Aurora quia duo

Я открываю глаза и откидываю одеяло в сторону. Смотрю на часы, стрелки которых медленно подползают к четвёрке. Я снова не смог уснуть. Ты снова будешь ругать меня за это, но я ничего не могу с собой поделать. Кошмары до сих пор преследуют меня, даже через год с небольшим после войны. Проваливаясь в сон, я вижу свою безумную тётку, пытающую тебя, слышу твои душераздирающие крики и не могу сдвинуться с места, чтобы прекратить эти муки. Я не хочу говорить об этих кошмарах тебе, ведь знаю, что эти воспоминания тревожат не только меня. Лежу на кровати ещё некоторое время, а затем встаю и тихо, стараясь никого не разбудить, натягиваю на себя брюки и рубашку, найденную в темноте наугад. Затем беру в руки черно-зелёную мантию и так же тихо, как и оделся, выхожу из комнаты. Гостиная, что неудивительно, пустует. Решив, что ещё слишком рано идти к тебе, я сажусь на диван, прикрыв глаза. Я глубоко вздыхаю, и лёгкая улыбка касается моих губ от понимания того, что через несколько минут мы вновь увидимся.

***

Портрет полной дамы оказался в поле зрения через несколько минут после того, как я покинул холодные подземелья Слизерина. Ты никогда не заходила за мной, чтобы пойти на астрономическую башню вместе, ты называла гостиную моего факультета "Холодным змеиным гнездом, в которое сунется только идиот или слизеринец", а я всегда беззлобно усмехался в ответ на это. Я никогда не мог затащить тебя в свою комнату для уединения, пока все находились в Большом зале, поэтому нам удавалось встречаться только на балконе астрономической башни. Подойдя к портрету, разделявшему коридор и гостиную твоего факультета, я тактично кашлянул, чтобы разбудить полную даму, чем вызвал её возмущение. Она злобно зыркнула на меня и, вложив в голос как можно больше недовольства, выплюнула: -Назовите пароль, мистер Я-не-сплю-сам-и-не-даю-спать-другим. -Хермеус Морра, - с наглой ухмылкой произношу я, пока женщина, открывая проход, ворчит, - приятных снов! Я стараюсь остаться незамеченным, ведь, если меня заметят Гриффиндорцы, поползут слухи, чего нам совсем не надо. Ты, по обыкновению, сидишь в кресле и читаешь какую-то книгу, в правой руке держа светящуюся палочку и укрывшись пледом. В гостиной только мы, поэтому я, ничего не опасаясь, подхожу к тебе и заглядываю через плечо, дабы увидеть содержание книги. Ты вздрагиваешь, когда я облокачиваюсь на спинку кресла и, покрепче сжав палочку в руке, оборачиваешься. -А, Драко, это ты, - облегчённо выдыхаешь и откладываешь книгу, - ты напугал меня. -Прости. - Я улыбаюсь и тянусь к твоим губам, оставив на них нежный мимолетный поцелуй, ты тянешься ко мне, чтобы поцеловать снова, но мне приходится тебя разочаровать. Обиженно дуешься, отчего моя улыбка становится шире. Я бросаю взгляд на окно, ты повторяешь за мной. -Скоро рассвет, - констатируешь ты и возвращаешь взор на меня, - пошли? Я киваю, беру твой плед и книгу, читая название вслух: -Гамлет? Любишь Шекспира? Спокойно смотрю на тебя, пока ты, держа в правой руке корзинку для пикника, округляешь глаза в удивлении. Я предугадываю твой вопрос прежде, чем ты озвучиваешь его вслух, и отвечаю: -Да, Гермиона, я знаю писателей-маглов, не смотри на меня так, словно впервые увидела фестрала. -Я думала чистокровные волшебники не читают магловские книги. -Знаешь, от скуки я и не на такое способен. Нагло подмигиваю тебе, после чего по-собственнически кладу руку на твою талию, и мы выходим из гостиной, сопровождаемые недовольным ворчанием полной дамы, которая угрожает, что в течение ближайшего часа больше никого не впустит и не выпустит. Нам плевать, ведь час-ничтожно мало для того, чтобы мы сполна могли насладиться совместным времяпровождением.

