А в ответ тишина..

— Если человек хочет сам управлять своей жизнью, то должен уметь справляться сам со своими проблемами. © Стивен Кинг

*** Весь день в школе проходил просто ужасно. Киру выводило из себя абсолютно всё, даже мелочи. Когда он, наконец, подошёл к концу, она быстро побежала домой, дабы рассказать о произошедшем. Уроки закончились раньше, поэтому Кира успела застать закат. Солнце немного выглядывало из-за некоторых высоких многоэтажек, освещая всё вокруг перед полным уходом. Всё небо было окрашено в разные оттенки розового, но кое-где были и другие: оранжевые, пурпурные, голубые. Ощущение, будто всё вокруг — картина, написанная акварелью. Небрежно, изящно, красиво. Словно кто-то разлил на небо баночки с окрашенной водой, что смешалась на холсте и превратилась в изумительное творение. Эта обстановка позволила Кире немного успокоиться и на полпути перестать гнать без остановки по тротуару среди кучи людей. Шатенка остановилась окончательно, опустив голову вниз. Неглубокие лужи, образовавшиеся после недавнего лёгкого дождя, и освежающий запах озона, исходящий от мокрого асфальта. Голубоглазая посмотрела на себя в отражение. Грустное, но с другой стороны совершенно безэмоциональное лицо, позади которого виднелось небо. Такое красивое и нежное. Кира могла стоять так часами, просто смотря на себя в луже и обдумывая про себя какие-то детали, если бы в неё сзади не врезался прохожий. Шатенка оступилась, тем самым создавая рябь на воде, которая немного стала искажать всё отражающееся в ней. — Извините, — еле слышно произнесла она, оглядываясь по сторонам. Человек уже успел слиться среди других. Это действие немного вывело из транса Киру, которая продолжила свой путь. *** — О, привет, — дружелюбно улыбнулся Никита, открывая дверь и запуская внутрь голубоглазку, — Как в школе? Парень направился к кухне, чтобы поставить чайник. — Никита, остановись, — воскликнула девушка и её решительный голос заставил парня обернуться и при этом немного поднапрячься, — Я съезжаю к родителям. — Что случилось? Может объяснишь? — с ухмылкой сказал Никита, думая, что девушка его разыгрывает. — Т-ты… поцеловал меня той ночью на заброшке, помнишь? — неуверенно продолжила та. Глаза немного заблестели, — А кто-то сфотографировал наш поцелуй и об этом узнает вся школа, — уже тише произнесла девушка, опустив голову вниз максимально сильно, скрывая стекающие по щекам слёзы. — А что в этом такого? — возразил парень. — Ты не понимаешь… Никита подошёл ближе к подруге, чуть обнимая её за плечи, но Кира лишь отдёрнула их, наконец посмотрев на парня красными глазами. — Не трогай меня. — уже в более грубой форме проговорила она. Девушка отправилась в их уже бывшую общую комнату и начала собирать вещи. В тот вечер в квартире Никиты она больше не произнесла ни слова. На все вопросы парня шатенка лишь молча пускала слёзы, даже не поднимая взгляд на друга. *** Стемнело. Чёрное небо потихоньку начало покрываться звёздами. Кира шла по безлюдной улице, неся в руках пару дорожных сумок и рыдая взахлёб. Плач эхом раздавался по всему перекрёстку, но его никто не слышал. Да даже если бы и услышал, то не осмелился бы подойти и помочь. Таковы реалии современного мира. Знакомый дом. Всего пару дней не было, а уже не родной. Тот же подъезд, освещаемый жёлтым светом от одного жалкого фонарика. Не найдя ключи, голубоглазая набрала рандомный номер квартиры и стала ожидать ответа. Гудки. — Кто? — Это Кира. Откройте, пожалуйста. Сразу же запиликала звонкая мелодия, означающая разблокировку дверей. Еле как открыв их, так как те оказались неимоверно тяжёлыми, сложности ещё прибавляло отсутствие свободных рук, она прошла в тёплый подъезд. — Так, спокойно, Кира, всё хорошо, — успокаивала она себя, стоя перед нужной квартирой, — Фух, ладно, — последний раз протерев лицо рукавом водолазки, девушка нажала на дверной звонок. Дверь с небольшим шумом отворилась, а на пороге оказалась мама. — О, смотрите-ка, кто явился, — она взглянула на дочь, которая не осмеливалась что-либо сказать вслух, — Ну, проходи, что уже. Кира взяла в руки сумки и завалилась в квартиру. — Разувайся, что стоишь. Та без лишних слов стала делать то, что сказали, воспринимая это как приказ. — Что, бросил тебя твой ненаглядный, — задал риторический вопрос отец, появившийся в коридоре. — Он не мой, и никто меня не бросал. — Да что ты, золотце, а чего же ты пришла с сумками обратно? — сказала мать и