Стёртые чернильные пятна

Я знаю о слухах; я вижу, как ты смотришь на мою сестру. "Первенец", Гамильтон Я всегда была второй после Джо во всём, и я не буду второй для тебя только от того, что она тебе отказала. "Маленькие женщины", Олкотт Через две недели Джо возвращается в Нью-Йорк. Она написала ещё один рассказ и, несмотря на намеки, которые Эми удалось выцепить из их разговоров, она так и не говорит, о чем он. У истории тот же обыденный стиль её первой книги, но в этот раз Джо фокусируется на рассказах о школе, которую открыла в доме тети Марч. Эми приходит к выводу, что всё-таки и так знает, о чем он.

***

— Мне скоро нужно быть в Нью-Йорке, — говорит Лори. Её вилка ударяется о фарфор. С Лори Эми не нужно съеживаться, смущаться и извиняться за это. — Зачем же? — По делам. Эми борется с тем, чтобы не скривить лицо, — не смущаться не значит терять все манеры. — Когда? — Через полмесяца. — Нам придётся предупредить о своём отсутствии на ужине Моффатов. — Ты можешь пойти без меня. — Так я не приглашена? — Эми протыкает кусок мяса вилкой, слыша скрежет по тарелке. Лори смеётся, своим лёгким музыкальным смехом. — Конечно ты приглашена, миледи. Но жена Дэвлина осталась в Англии с больным ребёнком, это будет скучная поездка. — Я способна сама найти способы развлечься. — Я не сомневаюсь.

***

Когда она была маленькой девочкой, Эми часто смотрела на то, как Джо и Лори сбегали в лес, далеко за холмы. Она подло думала, какой неженственной была походка Джо, как ей не хватало элегантности, когда она запрокидывала голову назад от смеха (который звучал абсолютно непристойно), какими грубыми были её руки, когда толкнули Лори в плечо, прежде чем они исчезли за кустами.

***

Они лежат в кровати. Голова Эми покоится на груди Лори, его руки обнимают её. Она сама организовала их в эту позицию. В обществе Лори намного более чопорный и благопристойный, чем в его юности. Его движения менее хаотичны и более осознанны. Он предлагает ей локоть, когда они движутся от одной комнаты к другой, и не делает спектакль из них и их любви. Дома его рука касается её спины, когда он проходит мимо. Его губы слегка трогают её щеку, когда она протягивает ему корреспонденцию. Он не делает спектакля из них и их любви и наедине. — Я предложил Джо поехать в Нью-Йорк со мной, — говорит Лори, будто у него в горле свился узел. Эми сглатывает. — Она все равно ехала туда и настаивала на поезде, но мы можем поехать вместе. — Очень практично, — шепчет Эми в темноту. — Я тоже так подумал. — Разве не должна она была отправиться в Нью-Йорк на два дня раньше тебя? — Я уеду раньше. Эми думает, если он проведет лишнее время в городе, разве не будет мило, что она тоже поедет? Пока Джо ведет переговоры с издателями, Эми и Лори могут пройтись по магазинам и попробовать новые рестораны. Они влюбились друг в друга заграницей, и пусть Нью-Йорк это не Европа, есть своя магия в том, чтобы находиться не дома. В Массачусетсе слишком много призраков и слишком много груза прошлого. Но если источник этого груза будет делить с ними повозку, то Эми совсем не уверена, что это будет считаться.

***

Эми часто наблюдала за Лори. Последствием наблюдения за Лори было наблюдение того, как сам Лори наблюдал за Джо. В его лице всегда было тайное удовольствие, уживавшееся с нежной тоской. Он по-прежнему смотрит на Джо с удовольствием, любовью, нежностью и тоской, но всё это преобразовалось в скрытый пазл, который Эми не может собрать. Она переживает, что, возможно, и не хочет разгадывать его.

***

Эми остается дома. Она отказывается опускаться до упрашиваний. Она понимает, где её присутствие нежеланно.

***

Эми пропускает симпатичный шелковый шарф сквозь пальцы. Кажется, что вода ласкает её кожу. — Он прекрасен, — произносит Мег за её плечом. — Я думаю, он будет смотреться чудесно на шее Лори, да? Он чёрный, щеголеватый, с серебристым, похожим на монетки, узором. Он оживленнее, чем те, что Лори носит в последнее время, и напоминает о тех шарфах, которые он носил в юности. По правде, юношеская живость Лори смягчилась. Эми гордится тем, кем он стал, почти не злоупотребляя и не превышая норму алкоголя, смеха или других фривольных вещей. Как он поощряет её нарисовать его лежащим на кушетке или нарисовать портрет Бесс, оставляя наброски того, как она с каждым годом становится старше, так и она хочет, чтобы он смог вспомнить ту часть себя, которой она однажды была так очарована. Однажды, как в начале пьес, которые Джо писала для них. — Думаю, да, — соглашается Мег. — Тебе стоит купить его. Улыбка Эми становится озорной. — Мне стоит? Мег улыбается немного натянуто, но позабавленно покачивает головой.

