Второй шанс

Вот уже больше семи месяцев Кайлин жил в охотничьем замке короля Шакалов один. Ну, или практически один. Слуги и бета – целитель Ной - не считаются. Арен, узнав о сроках беременности омеги, не совпадающих с днем свадьбы, выслал мальчишку подальше от столицы Шакалов. Не хватало, чтобы все в королевстве узнали, что его младший супруг - шлюха. Позора и сплетен не оберешься! Хотя слухи о меченном до свадьбы младшем принце Волков доползли и досюда, но быстро как-то утихли и забылись, тогда всем хватало других событий, чтобы мусолить на каждом углу. Королю не хотелось, чтобы вся эта грязь всплыла вновь. А так Кай родит, и малыша с Мартином отошлют деду, и все будет шито-крыто. Вот потом младшего супруга можно будет и вернуть в столичный замок, чтобы всерьез заняться своими наследниками. И вот день родов настал. Арен нетерпеливо ходил взад-вперед и нервно сжимал кулаки, когда время шло, а малыш – бастард так и не родился. Казалось, мгновения тянулись, как года, а вопли Кая раздражали. Король еле сдерживал себя, чтобы не ворваться в комнату, где рожал супруг, и не заткнуть его. А еще лучше избить, чтобы тот отключился и рожал тихо, молча. Да и взволнованный вид Мартина бесил, нашелся тут тоже переживающий. «Может, это его ребенок? А то что-то уж сильно и эмоционально переживает! Узнаю, что это правда - убью! Как он посмел коснуться, осквернить Моего омегу? Ну, вот опять! Зачем я всегда завожусь, когда думаю об измене Кая? Я не могу ревновать того, кого ненавижу! Или могу? Или люблю? Нет! Нет! И еще раз нет! Да, он симпатичный, запах у него самый приятный. Возможно, мне он даже нравится, но любовь? Нет! Я даже не знаю, что это такое. Единственное объяснение: я так его ненавижу, что все время думаю о нем! Да, такое объяснение еще хуже ревности без любви. Демон! Если это все продолжится, я просто сойду с ума! Я совсем запутался! В происходящем, в себе, в жизни, в чувствах…» – Поздравляю. У Вас, Ваше величество, родился крепкий и здоровый мальчик, хотя роды и были тяжелыми и долгими. Омега слишком слаб, потерял много крови, ему потребуется время, чтобы прийти в себя и поправиться, – сказал Ной, и на его губах появилась странная ухмылка. «Издевается! Знает ведь правду и зубоскалит надо мной», – мелькнула мысль в голове Арена, и он не сдержался и ударил целителя по лицу кулаком. Тот, не ожидав ничего подобного, от удара не успел уклониться и упал, проехав задом по мраморному полу. Но сознания не потерял и вставать не торопился. Мартин тоже растерялся и застыл на месте с широко открытыми глазами. – Что расселся, вставай и принеси мне этого ублюдка, – зло сказал Арен Ною. – И упаси меня Боги от того, чтобы я его не придушил, а целым и невредимым доставил деду. Лекарь быстро подскочил и побежал исполнять приказ короля. Малыш спал, и тот очень аккуратно взял его на руки, чтобы не разбудить намаявшегося омегу, вышел из комнаты. Бедняга столько раз терял сознание, а сейчас спит и еще не видел сына. Хотел было отдать малыша Мартину, но король сам взял мелкого на руки. «Странно, у этого малыша темные волосы и зеленые глаза. А у Волков отличительная особенность - светлые волосы и аметистовые глаза, но бывали и исключения. Крови разных королевств смешивались и получались довольно интересные гибриды. Но не только это удивило молодого короля, когда он аккуратно и нежно держал крошку на руках. Он испытывал к нему странные чувства. Нежность и гордость! Только это ничего не значит! Это не мой ребенок! Не мой! Не мой! Точка, хватит об этом думать! Это потому что его отец Кай! Это его запах меня так взволновал. С глаз долой – из сердца вон!» – подумал Арен и все так же нежно передал малютку Мартину. – Передай Саймону, договор дороже денег! Малец родился намного раньше положено срока, и меня не волнует его судьба. Он может сделать с ним все, что хочет! А теперь увези этого ублюдка подальше от меня, пока я сам его не убил. – Может ты и вождь, король, как хочешь себя называй, но поступить так с Кайлином не можешь. Он даже его не видел, не держал на руках, и он умрет с горя от разлуки с