Ты не монстр!

*Прошла ещё неделя* Акутагава был у себя в комнате и ждал прихода Гин. Всю прошедшую неделю он думал только об Ацуши, перебирал факты и пытался понять влюблен он или нет, но так и не смог ничего выяснить, поэтому попросил о помощи у сестры. Входная дверь хлопнула, это пришла Гин.  — Привет. — сказал Акутагава, выходя из комнаты.  — Привет, что-то случилось?  — Ты о чем?  — Ты был какой-то взволнованный, когда говорил со мной по телефону.  — А, это… Ну на то есть свои причины…  — Что случилось?  — Давай не будем разговаривать об этом, стоя в прихожей, пойдём я тебе чай заварю.  — Не нужно, поговорим без чая.  — Ну как хочешь… Они пришли на кухню, сели за стол и продолжили разговор.  — Так, о чем ты хотел поговорить, Рю?  — Ну… Это долгая история… Я попробую рассказать по короче… В общем, я недавно познакомился с одним человеком и… В последнее время стал замечать, что не хочу, чтобы этот человек уходил, мне с ним хорошо и как-то спокойно, да и внешне он мне нравится…  — Рю, да ты влюбился!  — Влюбился?  — Да!  — Гин, как ты отреагируешь на то, что я влюбился в… парня… — чуть приглушённо сказал Акутагава. Девушка ненадолго задумалась, а потом начала осыпать Рюноске вопросами.  — Как его зовут? Он красивый? Где вы встретились? Познакомишь?  — Успокойся, Гин! — со смехом произнёс парень.  — Прости… Ты правда его любишь?  — По всей видимости, да…  — Как его зовут?  — Ацуши.  — Красивое имя… А он сам красивый?  — Да… — произнес Акутагава, смущённо отводя взгляд.  — Если ты его любишь, то я только рада!  — Что теперь есть кому за мной следить?  — Дурак… Она встала из-за стола, подошла к Рюноске и обняла его, сказав, чтобы тот не переживал. Но ей нужно было уже уходить, поэтому Акутагава проводил её и погрузился в раздумья. «Люблю… Я люблю его. Но это наверняка не взаимно, он меня врядли когда-нибудь полюбит, я же ему нужен только как источник еды… Если спрошу, он с большей вероятностью рассмеётся… Если признаюсь… Даже думать об этом не хочется… Как же поступить.?»  — Дазай. — нервный Ацуши подошёл к Осаму, что стоял под деревом и смотрел в небо.  — М?  — Ты же раньше был человеком, можешь сказать кое-что?  — Смотря, что ты спросишь.  — Какие признаки у влюблённого человека? От такого вопроса Дазай немного опешил.  — Я понял, к чему ты клонишь… Ну… Я даже не знаю, как тебе объяснить… Когда человек влюблен, он совершает необдуманные поступки, не хочет отпускать своего возлюбленного, то есть он становиться как наркоман, где его наркотиком будет другой человек  — Наркоман?  — А да, ты же не знаешь… Наркоман это почти как вампир, которому нужна кровь, так и он, жить не может, без вещества, которое называется наркотик, только в случае вампира кровь позволяет нам жить дальше, а у людей наоборот.  — То есть если человек влюблен, он долго не проживет?  — Ты не так понял, влюбленность только сравнивают с наркотиком.  — А… Ясно. А как узнать, влюблен в тебя человек или нет?  — Проще всего спросить.  — Чёрт…  — Ты сам-то любишь того парня?  — Люблю…  — И как ты это понял?  — Я не хочу больше пить его кровь.  — Весомый аргумент…  — Тогда я спрошу его…  — А если он откажет?  — Уйду… И не буду больше его беспокоить…  — Ацуши… Ты сам себе могилу роешь.  — Я знаю… «И как мне это сделать?! Он ведь наверняка считает меня просто монстром, какие тут могут быть чувства! Да и к тому же, он человек, а я вампир. Даже, если он и ответит на мои чувства, то долго не проживёт… Но и делать вампиром я его не хочу, я полюбил его человеком и хочу, чтобы он человеком и остался… И что теперь прикажете делать?» Все таки Ацуши придумал, как все провернуть. Позвать вечером Акутагаву прогуляться! Да банально, да скучно, но вечером в парке почти никого нет, никто их не увидит. Акутагава сидел на кровати и читал книгу, пока не услышал шелест штор.  — Ты совсем с ума сошёл через окна лезть?! — возмутился Рюноскэ.  — Да ладно тебе…  — Ты чего пришёл-то?  — Я тут подумал… Не хочешь сходить погулять? На щеках Акутагавы поступил едва заметный румянец.  — С тобой?  — Ну да.  — Хорошо, давай прогуляемся. Слегка улыбнувшись, Рюноске отвел смущенный взгляд в пол.  — Я тогда подожду тебя на коридоре.  — Да, конечно… Я не долго. Ацуши вышел из комнаты, а Акутагава стал переодеваться. Переодев футболку и джинсы, он накинул ветровку и вышел в коридор. Ацуши стоял и рассматривал фотографии, что висели на стене.  — Кто это? — произнёс тот, указывая на фото с мужчиной, женщиной и маленьким Акутагавой.  — Мои родители…  — А что с ними?  — Погибли в автокатастрофе…  — Извини, я не знал…  — Ничего страшного… Идём?  — Угу. Они вышли и направились в парк. По пути, да и в самом парке, они разговаривали обо всем, и Акутагава заметил белые лилии, растущие на клумбе.  — О, лилии ещё не закрылись!  — Лилии?  — Да, они мне нравятся. И одна моя знакомая сказала, что я чем-то напоминаю ей лилии, не знаю с чего она это взяла…  — Насколько мне известно, то лилия с языка цветов означает чистоту и утончённость, особенно белая.  — Ого, я не знал. «Та женщина права, он и вправду чем-то напоминает этот цветок…» — размышлял вампир. Они продолжили свой путь до пруда, где Ацуши решил расставить все точки над «и». Луна ярко светила, отчего, и без того бледное лицо вампира, стало почти белым. Поглотив поступивший к горлу ком, он решился…  — Послушай, Рюноске…  — А?  — Можешь ответить на один вопрос… Ты любишь… меня.? После вопроса Акутагава отвернулись голову, чтобы Ацуши не видел абсолютно красное лицо парня, а потом почти шёпотом произнёс:  — Д-да…  — Что?  — Люблю… Я тебя люблю… По лицу Акутагавы скатывались слёзы, но совсем не от грусти или боли, а от счастья… Он был счастлив, очень счастлив. А Ацуши улыбнулся, той самой улыбкой, которую так любил Рюноске, и обнял его, зарывшись рукой в мягкие волосы парня. Но обнимались они не долго, ведь вампиру захотелось нечто большее, чем просто объятья. И он его поцеловал. Такой долгожданный для обоих поцелуй. Страстный, долгий и тягучий поцелуй, от которого кружилась голова, а бабочки в животе танцевали с утроеной силой. Отстранившись, они посмотрели друг на друга. Красный румянец на щеках, тёплая улыбка и искорки радости в глаз, вот что они увидели. Они бы всю ночь так простоял, если бы не ветер, из-за которого Акутагава уже дрожал от холода.  — Идём домой, а то простынешь.  — Угу… Они шли домой, держась за руки. Никому из них не хотелось отпускать своё счастье. И оба думали, о том, что если бы не та встреча в парке, ничего бы этого не было.