Dead end

Не успел Чонгук проникнуть на чужую территорию, как заработала сигнализация. Жаль, что Джин ретировался сразу после допроса над мужчиной. Хотя можно ли на него так полагаться? Возможно он Чона и не спас вовсе. Наверное ему, как и Чонгуку нужно было узнать местоположение Юнги. Джин неплохо сработал. Да так, что Гук теперь у него в должниках. В принципе, телохранитель уже отплатил этому отстраненному парню тем, что не прикончил его. Чонгук убийца и жутко пристрастился к своему делу. Он совершенно не может держать себя в руках, если слишком долго никого не убивает. Начинают чесаться не только руки, но и нутро. Понимает, что с точки зрения моральных норм культурного общества он на самом дне, ведь тоже когда-то был простым человеком. Понимает, но останавливаться не намерен, потому что не сможет. Себя, без чувства голода на убийства, он представить уже не может. Глубоко погрузился, замарался в этой грязи, да еще отпивает из неё, утоляя свою жажду. На верхнем этаже слышится перестрелка. Видимо Мин успел сотню другую врагов нажить. Но он добыча Чонгука, а посему любой, кто попытается её у Чона отобрать — будет безбожно убит. Телохранитель срывается из укрытия, направляясь на этаж выше. Коридор к главному кабинету усыпан трупами хвалёной охраны, а входная дверь приглашающе приоткрыта. Чонгук проверяет магазин на наличие патронов и резко заглянув в помещение, прижимается спиной к стенке. Он здесь. Чон успел заметить Юнги, сидящего за офисным столом. Он представлял всеми известного Мин Юнги немного иначе. — Я тебя ждал, Чон Чонгук, — хриплый посмеивающийся голос от чего-то пускает мурашки по телу. Брюнет хмурит брови, крепче сжимает оружие и не спеша входит в кабинет, держа его самодовольного обитателя на прицеле. Тот сидит развязно, совсем спокойно, закинув ноги на стол и хитрой полуулыбкой наблюдая за Чоном. Чонгук замечает у окна убитого, сразу определив в нём охрану Юна. Мин прослеживает за взглядом парня и сразу поясняет: — О, ну, я всего лишь слегка облегчил тебе задачу. — Что это всё значит? — прихлопнуть бы этого ненормального прямо в эту секунду, но желание услышать объяснение происходящего берет верх. — Будь хорошим мальчиком, убери пистолет, — снисходительно улыбаясь, настаивает Юнги. — У нас общие враги и нам есть о чем поговорить. Смешно такое слышать от того, кто пытался убить твоего близкого и тебя в собственном доме. Вероятно он тянет время, пока не подоспеет подмога. Только Чону непонятно для чего тот грохнул одного из своих. — У меня нет врагов, только конкретные цели, — все еще держа на прицеле, он делает шаг ближе к сидящему. Чонгук не глупец и понимает, что тут что-то не так и что он что-то упустил. Не могло всё так легко сложиться, что сам Мин Юнги преподнес себя на тарелочке, дайте только ножницы, ленточку красную срезать. Чонгук прислушивается к нарастающей тишине в здании и шумно выдыхает через нос. — Где твои псы? Что ты задумал? — Мы можем сотрудничать, Чонгук, — убрав ноги со стола, он удобней садится в кресле, примирительно приподняв руки. У Чона уже второй раз едва заметно морщится лицо от своего имени, произнесённого кем-то вроде Юнги. — Ты пытался убить моего босса, — почти рычит он, — Ким Тэхёна. Юнги не безоружен и Чонгук это прекрасно понимает, поэтому пытается прикинуть план действий. Он может выстрелить сейчас, но, если Мин каким-то образом увернется, то вероятность остаться в живых у Чонгука резко снизится, так как и без того всё еще ранен, а умирать в ближайшее время он не планирует. В любой другой ситуации Чон голыми руками разодрал бы ему грудную клетку, перемолол рёбра и заставил бы смотреть, как собственная сердечная мышца Мина замедляется, пока тот еще в сознании. — А сейчас я предлагаю свою помощь, — тянет Мин и замечает вспыхнувший взгляд Чона, понимая, что его предложение будут агрессивно отклонять из раза в раз. — Какая к черту помощь?! — взрывается он и с напором, стремительно начинает сокращать расстояние, но направленное в сторону его лица дуло его останавливает. — Не так быстро, — Юнги снова снисходительно улыбается, будто каждое действие Чона предсказуемо и будто такая улыбка — единственная реакция на подобные потуги. — Что ж, я понял твою позицию, малыш, — он медленно встает, снова примирительно подняв руку с пистолетом, а вторую погружает в нагрудный карман, достает телефон и подкидывает в сторону Чона. Чонгук резво реагирует, ни на секунду не оставляя Юна без внимания, и хватает свободной рукой смартфон, а после замечает, как Мин приставляет дуло к своему виску. — Не держи на врага зла, а держи на прицеле, да? Чон Чонгук? — наблюдая за чужим замешательством, Юнги тихо усмехается и спускает курок. Капли крови брызгают на Чонгука и он видит, как теперь уже труп с грохотом валится на землю. Он наконец опускает оружие, долго смотрит на усмехающееся лицо мертвеца с прострелом у виска и хмурится. Никогда прежде, Чонгук не лицезрел ничего подобного. Это даже слегка восхищает. Только вот, чего ради? Достойная смерть? Чон с этим не согласен. Достойно это если погибнуть в бою, в крови и с переломанными костями, при попытке из последних сил зубами вырвать себе шанс на жизнь. Кресло, на котором минуту назад сидел Юнги, Чонгук отталкивает ногой подальше от мертвого тела, и садится в него. Теперь, когда он может чуть расслабиться, рана в боку начинает напоминать о себе, поэтому Чон ненадолго опускает веки. Это не сон, но сознание подкидывает какие-то отрывки их прошлого, настоящего и кажется, предполагаемого будущего. Все это смешивается, Чонгук видит реку, которую никогда не переплывал, затем внимательный, взволнованный взгляд близкого из давно прошедших времен, полуулыбку Юнги с долей иронии, собственные руки, крепко сжатые у шеи того, кому суждено умереть, экран старенького телевизора с моментами крупного нападения, Тэхён, призывающий прийти в себя и нарастающая вибрация. Бредовый полусон уходит, взгляд ищет источник, доставляющего дискомфорт, звука. Чонгук ругается, достает телефон, который успел закинуть в карман и видит продолжающийся звонок от неподписанного номера. Принимает вызов. — Ну, здравствуй, Чонгук. — Откуда тебе известно мое имя? Скажи, где находишься и я вырву твою глотку, — сразу обещает Чон незнакомцу, вероятно, кому-то из приближенных Юнги. — Или мне лучше звать тебя псом Тэхёна? — игнорирует голос чужую угрозу. — Уже познакомился с моими парнями? Чонгук вдруг чувствует, как дрожит всем телом, но не от страха, а от возбуждения, и не сексуального, а чего-то сродни азарту.