поправила рукой свои тёмно-красные волосы. — Ты зайдёшь, но ты совершенно не тот человек, который был для нас раньше. — сказала мать и ушла в соседнюю комнату, захлопнув дверь. Кира зашла в свою пустующую комнату и устало вздохнула. От безысходности у неё опускалась голова и совершенно ничего не хотелось. Она потянула свою жизнь ко дну с огромной скоростью. А ведь всё было так хорошо. «Ну что, мой любимый дневник. Давно я здесь ничего не писала. Моя жизнь идёт под откос и я ничего не понимаю и лишь задаюсь вопросом: Почему я ещё жива?» — девушка устало отбросила карандаш и расслабила спину, облокотившись на стул. *** Прошла неделя. Всё шло своим чередом: утро, школа, учёба. Когда девушка только проснулась, то не обнаружила дома родителей, но это было на руку, так как разговаривать друг с другом после всего случившегося не хотелось ни им, ни самой Кире. Телефон разрывался от постоянных смс и пропущенных звонков от Никиты, но шатенка не отвечала, в упор игнорируя все его попытки связаться. Она сама не понимала, зачем так делает, но какое-то чувство внутри двигало ей. И явно не в то русло. «Я не понимаю, что происходит. Мне не хочется буквально ничего. Я осознаю то, что действую неправильно, поступая так с Никитой, но ничего не могу с собой поделать. Он волнуется за меня, я это чувствую. Какая-то необъяснимая обида засела внутри и никак не хочет отпускать. Какая абсурдная ситуация! — девушка искоса посмотрела на учительницу литературы, что сидела за своим столом и читала вслух, пока все остальные слушали. Ну, делали вид, — Он ведь не виноват. Это ведь был простой поцелуй, верно? Кого я спрашиваю! Разговариваю сама с собой, до чего докатилась... но ведь мои мысли верны, так?». Андрей, сидевший с девушкой рядом за одной партой, выхватил дневник и стал листать. — Отдай! — шёпотом прикрикнула она, начиная отбирать предмет из рук парня. Тот ловко уворачивался, продолжая искать последние записи и попутно читая. Кира уже практически навалилась всем телом на Андрея, всё ещё пытаясь добраться до дневника. В конечном итоге оба с грохотом свалились на пол. Это уже никак не смогло обойтись без вмешательства учительницы. — Так, что происходит? — она перестала читать на полуслове, посмотрев на задние парты третьего ряда и немного при этом щурясь через очки, — Никоноров и Алексеенко, что такое! Девушка недовольно фыркнула, вставая с парня на ноги и садясь обратно на стул, предварительно отняв свой дневник. Андрей встал следом. Учительница только повела бровью. *** 17:35 Звонок во входную дверь. Открывает её женщина средних лет, одетая в домашнюю одежду и с накинутым на плечо кухонным полотенцем. — Здравствуйте, а вы кто? — женщина настороженно задала вопрос, презрительно посмотрев на парня перед собой, держащего в руках цветы и небольшую плитку шоколада. — Ах, здравствуйте! Меня зовут Никита, я друг Киры. А она дома? — он продолжал миловидно улыбаться, хотя и чувствовал неловкость. На последних словах парень немного потянулся вверх и попытался что-то выглядеть за спиной женщины, но после всё же вернул взгляд на даму. — А, ясно, — она состроила кислую улыбку, и уже презрительно смотрела на самого блондина, — и не стыдно тебе? Маленьких девочек совращать, а? — Никого я не совращал, — Никита непонимающе уставился на мать Киры, — я её друг! Вы всё неправильно поняли, — он нервно засмеялся, чуть покачивая головой в стороны. — Ну да, вижу я. С цветами, вон, с подарочком в придачу, знаю я таких. Поматросят и бросят! — она сняла полотенце с плеча и скрестила руки на груди, а затем хитро прищурилась, оглядывая парня с головы до ног, — чтоб ты знал, у неё есть парень, поэтому можешь даже не надеяться, — безмятежно произнесла та. — Как? — Вот так, дорогой мой. Взял и появился. А она что, ничего тебе не сказала? Ай-ай-ай, видимо, не такие вы и хорошие друзья. Всё рухнуло. Буквально в один миг. Руки с букетом стали опускаться, а глаза потихоньку блестеть на свету. Он глубоко вздохнул и потёр указательным и большим пальцами глаза, в которых скопились небольшие сдерживаемые слёзы. Он резко выдохнул, вновь смотря на женщину перед собой, которая презрительно оглядывала его в ответ. — Передайте ей это, — он протянул цветы и любимую шоколадку Киры её маме, а после добавил, — а ещё, что я безумно сильно люблю её. — Давай, давай! Много вас таких, больно нужны только. — Милая, кто там? — приглушённо донёсся голос отца. — Да никто, — она усмехнулась, закрывая