новорожденным сыном. Пожалуйста, умоляю, дай ему хотя бы раз увидеть малютку и попрощаться. Умоляю, заклинаю тебя всем, что тебе дорого, ты убьешь этим поступком Кая! – взмолился кузен младшего супруга. – Я, как ты правильно заметил, король и привык, чтобы мои приказы выполнялись быстро и четко. Убирайся и увози с собой этого незаконнорожденного. Точка! Я так сказал. – Как ты можешь такое говорить? Он ведь похож на тебя. Волосиками и цветом глаз! Твоя ненависть к Волкам заставляет тебя совершить непоправимую ошибку. Очнись, опомнись, потом будет поздно. Кайлин никогда тебе этого не простит, – не сдавался Мартин, пытаясь вразумить родственника. – Вон! Убирайся, и мой тебе совет: не возвращайся! И знаешь, почему? Я убью тебя! Слишком ты печешься о моем младшем муже. Уделяешь слишком много внимания и всегда стараешься его облапать! Может, и малыш твой? Так забирай – дарю! А вот Моего омегу ты не получишь! Вон! Мартин не стал больше слушать, а, бережно прижав к себе крошечное тельце, быстро ушел в неизвестном направлении. Арену в тот момент показалось, что дышать стало легче, и воздух в коридоре не был уже таким накаленным и горячим. « Все закончилось! Теперь нужно начать заново личную жизнь с супругом, с чистого листа, оставив все в прошлом, и смело идти в будущее! Совсем немного потерпеть и не сойти с ума! Один плюс от этих родов: доказано, что омега, доставшийся в качестве балласта с королевством, не бесплоден! Но вернуться в столицу вместе с Кайлином завтра не получится, он слишком слаб. Для всего двора была придумана история о том, что младший супруг короля уехал на воды поправлять свое слабое здоровье. Хитрый трюк и забота о супруге королем налицо».

***

Около месяца Кайлин был между жизнью и смертью, то приходил в себя, то терял сознание. В эти короткие промежутки времени, что мальчишка был в сознании, его удавалось немного накормить, напичкать пилюлями и эликсирами, чтобы хоть как-то поддерживать его силы и жизнь. Слишком молодой и слабый организм, еще полностью не сформированный для родов и поддержания сразу двух жизней. Ребенок внутри омеги за беременность высосал практически все жизненные силы Кайлина, и это его так сильно ослабило, а сами роды почти убили. И кроме того, из-за родов произошёл гормональный сбой, и у него раньше времени началась течка. Арен не смог устоять и даже не посмотрел, что парень совсем слаб и находится совсем не в том состоянии, чтобы понимать и осознавать, что происходит, и воспользовался этим. Несколько дней подряд они практически провели в постели. Тогда Кай слабо сопротивлялся, а может, и не соображал, что происходит, но король был достаточно деликатен, понимая, что может навредить супругу, и тот умрет, так и не родив настоящего наследника. Арен изменился, стал совсем другим, не таким, каким был до случайной встречи в лесу с мальчишкой, только сам пока не осознавал этого, сопротивлялся новым и непонятным чувствам. Да и какой альфа пройдет мимо, когда за дверью такой запах? Ему трудно противиться, сопротивляться. А у Кайлина он особенный… Ной тогда долго ругал короля за несдержанность, но сделанного не воротишь. Только секс с супругом дал толчок, и мальчишка пошел на поправку. И на следующее утро Кай действительно очнулся и первое, что увидел, встревоженное лицо Ноя. – С малышом все в порядке? – испуганно спросил младший супруг короля о сыне, впервые за время послеродовой болезни. – Да, не волнуйся. Роды были тяжелыми, и приходил ты в себя после них долго, но справился ты с ними хорошо. Несмотря на твое слабое здоровье, малыш родился крепким и здоровым. Завтра вы с королем вернетесь назад в ваш столичный замок, там ты окончательно и поправишься. Я обещаю, что присмотрю за тобой, – пообещал целитель. – Я хочу увидеть своего малыша. Принеси его, пожалуйста. На кого он, интересно, похож - на меня или на Арена? Скажи, ты ведь видел его? – Тебе сейчас нужен отдых. Необходимо набраться сил для завтрашнего путешествия, поэтому поспи пока, – сказал Ной и вышел из комнаты. Ему не хотелось врать и еще больше не хотелось говорить правду о том, что