Соцминусы.

* * * - Тания, тебе пора. И... Почему ты не подкрасишь ресницы? - Не хочу. - Она возится с застежкой туфли. Мягкие, они тем ей и нравятся, в них можно ходить тихо. Стук каблуков раздражает. - Что значит "не хочу"? - Так, понятно, у матери очередной воспитательный зуд. Тэн выходить через пять минут, матери через пятнадцать, собираться надо обеим, но какое это имеет значение, когда нужно почитать морали дочери? - Ты девочка и должна краситься, должна быть красивой! Как ты не понимаешь? Это же социальные нормы, тебе мало того, что есть? А вот этого делать очень даже не стоит... Тания резко вырывает запястье из цепких пальцев матери. Браслет скользит по рукаву форменной рубашки. - Мама. Никогда больше так не делай. Голос становится ледяным. Так несколько раз делали в школе, чуть не сломали однажды руку - так она и познакомилась с Алеком, кинувшимся её защищать. По счастью, это не было попыткой действительно причинить вред, до открытой травли не доходило... Мать это, кажется, вспомнила. - Извини, - дежурное извинение, но лучше, чем никакого. - Но всё остаётся в силе. Я настаиваю, чтобы ты использовала косметику. Хотя бы немного туши и помаду. - Не хочу, - жёстко отвечает девочка, застегивая жилет и надевая наконец рюкзак. - Просто не хочу. Имею право, мама. Извини, мне пора. И вылетает за дверь, потому что действительно пора и потому, что ещё немного, и сорвётся в слёзы. Что за неделя такая выдалась, ну что им всем, мало гигиенички и лака прозрачного? Мало. Социальные, мать их, нормы: девочка её лет должна использовать косметику. Хочешь, не хочешь - должна. А у неё, чёрт возьми, аллергия на всё, что она должна! Не заставляли - пользовалась бы, но вот так вот - да ни за что. Просто из принципа. Мама ведь поэтому так упирается. Хоть силой не пытается ничего сделать, уже хорошо... Хотя Тэн уже ни в чём не уверена. Может, всё ещё впереди. Слёзы всё-таки прорываются. Тэн торопливо стирает их платком, про себя радуясь, что глаза не накрашены - то-то была бы она красавица, до школы дойдя... * * * Недалеко от школы цветет сирень. Её неожиданно много и аллея с ней тихая, очень тихая для места, где рядом школа и, кажется, какой-то колледж - Тэн никак не может понять, какой именно, но точно не художественный. Ещё вопрос, возьмут ли её в тот, куда она собиралась... Ладно. Туда пока ещё рано смотреть, это всё-таки слишком отдалённое будущее. Тут бы среднюю школу закончить, каникулы пережить, родителей не прибить... Забывшись, она произносит последнее вслух, и Алек тихо смеется: - Что, так достали? - Да не то слово. - Тэн ложится прямо в траву, наплевав на форму и подложив под голову сумку. - Знаешь, я всё могу понять, но не то, почему они искренне уверены, что отвечать за свой браслет должна только я. И обязательно чувствовать себя виноватой. - "Почему тебе не совестно, да есть ли у тебя вообще стыд хоть какой-то..." - Алек цитирует чуть ли не наизусть. Они оба достаточно наслушались таких нотаций, чтобы не спутать текст. - Нет. И не было никогда. И исправляться мне не за что. - Вот и мне. - Тэн принимается теребить конец браслета-цепочки. - В последний раз сказала, что если уж на то пошло, защищать себя - тоже дело достойное, и не моя вина, что за это наказывают, что было... - Тебя хоть не бьют? Тэн знает, что Алеку иногда достаётся от отца, и поэтому корень вопроса ей очень даже понятен. Она успокаивающе треплет друга по голове. - Нет. Это же неприлично и неправильно - так воспитывать девочку. Они оба смеются вновь, но веселья в смехе нет совершенно. Кажется, именно весело - не саркастически, не зло - они смеялись очень давно. Очень. - Мантрами железными как простыми лезвиями, как простыми лезвиями выправляют мир, - Алек цитирует любимую песню, которую за глючь называет "укуренной". Точное определение, ничего не скажешь. Они оба знают, что их уже считают чуть ли не парой. Или сразу тройничком, чего мелочиться. Ещё и поэтому так упорно не оставляют в покое, и счастье ещё, что байки про лечение - всё-таки байки. Иначе ведь не миновало бы. На самом деле это ложь. Наглая и противная. Тэн и Алек просто вместе валяются в траве, смотря на сирень, и им спокойно рядом.