well, then i just must to fuck you for this all clusterfuck, tyler

Тайлер замер с глупой улыбкой, которая вот-вот взорвется и разнесется по всей комнате звонким смехом. Он еле сдерживается, маскируя отголоски смеха кашлем, дрожащим голосом пытаясь сказать хоть одно слово нормально: — Ты уверен, что подходишь на роль того, кто ебет, а не кого ебут? Джош уже сидел, едва прижимаясь к плечу брюнета (хотя он двигался к нему от силы раза три, и то, сокращая лишь миллиметры), который смотрел с таким вызовом, будто буквально прямо сейчас через Дана позвонит кому-нибудь. — Тай, не отказывайся от своего места. Внизу тебе быть куда больше подходит. — О, раз ты сверху, значит, тоже любишь позу «наездника»? Настало минутное молчание, после чего на всю квартиру раздался невероятно громкий хохот. Оба парня смеялись так, что Дан упал головой на колени своего друга, держась за свой живот и второй рукой за колено Тайлера. Последний откинул голову на спинку светлого, мягкого дивана, так же скуля от боли в животе, вызванной смехом. Буря утихла, оба парня уже не смеялись, и даже не подкалывали друг друга, а просто переводили дыхание. Джош так и остался лежать на коленях у брюнета, а тот положил одну ладонь ему на вздымающуюся грудь, а вторую на макушку, поглаживая и перебирая темные забавные кудряшки. Тайлер гладил Дана по голове довольно часто, поэтому в этих движениях не было ничего необычного, и Джош принял это как должное. — Тайлер? Брюнет вопросительно хмыкнул, не прекращая заниматься своим делом. — По-честному и серьезно: как ты узнал про мою ориентацию? — Я же сказал, ты смотришь на чужие зад- — Тайлер, твою мать. Джозеф заглянул в искренне интересующиеся и немного недовольные глаза, где ни единого намека на издевки, поэтому Тайлер со второго раза, но честно отвечает: — Брендон сказал. Было намного проще узнать эту информацию, чем я думал. Джош шепнул в пустоту что-то вроде «Блять», «Петух», парочка угроз, от которых у брюнета непроизвольно на губах появлялась улыбка. В прочем, ничего нового. Ури не умеет хранить чужие секреты. Да и свои он не скрывает, потому что не может. Ему только дай алкоголь в руки или денег на него, и ты узнаешь обо всех абсолютно все. — Отвечу на твой немой вопрос, — внезапно говорит Тайлер, перемещая свои ладони на лицо кудрявого, чуть приподнимая его, — я тоже пан. После этого откровенного (и не менее странного) признания Джозеф ничего не дал Джошу сказать, ведь его губы уже были заняты. Сладкие, мягкие, вишневые губы нежно сминают немного потрескавшиеся на ветру чужие, которые и не отстраняются (просто-напросто не смеют), но и не отвечают из-за оцепенения. Тайлер отстраняется, откидываясь назад и смотря на ошарашенное лицо из-под длинных пушистых ресниц. Его взгляд намного более серьезен, нежели раньше, и ни один мускул на лице не дрогнул, когда Дан вскочил с коленей брюнета, смотря то удивленно, то обдумывающе. И Тайлер также не дернулся (только удивился), когда кудрявый пересел на бедра брюнета, кладя лицо Джозефа в чашу ладоней, и припадая к таким давно желанным губам. Тайлер сразу же отвечает на поцелуй, обхватывая талию Дана, одну руку спуская ниже, сжимая одну ягодицу. — Все-таки твои тренировки дают результаты. Задница — ахуенная, — оторвавшись от чужих губ, поддразнивает Тайлер, после чего получает слабенький толчок в грудь и жаркий поцелуй, от которого у обоих парней, должно быть, кружится голова. Как на карусели. Джош потянулся к краям черной футболки Джозефа, отпрянув от него и снимая предмет одежды, не отрывая своего взгляда от глаз цвета кофейных зерен. Он кидает ее куда-то в сторону, что совершенно не волнует сейчас ни Дана, ни Джозефа. Джош снимает и свою серую футболку, вновь целуя младшего. Брюнет, покусывая и оттягивая и так уже измученные губы кудрявого, тянется к пуговице на его штанах, расстегивая, позволяя слезть с колен и переместиться в лежачее положение на всем диване, а не на его маленькой части. Штаны обоих парней оказываются где-то на полу, а их хозяева никак не могут перестать целовать друг друга. Тайлер опускает руку к паху Джоша, сжимая горячую плоть через ткань боксеров, слыша то, как Дан судорожно выдыхает, прикрыв глаза и откинув свою голову назад, оголяя такую девственно-бледную шею. Джозеф облизывает слегка опухшие губы, припадая к шее, засасывая и прикусывая кожу, оставляя пару