дверь. Та резко захлопнулась перед Никитиными глазами, одувая того, отчего некоторые пряди волос на секунду взмыли в воздух. Сам парень ещё минут десять смотрел в точку перед собой, в которой только что была мама Киры. *** «Привет, Никит. Нам срочно нужно встретиться. Давай в восемь около той кафешки, ну, ты понял. Буду ждать.» — напечатала девушка, после чего быстро сунула телефон и руки в карманы, так как те безумно замёрзли. «Боже. Какая же я дура!» — она шла в сторону своего дома с опущенной головой, забитой мыслями о друге. — Я дома, — тихо проговорила она, стоя на пороге квартиры и развязывая тёплый шарф. — Твой женишок приходил, в любви признавался, — с усмешкой сказала женщина из кухни. Кира сначала ничего не поняла, но после до неё дошло, и она просто закатила глаза на слова своей матери, но решила промолчать. На письменном столе в её комнате находился скромный, но красивый букетик, а рядом лежала любимая вкусняшка голубоглазой. Она медленно подошла поближе, аккуратно дотрагиваясь до бутонов. Комнату сейчас освещала только настольная лампа, создавая небольшой световой круг. Окно зашторено, хотя даже если бы и было открыто, то особого света не дало бы. Посмотрев на настенные часы в своей комнате, которые показывали 19:23, она устало вздохнула и присела на кровать. *** 20:11 Кира стояла в назначенном месте, дрожа и переминаясь с ноги на ногу от холода. Этот день, по сравнению с прошлым, оказался очень морозным. Улицу освещали только фонари слабый свет, исходящий от некоторых магазинов и кафе. — Никита, да где же ты! Она вытащила телефон и зубами сняла с одной руки перчатку, набирая сообщение. Девушка снова огляделась, но решила пойти к нему самому, дабы не мёрзнуть. Пройдя по улицам в течении минут так пятнадцати, она оказалась возле нужного дома. Порывшись в карманах и чертыхнувшись, она нерешительно и тихо постучала. Ничего. Постучала громче. Тишина. Снова начав рыться в куртке, Кира всё же отыскал эти злосчастные ключи. — Опять провалились в дырку, чёрт, — немного эхом раздалось по подъезду, но всё равно звучало приглушённо из-за натянутой аж до носа клетчатого шарфа. Провертев пару раз ключ, дверь отворилась. Темнота. Вот, что в первую очередь поприветствовало шатенку, как только она зашла в квартиру. Нигде не было света, поэтому, нащупав рубильник, она включила свет. Но пока только в прихожей. — Никит? Никого. Ни малейшего звука. От такой тишины слышалось даже жужжание холодильника с кухни. — Никита! Эта атмосфера теперь стала нагонять жути, отчего девушке стало не по себе. Кира прошла в комнату. Всё на своём месте, казалось бы, но почему-то ощущение, что здесь никто и никогда не жил. Свет с улицы позволял разглядывать шатенке очертания предметов, а потом и заметить листок на подоконнике. Немного корявые буквы открылись её взору. «Ну привет, подруга дней моих суровых. Ты же понимаешь, что в жизни не так всё прекрасно. Бывают тяжёлые моменты, а бываю совсем простые и беззаботные. В моей жизни была только тяжесть, которая просила меня сойти с жизненного пути и уйти восвояси к родителям. Ты стала по-настоящему моим самым лучшим другом, которого я в итоге полюбил. Полюбил не только за твою красивую улыбку, а за искренность и чертовски дрянной характер. Господи, какая же ты всё-таки милая. Да, смешно, ведь у меня никогда не было такого друга, как ты. Ты была для меня если не всем, то по крайней мере многим. Я хотел стать тебе другом навеки, но, к сожалению, у меня это не получилось... Но знаешь, я ни о чем не жалею, потому что, сделав такой выбор, я всё-таки смог быть рядом с тобой, чего бы мне это не стоило! Я хочу что бы ты знала — я никогда и ни в чём тебя не винил, я тебе очень благодарен за всё. Ты права — таких как ты больше не делают! Ты навсегда останешься в моих воспоминаниях! Сейчас, когда я это пишу, то понимаю, что мы с тобой скорее всего больше общение продолжать не будем. На данный момент я знаю, что когда ты прочитаешь моё письмо — это будет конец всему. Так что я хочу в последний раз попросить у тебя прощения за всё, что когда-либо было. Прости меня. Не вини себя ни в чём — я просто непутёвый друг, каких в твоей жизни, надеюсь, больше не будет. Спасибо тебе ещё раз за всё

Твой самый лучший друг. Навсегда.

» Бумага стала постепенно намокать, а после и вовсе была сжата в бесформенный комок. Кира зажмурилась, пытаясь выдавить слёзы. Но всё для неё как будто застыло на этом моменте.