мальчишка не увидит своего сына до тех пор, пока не поедет навестить своих родителей. Вот только целитель сомневался, что Арен позволит ему туда поехать, пока тот не родит еще одного ребенка – наследника. А это по времени займет почти год, а может, и больше. Организму омеги предстоит еще долгий путь восстановления. Самое главное - последствий не осталось, и мальчишка не утратил способность к рождению новых детей. Когда Арен узнал, что Кай пришел в себя, то не стал торопиться к нему. Королю не хотелось сейчас встречаться с младшим супругом, ведь именно он должен сказать парню о том, что его сын уже покинул пределы королевства, так и не встретившись с отцом. Он тихо сидел в холле охотничьего замка у разожженного камина и напивался. Да! Столько всего произошло. Такое так просто не переварить, не передумать и не осознать. Поэтому самый простой способ забыть – напиться! Пить до тех пор, пока помнить! Пить. Пить. И заснуть. Остальное подождет, само собой наладится, забудется, сотрется… Арен и правда спал на диване в холле под чуть слышное потрескивание дров в камине и не почувствовал, не услышал, да и не мог услышать, как Кай на дрожащих и непослушных ногах покинул дом и пошел ночью прочь. Чтобы тоже навсегда забыться, отгородиться от всего, что произошло за этих два неполных года. Любовь, разочарование и осознание ошибки, которую он совершил, упросив отца Саймона отдать его младшим супругом Арена. Ничего уже не изменить, не исправить, можно лишь перечеркнуть навсегда, забыть и умереть… Ноги совсем не слушались, сил совсем не было, но Кай не собирался останавливаться или отступать, собрав волю и последние крупицы силы, шел. Решение принято, он и так слишком долго терпел, пытаясь доказать свою любовь жестокому и эгоистичному альфе. Сначала он просто не верил, что его пара мог так перемениться, ведь те тайные встречи в лесу были совсем другие, и он казался другим. Сама собой закрадывалась надежда, что и после брака все останется таким, и супруг останется таким, как раньше, пусть не нежным и любящим, но сильным и надежным, а он уж научит Ари любить. Покажет, что такое быть истинной парой. Да, порой принц Шакалов был жестоким и неконтролируемым, но Кайлин все это списывал на то, что в королевстве Арена даже не подозревают о таком понятии, как истинная пара. Нужно просто набраться терпения и заставить впустить Кая в свое сердце. Не вышло! Возможно, причиной было совсем другое отношение к омегам, отличное от королевства Волков, а может, сильное и жестокое воспитание Рафаэля сделало сердце будущего короля холодным и каменным. До него невозможно достучаться, пробиться, докричаться. А может, турнир? Ведь тот день у Арена забрал последнего близкого и родного человека. Только крайним во всем оказался именно бедный омега и стал мячиком для битья, и вся горечь и разочарование легли именно на его хрупкие плечи. Только Кайлину теперь уже все равно. Он сдался и опустил руки. Последней каплей стало решение забрать новорожденного сына и отправить того деду. Не дав попрощаться и хотя бы посмотреть, чтобы запомнить, ведь шанс, что он увидит его хоть когда-нибудь, равен нулю. Не сказав, не дав возможности убедить, доказать, что этот малыш - его сын. Ведь кроме Ари у парня никогда никого не было. Разве можно, встретив истинную пару, искать развлечение, похоть и страсть где-то на стороне? Нет! Это дар, который нужно ценить и пронести его через годы, обходя острые углы повседневности и ловко избегая ссор. Быть счастливым! Любить и принадлежать супругу не только телом, но и душой. «Как король мог такое даже предположить? Разве я хоть раз за все это время дал ему повод сомневаться в себе или хоть раз спровоцировал себя каким-нибудь плохим поступком? Нет! Это был просто повод выслать меня из замка, чтобы самому продолжить спать в постели Тимьяна. Супруг в таких вещах - помеха, стена, которую нужно подвинуть или обойти, как препятствие. Все это время, пока я жил здесь, один он развлекался с любовником, всюду таскал его за собой, всячески показывая, что его положение при дворе выше моего. Он - Фаворит короля, а