розовых пятен, которые вскоре превратятся в бурые отметины. Джош кладет свою руку на макушку брюнета, запуская свои пальцы в темные локоны, сжимая и стягивая волосы на затылке, оттягивая парня от себя. Тот, отпрянув, непонимающе смотрит на кудрявого, а Дан перемещает свою ладонь на скулу брюнета, шепча и томно вздыхая: — Еще успеешь поиграть в альф и омежек. Давай быстрее. — Ого, так ты все-таки признаешь тот факт, что актив тут- — Тайлер ебанный Джозеф! Тайлер смеется, стаскивая с кудрявого последнюю, ненужную тряпку, проделывая то же самое и со своим нижним бельем, бросая их к остальным вещам. — Ты меня не ебал, — продолжает издеваться Джозеф, наклоняясь к уху Дана, своим шепотом вызывая у кудрявого табун мурашек, — но вот я тебя… — Как будто, блять, не понятно, — в ответ язвит Джош, слегка ударяя пяткой по пояснице брюнета, чтобы тот, наконец, начал действовать. — Смазка у тебя тут есть? — спрашивает Дан, поворачивая на бок голову, осматривая ближайшие плоские поверхности, где может стоять лубрикант. Но не услышав ответа, Джош медленно поворачивает голову, встречаясь с ехидной улыбкой брюнета. — Только не говори мне, что… — Дан с такой надеждой глядел на парня, нависающего над ним, но улыбка Тайлера только становилась все шире. — Ага, у меня нет смазки, — Джозеф оставляет поцелуй под скулой, превращая его в укус, после которого остались следы от неровных зубов. Снова вернувшись к по-настоящему напуганному парню с кудрявыми волосами, он положил свою ладонь на скулу Дана, поглаживая большим пальцем и успокаивающе шепча: — Я же не каждый день трахаюсь с мужиками… — Тайлер! Джош пихает брюнета в грудь, а тот наоборот смеется, чуть привставая и плюет на свою ладонь. — Что, прям вот так? — осторожно спрашивает Джош, смотря, как Тайлер размазывает слюну по всей ладони, но больше всего ее остается на пальцах. — А ты как хотел? Может, мне еще за смазкой в аптеку сбегать? Тебе какую: с персиком, или с арбузом? — Я понял! Ладно, давай, я… потерплю, — неуверенно проговаривает последнее слово Джош, жмурясь, когда чувствует мокрые и холодные кончики пальцев, прикасающиеся к колечку мышц. — Так тебя, в принципе, никто и не спрашивал — насмешливо отвечает Джозеф, пытаясь протолкнуть один палец, но из-за недостаточной влаги и напряжения Дана, сделать это не получается. Тайлер слышит болезненный скулеж, когда все-таки небольшая часть оказалась внутри, и поэтому быстро вынимает палец. — Расслабься ты, иначе тебе будет намного больнее. — Ну да, конечно, я же ебусь в задницу сутками напролет, знаю, что к чему, — язвит Джош, немного ерзая на месте, — Расслабиться не настолько просто, как кажется, вообще-то. — Ладно-ладно, неженка. Тайлер поглаживает бока Дана, чувствуя, как тот покрывается мурашками, разводя свои ноги чуть шире, и пытается максимально расслабиться. Джозеф, чтобы ускорить этот процесс, мягко целует часто вздымающуюся грудь Джоша; целует его острые ключицы, которые уже в некоторых местах покрыты бордовыми пятнами; целует такую же «грязную» шею, слыша и чувствуя вылетевший из уст парня судорожный вздох. Тайлер снова обильно плюет на ладонь, подставляя пальцы ко входу Дана, а сам брюнет нежно целует в губы парня под ним. Больно кусая его губы, Джозеф одновременно с этим проталкивает один палец в узкий проход парня, чувствуя, как кудрявый выгибается в спине, делая бровки домиком и кривя лицо от неприятных ощущений. Тайлер удерживает Дана на месте, крепко сжимая пальцы на бедрах Джоша. Брюнет успокаивает слегка дрожащее тело, также целуя, иногда поднимая голову и смотря на закрытые веки, на которых пушистые длинные ресницы чуть подрагивали. Слегка беспокойное лицо, морщинки по краям глаз и на лбу — Тайлер был готов смотреть на Дана целую вечность, но через пару секунд лицо понемногу начало расслабляться, и кудрявый приоткрыл один глаз, даже можно сказать, недовольно смотря на нависающего над ним застывшего парня: — И что застыл? Может, будешь хоть что-то делать, а то палец, застрявший в заднице — не очень хорошее и приятное ощущение. Тайлер выдохнул, слабо улыбаясь вредному Джошу, начиная двигать пальцем внутри Дана и уже беспокойно следя за мимикой парня. Говорят же, что глаза — зеркало души, так же и с выражением лица: оно отражает всю сущность человека — его эмоции, чувства, переживания. И боль, которую сейчас может причинить