Передружба...недоотношения

— Господи же ты мой, ну чего опять? — Дан провел рукой по лицу, снял куртку и подошёл к девушке. Он стянул с неё куртку. Оставаться черствым видя как она рыдает взахлёб было очень тяжело. Мужчина поставил одну руку на стену возле Тины, а второй убирал ее руки от лица. — Успокойся, я тебя прошу, посмотри на меня, — просил Балан, но это было безрезультатно, — Кароль, посмотри на меня. Когда он понял, что это бестолку, он сам за подбородок приподнял ее лицо. В ее глазах была безысходность, пустота, боль. Нет, это истерика последствие не только сегодняшней ситуации, она просто стала последней точкой. Слишком много навалилось за последнее время и нервы не выдержали. Устала быть сильной. — Ты возьмёшь себя в руки сегодня или как? Поговорить хотела ты, но слышно только меня. Неужели ты не понимаешь, что пугаешь меня, я не знаю, что с тобой делать. — Любить, — она сказала настолько тихо, что он лишь прочитал это слово по ее губам. — Любить? А нужна ли тебе моя любовь? Когда я как дурак стучался в закрытые двери, ты и не думала их открывать. Когда добился, немного распахнула, но не впускала. Когда все-таки зашёл, пошла конспирация, скрытие, недоверие. Когда признался, потому сил больше не было скрывать, ты вообще с другим зажиматься начала. Какая любовь тебе нужна, Тина? — Твоя, — глотая слёзы, робко смотря на него. — В общем так, Кароль, либо ты сейчас успокаиваешься и я тебя слушаю, либо я сейчас же везу тебя домой, — ему надоела эта истерика, он решил попробовать шантажом прекратить ее. Подождав и видя, что слёзы все равно текут, он начал одевать куртку. Девушка реально испугалась. — Нет, стой, подожди, — она мешала ему одеваться, — я успокоилась, все, дай я объясню. У него получилось. Он с облегчением выдохнул, но на лице не отображались никакие эмоции. Молча сняв куртку, пошёл в зал и сел на диван. Тина разулась и последовала за ним, присесть рядом не рискнула, поэтому стала возле окон. — Он сам меня поцеловал, это не я. — Я это уже слышал. И ты ответила на поцелуй. — Я не отвечала, Дан, я просто не могла его оттолкнуть, ты не понимаешь. — Ты дала ему повод. Спровоцировала. Просто так человек не будет целовать. Он увидел, что ее глаза начали бегать. — Ты прав, не просто так, — она тяжело вздохнула, — мы знакомы, уже давно, и у нас были отношения на протяжении года, — выпалила певица и увидела как лицо мужчины изменилось. — Отношения? Кароль, а ты со всеми симпатичными мужиками переспать успела? — Я знаю, что сделала тебе больно, но не надо сейчас меня добивать, — голос дрожал, она была опять на грани, его слова очень зацепили. — Как давно вы разошлись? Почему ты не сказала мне ничего утром об этом? — Два года назад. Утром у нас были другие незавершенные вопросы. — И дела между прочим тоже, — добавил Дан и встал, направляясь к ней. Тина смотрела на него и ей стало страшно, таким она его тоже ещё никогда не видела. Глаза темные, пылающие огнём, на лице отображались непонятные ей эмоции. Балан подошёл к девушке и грубо своим телом прижал к окнам. — Я боюсь высоты, — оглянувшись назад и понимая, что чуть ли не лежит на французских окнах, испугалась. — Ничего, страх это не самое плохое чувство, — он прижался ещё ближе. — Дан, пожалуйста, — она начала дрожать. Мужчина начал водить руками по ее шее, плечам, опустился к груди. — Как ты считаешь, справедливо поступила со мной? — задал вопрос на ушко и прикусил мочку. — Нет, — коротко и на выходе. — Если бы я не пришёл к тебе в гримёрку, чем бы все закончилось, ты бы делала с ним тоже самое, что сейчас со мной? — он злился, опустился к шее и прикусил. — Не говори ерунду, конечно же нет, — в другом случае, она бы уже оттолкнула его за такие слова, но сейчас находилась в ловушке. — Ты же понимаешь, что я злой на тебя за все события? — Дан резко снял с неё свитерок, тело соприкоснулось с холодным окном и по телу пошли мурашки. — Ты тоже заставил меня пострадать, если что, напомню тебе, — слова давались тяжело так как мужчина стал покрывать поцелуями ее ключицы, район груди и животик. — У тебя не было оснований на это, ты сама заставила себя страдать. Если бы не чудила и не блокировала, я бы тебе все объяснил, — он расстегнул ее бюстгальтер и прильнул губами к груди. Параллельно расстёгивал молнию джинс и снимал их. Тина издала протяжный звук. Он начал мучать ее: губы на одной груди, рука на второй, другая в самом сокровенном месте. Девушке стало тяжело стоять и она начала оседать, так как по телу начал проходить разряд. — Первый есть, — улыбнулся брюнет, — только куда ты собралась, мы только начали, — он снова поставил ее. — Дан, не мучай…нет сил, — он резко поднял ее за ягодицы и они переместились на диван. — А теперь расслабься и будь послушной, не мешай мне, иначе я приму меры. После этих слов, для Кароль в прямом смысле слова, началась пытка. Где только его руки и губы не были, и что только они не вытворяли с ней. Ее стоны, наверное, были слышны всем соседям. Он несколько раз доводил ее до самого пика, и с каждым разом желание все вырастало. Дан уже и сам еле сдерживался. Когда тело Тины в очередной раз обмякло, она уже потерялась в счете, в какой именно, Балан решил, что пора. Он очень грубо и резко вошёл. С уст обоих вырвался крик. Это была сумасшедшая гонка, внутри все горело. Темп был бешеный, певец выплескал все свои эмоции за день. Тина сходила с ума, металась по всей кровати, пытаясь за что-то ухватиться. Плечи Дана были давным давно исцарапаны до ран. Когда, спустя несколько часов, все закончилось, они лежали рядом, но на небольшом расстоянии и пытались отдышаться. Тина увидела, что Дан встал и начал одеваться, она нахмурившись наблюдала и не понимала, что происходит. — Вставай и одевайся, я отвезу тебя домой, — внутри Кароль все опустилось от услышанных слов.