дым и пыль еще не осели, а вокруг слышно лишь эхо отдаленно воющей толпы. Мидория шагает вперед на непослушных ногах к месту, которое видел на большом экране, и что-то бубнит про себя. Его глаза полны слез. Ничего не видно, но ярко-красное пятно расплывающейся крови и тусклые, когда-то золотые, волосы стали ориентиром в этом тумане. — Это все кошмар, страшный сон, и я скоро проснусь, — слезы не текут, потому что глубоко в душе мигает надежда. Она в таком же тумане, как и Изуку сейчас. Юный герой надеялся, что ему показалось, надеялся, что это кто-то другой. Он лучше поверит в то, что погиб кто-то другой, и даже обрадуется этому, нежели поверить в смерть своего примера для подражания, наставника и отца, которым Всемогущий успел стать. Но бусины слез, что все это время копились в уголках глаз, стекают по щекам, обжигая кожу, когда он замечает худую руку, сжатую в кулак, означающий победу в битве, но явно не в этой. Точно, в голове всплывают последние его слова, которые Всемогущий успел сказать всему свету: «Плюс ультра», — и его победная поза со сжатым кулаком... Мидория сейчас не тут, он где-то далеко пытается осознать все это. Он падает на колени перед худым телом и трясущимися руками хватается за еще теплую руку и крепко прижимает к своей груди, давая волю своим чувствам. — Всемогущий… — тихо прошептал Мидория и попытался прикоснуться до его золотых волос, но его одернули. — Парень, тебе нельзя тут находится, — пытаются его увести, но мальчишка хватается за безжизненное тело, ревя навзрыд. Изуку был так близок со своим учителем, ведь это ведь Всемогущий научил контролировать его разрушающую все вокруг и самого себя силу. Для Мидории Всемогущий был не просто учителем, героем и символом мира, на который нужно ровняться, он был его наставником и отцом, чью любовь он так давно не получал. Бездыханное тело лежит в луже собственной крови, а его золотые волосы потухли и будто потеряли цвет. Голубые глаза больше не горели энергией, но на лице все еще держалась уверенная улыбка, спасшая когда-то тысячи жизней. Всемогущего больше нет. Настал конец света.