Как могло бы быть

Цепь была длинной. Достаточно длинной, чтобы Габриэль мог бродить по подвалу, сидеть за столом, отходить в любой угол и даже подниматься на первые ступеньки лестницы. Однако стоило попробовать шагнуть дальше, как ошейник впивался в шею, причиняя боль и мешая дышать. Цепь была крепкой. По крайней мере как Гейб не старался, ему не удалось ни порвать её, ни разогнуть отдельные звенья, ни вытащить её из стены или ошейника. Судя по всему, к его пленению в доме тщательно готовились. Порезать ошейник оказалось невозможным, и Габриэль сбил пальцы в кровь, пытаясь расковырять хоть один из крепежей. Он упорно убеждал себя, что выпутывался и не из таких передряг, но с каждой минутой убеждать становилось всё труднее. Книжный шкаф, унитаз за ширмой, вполне функциональный и удобный, большая ванная с душем, вода в которую поступала и из которой уходила достаточно быстро, стол и куча бумаги на нём, даже компьютер без возможности выхода в интернет - всё указывало на решительность намерений похитителя. Габриэль считался гением. И мастером выдумывать что-нибудь. Но ни одна из придуманных им отмычек не сработала на замке, скреплявшем ошейник. Ни одна из сложных систем не помогла ему вырвать цепь из стены, зато он натёр шею и, как уже было сказано, сбил пальцы. На третьем часу испытаний он начал терять веру в себя. Дверь открылась, когда он лежал на полу и пытался представить, чем ещё можно выдернуть цепь, не придушив при этом себя. Люцифер спустился по лестнице и замер перед первой ступенькой, держа в руках поднос с поистине царским ужином. Он идеально готовил. Впрочем, он почти всё делал идеально. - Тебе нужно поесть, - сообщил он таким тоном, словно Габриэль был болен, а он сам принёс любимому младшему братику большую чашку куриного бульона. - Выпусти меня отсюда! -Гейб резко сел и дёрнул цепь, которая со звоном проехалась по полу. - Ты с ума сошёл, ты не можешь держать меня здесь! - Почему не могу? - искренне удивился Люци, подходя и устанавливая поднос на письменный стол. - Мой милый братик, я уже всё продумал. И поверь, у меня нет никакой необходимости выпускать тебя отсюда, пока по крайней мере. - Незаконно держать людей в подвале, тем более, что мне уже скоро восемнадцать, - Габриэль встал и упёрся взглядом в брата. Он знал, драка ничего не решит, Люцифер не такой дурак, чтобы таскать ключ от цепи с собой. - Да, но ведь об этом никто не узнает? - Люци усмехнулся. - И ты сам сделал для этого всё. Когда ты сбежал, я сообщил в полицию. Они проверили твою записку, убедились, что это ты писал. А потом тебя видели в Питсбурге. И даже есть доказательства, запись с камеры слежения. Они обыскали весь дом и уверились, что ты сбежал через всю страну. Теперь тебя будут искать везде, кроме как здесь. - Я ведь твой брат, - покачал головой Габриэль, подходя ближе и пытаясь заглянуть в глаза. - И я тебя очень люблю. Неужели мы не можем решить всё мирно? - Именно потому, что ты мой брат, я и держу тебя здесь, глупенький, - Люцифер протянул руку и погладил брата по щеке. - Я люблю тебя больше, чем люблю свою жизнь. Больше, чем что угодно на свете. Как я могу позволить тебе опять сбежать от меня? - Мне просто нужно немного свободы, это естественно! - Гейб поморщился и развёл руками, демонстрируя, что ему странно, что брат не понимает этого. - Но свобода может быть для тебя опасна, ты понимаешь это? - строго, как с маленьким, заговорил Люцифер. - Здесь я буду полностью о тебе заботиться. Не волнуйся, я сделаю для тебя всё. И ты избежишь ужасных соблазнов. Никакого алкоголя, наркотиков, сигарет, ты не подцепишь что-нибудь от чужаков, не попадёшь в аварию, не пострадаешь из-за чьего-то недосмотра. - Ты говоришь, как безумец, - Габриэлю просто не хотелось признавать, что его брат и есть самый настоящий безумец, псих. - Мне нужно общение с людьми! Солнце, свежий воздух! - Не бойся, я буду выводить тебя гулять, когда ты привыкнешь, - Люцифер снова погладил брата по щеке. - И я сумею заменить тебе всех людей. Я буду твоим братом, другом, врагом, твоим учителем, твоим компаньоном, твоим любовником... Я буду твоим миром, Габриэль. Потому что я люблю тебя. Я очень сильно тебя люблю.