Джозеф. Поэтому он и следит за каждым подрагивающим мускулом на лице, ведь оно покажет, что тело чувствует боль первым, даже если сам человек это не осознаёт. Брюнет массирует атласные стенки внутри, чувствуя на своих губах горячее дыхание Джоша, который переместил свои ладони на плечи Джозефа, крепко сжимая. Чувствуя, что один палец двигается уже свободно, Тайлер добавил второй, резко протолкнув его внутрь. Это сопровождалось поцелуями-извинениями, покрывающие все лицо, и болезненным стоном, принадлежавшим Дану. Эти неприятные, причиняющие боль ощущения вообще не приносят никакого удовольствия — так думал Джош, до тех пор, пока Тайлер не проник пальцами еще глубже, задевая что-то, отчего по телу кудрявого пробегает приятная дрожь, и из его уст вырывается стон, но уже не болезненный, а блаженный. Дан округлил глаза, смотря на улыбающегося Тайлера, который продолжал растягивать узкие стенки кудрявого, нажимая на комок нервов внутри. Джош выгибался в спине, как кошка, чувствуя в себе три пальца, которые еще лучше проходили, еще быстрее, и, наконец, хоть немного, но давая Дану чувствовать приятные ощущения. Джош щурится, понимая, что движение прекратилось, а чувства заполненности внутри больше нет. Парень не открывает своих глаз, хмуро сводя брови к переносице, шумно выдыхая через нос — всем своим видом показывает свое недовольство. Тайлер лишь выдохнул, поднимая ноги Дана, укладывая их себе на плечи. Брюнет смазывает свой член большим количеством слюны, приставляя головку ко входу Дана, кладя одну руку ему на живот, мягко поглаживая, чувствуя судорожные подрагивания через прикосновение, а второй берет другую ладонь Джоша в свою, переплетая пальцы. — Будет немного больно, но ты справишься, — шепчет в самые губы Тайлер, смазано целуя куда-то в скулу и щеки, приставляя свой изнывающий член к отверстию Дана, чья грудь быстро поднималась из-за учащенного дыхания. Тайлер в последний момент целует Джоша в губы, резко входя в парня, который болезненно вскрикивает в самые губы, так же больно кусая брюнета за нижнюю. Джозеф останавливается, позволяя Джошу привыкнуть к таким большим размерам внутри себя, и чувствует, как вторая рука кудрявого перемещается к спине брюнета, впиваясь ноготками в кожу парня, нависающего над ним. Жмурясь он неприятного жжения на спине, Тайлер начинает медленно двигаться, оставляя по всему лицу короткие поцелуи, сцеловывая выступившие на глазах и стекающие по щекам слезы. Каждая мышца тела напряжена, тела становятся мокрыми из-за ускорения темпа, а звуки, вылетающие изо рта Джоша становятся громче, как только брюнет снова задевает тот самый комочек нервов, который и доставляет то самое удовольствие. — Тай, Тай, вот здесь, прошу тебя, — Дан практически выстанывает эти слова, откидывая голову назад, оголяя шею, к которой в это же мгновение прикасается губами брюнет, двигающийся под тем самым углом, от которого у Джоша тёмные, разлетающиеся в стороны словно салюты, круги перед глазами. Все это было так непривычно для него, и ощущения были не столько приятными, сколько болезненные. Хотя ничего сверхъестественного здесь нет, ведь первый секс в большинстве случаев бывает неудачным и не таким, как бы ты хотел. Не там, где бы ты хотел. Не с тем, с кем бы ты хотел. Но Джошу, на самом деле повезло: он почти не чувствует боли, пусть и в обычной гостиной своего друга. И человек именно тот, который сейчас должен быть рядом. И этот человек заставляет выстанывать его имя, когда кудрявый изливается себе на живот после того, как брюнет обхватывает твердый, упирающийся в торс член парня, стимулируя головку, заключая плоть в кольцо из пальцев, и опускается все ниже, проводя уже по всему члену в таком же темпе, в котором вбивается в тело Дана сам. Пара глубоких и резких толчков. Пара секунд, в которых Джозеф испытывает оргазм. Пара восстанавливающих дыхание вздохов. И пара слов, словно туман, опускаются на покрасневший кончик уха, который чуть прикрывает кудрявый, прилипший к скуле локон: — Люблю тебя.

***

Джош снова сидит на том же диване рядом с тем же уже парнем-кретином, который снова хочет вывести Дана из себя. — Джош Дан так активом и не побывал. Джош шумно выдыхает, уже не сдерживая улыбку, и наклоняется к брюнету, шепча эти уже знакомые слова в чужие губы: — Что ж, тогда я просто обязан выебать тебя за весь этот пиздец, Тайлер.