я всего лишь омега и младший муж, с которым не стоит считаться или знать мое мнение в делах королевства. Бесправный, хорошо, что еще не запертый, как скот, вместе с остальными омегами и выставленный на обзор других альф при выборе любовника на ночь. У Шакалов такое в порядке вещей, и этим никого не удивишь и не пожалуешься! Будь у меня больше прав, я бы изменил указы и дал больше прав бедным и бесправным омегам. Но я такой же, как они, хотя официально числюсь супругом короля. Замкнутый круг, запертый замком безысходности с выброшенным ключом надежды. Хватит, я больше не хочу так жить. Да и жизнью это назвать нельзя. Никто и ничто меня не остановит…» После того как Ной ушел, Кайлину совсем не спалось, ему хотелось увидеть сына. И странная боль в груди, как предчувствие чего-то страшного и нехорошего, не давала заснуть. Молодой слуга–омега принес поесть и проболтался. Да, забыв о запрете, рассказал младшему супругу короля, что его новорожденного сына увез Мартин к Волкам, чтобы отдать деду, как было оговорено брачным контрактом. По законам Шакалов, ребенок, рожденный не по срокам, лишается всех прав на наследование трона и признается незаконнорожденным. А еще слуга–омега подслушал разговор короля и Мартина и узнал такое… такое! Их величества не считает этого мальца своим сыном, а считает ублюдком. Поэтому от радости, что избавился от позора, напился и сейчас почивает прямо в холле охотничьего замка. И Кайлину еще повезло, что за измену его не убил нынешний король. Ведь его отец, ныне покойный, убил не одного омегу за измену, как ему казалось. Хотя те бедняги вовсе и не были виноваты, просто кому-то когда-то улыбнулись. Характеры, что у сына, что у отца тяжелые, и нежностей они не знали сами и никому ее не дарили, причем никогда. – А тебе так повезло! Так повезло! Король, когда думает, что никто не видит, так на тебя смотрит! Так смотрит! Прямо глазами раздевает и ест, ест, – лепетал и лепетал омега–слуга. – Не убил. Жизнь сохранил. Все еще наследников хочет. Такая милость достается не каждому. И если честно, то только тебе первому. Так что считай, что под счастливой звездой родился. А то, что любовника имеет, так это ты сам виноват! Холоден с ним. А Тимьян вокруг него так и вьется, дарит ласки, не стесняясь, да и к играм короля в раба привык. Сам слышал, как стонет и кричит от наслаждения, когда тот его плеткой порет да по попке шлепает. А Тим в ответ: «Еще, еще! Сильнее, бей, терзай мою плоть! Я весь горю от боли и возбуждения! О! Да! О! Еще!» А ты скромный, шарахаешься от него да к стенкам жмешься, прости, дверь была приоткрыта, и я видел, как ты сопротивлялся, вместо того чтобы задом поэротичней вилять да страсть разыгрывать. Вот и терпи теперь любовника до смерти. Нашим королям страсть и стоны в постели подавай, а не строптивых мальчишек уламывай. Кайлин слушал все это и мечтал лишь об одном: чтобы этот всезнающий болтун скорее покинул его комнату. Ложное обвинение в измене, и самое главное, ребенок, отнятый у горем убитого отца - все это перевесило чашу терпения, и она опрокинулась и толкнула мальчишку к реке ночью одного. Замок спал. Спали даже стражники, и были слышны шаги Волка. Они эхом отлетали от высоких потолков, хоть парень и старался ступать как можно тише. Самое страшное было пройти через холл, где по словам слуги спал пьяный Арен. Сердце в груди билось так громко, что казалось, король услышит его стук и проснётся. Но не проснулся. И Кай медленно вышел наружу. В те месяцы, когда он тут жил один, он часто бывал на этом мосту и смотрел, как река бурным и шумным потоком неслась и неслась вперед. Вдаль, где был высоченный водопад, и там шум воды перерастал в грохот. Падая, потоки разбивались на миллиарды брызг и, вновь собираясь в потоки, бежали дальше и дальше, пока вовсе не скрывались за горизонтом. Бросая камешки в реку, парень понимал, что она глубокая, а ее потоки такие сильные, что унесут, захватив в водоворот даже медведя. Вот поэтому парень выбрал именно этот мост, чтобы исправить все свои ошибки и расплатиться за ошибки других своей собственной жизнью…