***

Я открываю дверь, ведущую на смотровую площадку астрономической башни, и ветер развевает твои каштановые кудри. Я снимаю свою мантию и накидываю её на твои плечи, на что ты неодобрительно качаешь головой, поджимая губы. -Ты совсем перестал заботиться о себе, - с неким укором произносишь ты и присаживаешься на каменный пол, предусмотрительно наложив согревающие чары, - ты спал сегодня? Я загадочно улыбаюсь и отвожу взгляд, боясь признаться и в то же время не смея обманывать тебя. Ты вымученно вздыхаешь, накидываешь плед на нас и прижимаешься ближе ко мне. Твоя голова на моем плече, моя рука на твоей талии, так мы молча сидим несколько минут прежде, чем ты решаешься нарушить тишину: -Тебя что-то тревожит? -Ничего, - я целую тебя в макушку и ты довольно жмуришься, уткнувшись носом в мою шею, - о чем тебе следовало бы переживать. -Да брось, я же вижу, что что-то не так, рассказывай. Мне пришлось сдаться под твоим напором и рассказать о кошмарах, которые тревожат меня не первый месяц. -И я ничего не могу сделать, - заканчиваю я свой рассказ, ловя твой обеспокоенный взгляд, - как тогда. Я такой... -Никакой ты не "такой" , - перебиваешь меня ты, хмурясь, - ты не мог ничего тогда сделать. Белла была слишком безумной, и все это знают. Если бы кто-то попытался её остановить тогда, она бы не побоялась и запустила в смельчака "Авадой". Я понимаю, ты сожалеешь, что не смог помочь мне тогда, но... Просто забудь. Это все в прошлом. Я выдохнул и, пересадив тебя на свои бедра, робко коснулся твоих губ своими. Ты моментально ответила, зарываясь пальцами в мои волосы. Какая же ты невероятная! Каждый твой поцелуй сводит меня с ума, ты, наверное, и сама это чувствуешь. Ты не представляешь, как сильно я хочу тебя. Мне стыдно признаться в этом самому себе, ведь ты такая невинная, словно ангел,спустившийся с небес. Я не раз намекал тебе на близость, но ты всегда отказывалась. Всё, что мне остаётся - терпеливо ждать твоего согласия, что очень трудно, учитывая твою волшебную красоту. -Гарри что-то подозревает, - тихо произносишь ты, смотря в мои глаза. -Что? -Он думает, - ты по привычке закатываешь глаза на мой затуманенный взгляд и продолжаешь, - что между нами что-то происходит. Я не вижу причин для беспокойства, о чем и стремлюсь сообщить, на что ты раздражённо рычишь. Я стараюсь скрыть улыбку, чтобы не получить подзатыльник, но выходит из рук вон плохо. -Если Гарри узнает о нас, узнает и Рон. Если Гарри смирится с нашими отношениями, то Рон своим криком поднимет на уши всю школу. Он скажет, что я предала их и что... -И что он идиот, если не может принять твой выбор. Ты слезаешь с меня и встаёшь к стене, опираясь на неё плечом,достав перед этим какой-то железный предмет цилиндрической формы из корзинки. -Что это? -Термос, - отвечаешь ты будничным тоном, будто бы я знаю значение этого слова, затем нервно усмехаешься и поясняешь, - он сохраняет температуру продуктов, которые ты туда помещаешь. И в нём чай или кофе могут оставаться горячими очень долго. -Я думал, маглы не владеют магией. -Это физика, - смеёшься ты, вновь подсаживаясь ко мне, - а не магия. -Почему маглы такие сложные? Я недоуменно поднимаю брови, после чего отпиваю немного какао из этого твоего термоса. -Слишком сладко, - я поморщился, и ты снова рассмеялась, - что смешного? -Ты смешной. -Почему? -Потому что милый. Эти слова сбивают меня с толку, поэтому я какое-то время прожигаю взглядом твоё лицо. Ты широко улыбаешься, вынуждая меня сделать то же самое. Я накрываю нас упавшим пледом и смотрю куда-то вдаль. На горизонте начинают появляться первые лучики, и мы молчим, наслаждаясь прекрасным видом. В твоих карих глазах блестят искорки, а волосы в тусклых лучах рассветного солнца кажутся какими-то особенно мягкими,так что я зарываясь в них носом и чувствую приятный запах чего-то сладкого. Я всегда замечал, что в такое время ты особенно прекрасна. В глазах не было усталости или грусти, которые появляются на уроках или во время наших наигранных стычек в коридорах. Я помню, как ты плакала, уткнувшись в мою грудь, сидя на этом же месте несколько месяцев назад, после известия о смерти матери. Тогда твои глаза блестели от слёз, и я сам для себя решил, что буду делать всё, лишь бы глаза блестели от радости или восхищения, как сейчас, а улыбка никогда не сходила с твоего прекрасного личика. Пока я любуюсь тобой, лучи поднимаются все выше и выше, и в итоге вся площадка залита тёплым светом . Вместе с рассветом отступил ветер, поэтому мы сложили плед в корзинку и, обнимаясь, разговаривали о всяких глупостях, прерываясь на поцелуи и смех. Мы вышли с астрономической башни за час до завтрака и направились в разные стороны. День полноправно вступил в силу, а это означало, что наши чувства придётся оставить за закрытой деревянной дверью. Я с нетерпением жду момента, когда нам можно будет рассказать об отношениях всему Хогвартсу, но пока что мы вынуждены скрываться за взаимооскорблениями и ссорами,происходящими по несколько раз за день. Три часа в сутки лишь во время рассвета - мало для влюблённых, но, если этот рассвет только для двоих, можно и потерпеть.