Два Королевства

Светлый Король бредёт, будто ничего не видя, по землям сумерек - и сам не замечает, как заходит на территорию Тёмных, а если бы и заметил - не придал бы этому значения. Его охватило безразличие. Тёмная Страсть подкрадывается к Даймонду и начинает певуче читать заклятия: — Спи, моё белое солнце, на болотах предзимней поры. Сердце пламенем к небу взметнётся и растает с шипеньем искры. Ступит следом подземное солнце, солнце чёрное, на горизонт. И багряное солнце проснётся, и звездой твоей в небе взойдёт. Адаманта делает резкий жест, выходит на открытое пространство и, танцуя, поднимает руки над головой. Даймонд оборачивается, замечает её и застывает не шевелясь. — Ты... красива, как ночь моей смерти, и погибельна, будто кинжал. И в глаза твои больно смотреть мне, но скажи — не тебя ли я ждал?.. Адаманта хватает его за руку, притягивает, приближает своё лицо вплотную. — Ты ли ждал чёрный, ранящий ветер, ветер, кружащий в вихре теней, заставляя забыть всё на свете и гореть в леденящем огне? — Она отпускает Даймонда и отступает, начинает ходить кругами. — Ты ли жаждал явления страсти, жарко дышащей, будто вулкан, от судьбы — карту меченой масти, как расколотый обсидиан? — Адаманта выкидывает пиковый туз под ноги Королю. — Твой сияющий лик мне являлся на Озере Смерти. Ты убил меня, властно открыв недоступный мне путь. Я тебе отплачу... Я судьба твоя, можешь поверить! Твои белые розы (с презрением) в лицо мне боялись взглянуть! Даймонд, оторопело смотрит на неё, но потом светло улыбается: — Ты судьба моя — я, наконец, это ясно увидел. Так свободно, спокойно и радостно вдруг на душе. Чёрный двор, страшный двор, тот, который я так ненавидел, в своём сердце хранил чёрный жемчуг, стрел солнца мишень. — Король протягивает руку. Адаманта, вдруг разглядев его, как будто опешив, растеряв свою ярость, произносит: — Ты... я раньше не знала... какой ты... красивый... (касается пальцами его щеки, как будто не веря) ...и сиянье твоё — нет, нисколько не режет глаза... и как много в тебе этой чуждой, но манящей силы... и как дерзко желать тебя! Как... неизбежна... гроза... Завороженная, она наклоняется к Даймонду, глядя в глаза, и жарко целует его. Он отвечает, обнимая Тёмную Страсть и забывая себя. Оторвавшись друг от друга, они смотрят, как безумные... и целуются снова. Адаманта говорит: — Следуй за мной. Я должна... рассказать тебе правду. Я должна показать тебе мир, где упала Звезда... (Себе под нос: — ты останешься в нём навсегда...) (Королю: я останусь с тобой навсегда!) — Я иду с тобой. Да! Адаманта берёт Даймонда за руку и ведёт вглубь болот. Находит там дремучий уголок, устраивает в нём Короля, сама садится сзади. Гладит его по волосам, любуется им и чуть горько, загадочно улыбается. Даймонд, осматриваясь: — Здесь болото, от края до края чёрным соком кипит горизонт... Адаманта, удивляясь: — Только ты не испачкал сапог! Даймонд, будто не слыша: — Только ты на болотах со мной... Адаманта: — Здесь весь мир Короля, как живой, распростёрся, ещё не свершённый. Здесь же, в час самый страшный и чёрный, его тени и страхи встают. Неподвластны ему, создают те видения, что его мучат! Даймонд, удивляясь: — Он ли снам своим не господин? Адаманта, вкрадчиво: — Ничему тебя память не учит... Не его, это мой был приказ... “Уничтожить путь в небо. Сейчас!” Даймонд оборачивается в ужасе. Адаманта смеётся, вставая, уходя. — Прощай, любовь моя, счастливых снов! Лишь подожди, пока погаснут звёзды... Даймонд, вставая, глядя ей вслед: — Когда вернёшься — было бы не поздно спасти мне жизнь, и нам — спасти любовь... Он запахивается в плащ и начинает мерить шагами свою тюрьму. Ошарашенный, обессиленный и опустошённый, он не имеет никакого представления, как выбраться с болот. А возможно, и никакого желания.