***

Эми движется по Пламфилду к звуку беготни и бурной музыкальности инструкций Джо. Она обнаруживает детей, стоящих на самодельной сцене. У Джо в одной руке сценарий, в другой — игрушечный меч. Лори стоит в паре шагов от неё, с бумажными усами над губой и отвратительной розовой тканью на плечах. Эми наблюдает за тем, как его плечи подрагивают от смешка, когда Джо направляет на него меч. — На сцену, мисс Крученая Шпага! — отдает приказ Джо с плохо скрытым восторгом в голосе. Муж Эми ковыляет к плохо приделанной доске сцены в середине комнаты, виртуозно двигая конечностями, с драмой в каждом движении, когда он поворачивается, отставив плечи назад и подняв подбородок. — Принеси мне, — начинает он высоким и беззаботным тоном, пока не замечает Эми. Серьёзная морщинка формируется меж его бровями. — Всё в порядке? Она моргает, будто её поймали, а не наоборот. — О, да. Да, всё хорошо, — она забывает о цели свего визита, машет им, ощущая, как жар поднимается по щекам: тот же, что пылает в лице её мужа. Её сестра сдвигает брови так же, как Лори, щеки красные от жары, но настоящее тревожное открытие выдает вину её нахмуренных бровей. Юбка Эми шелестит, когда она разворачивается, каблуки стучат по деревянному полу, когда она уходит; принцесса покидает бал.

***

На коленях Лори раскрытая книга, а нога перекинута одна через другую. В его руках прекрасная копия "Любовники Сильвии", книга, которую Эми считает пылкой и мелодраматичной, несмотря на то, что никогда не читала её. Она возится с вышиванием крестиком. Ей, на самом деле, даже не нравится это занятие, но оно демонстрирует и учит терпению, и ей хочется что-то для комнаты Бесс, поэтому она продолжает, то и дело кидая взгляды на мужа, пока он подпирает подбородок рукой. — Я не думаю, что тебе стоит читать это. — Это увлекательно, миледи. — Почитаешь мне вслух? — просит она. Тишина гостиной подчеркивает предстоящую боль в её суставах. Она думает, болят ли суставы Джо. Она задаётся вопросом, касается ли Лори её руки так же, как он касается руки Эми. Он повинуется, его голос ровная спокойная мелодия для её ушей, а хрипота, должно быть, сохранилась с участия в постановке в Пламфилде. Когда Лори делает паузу, переворачивая страницу, Эми спрашивает: — Ты приятно провёл время? — Она верит, что её любовь мертва, едва ли это приятно. — Милорд, — говорит она; сложно произносить это прозвище без улыбки, которая трогает её губы. — В Пламфилде с Джо. Его рот формируется в что-то нарочито легкое. — Ах, да, детективы Пиквика остановили коварные планы мисс Крученой Шпаги. — Значит, Джо написала это. — Это очень комично, в отличии от этого, — произносит он, указывая на книгу на своих коленях, его большой палец зажат между страницами, чтобы не потерять нужную. — Я уверен, она одолжит тебе сценарий. Эми не нужен сценарий. Она хочет ответы на вопросы, которые не смеет спрашивать.

***

Они на ужине в Орчард-хаусе. Джо на кухне с Маменькой. Эми настаивает на помощи, но её прогоняют из-за лихорадки, которая была у неё пару дней назад. Сейчас уже она чувствует себя превосходно, но не спорит с Маменькой из-за болезни и здоровья. — Не знаю, почему мы постоянно едим здесь, — говорит Отец. Лори усмехается. — Наш дом всегда открыт, но в Орчард-хаусе я больше чувствую себя как дома. — Я тоже, — соглашается Эми. — Джо никогда не предлагала? — спрашивает Лори. — Из неё вышла бы отвратительная хозяйка, — замечает она. — Ужасная, миледи. — Прекратите, вы двое, — осекает Отец, но в его глазах плещется веселье. — Вы правы, но даже после того, как она заполнила пустоту детским смехом и обучением, память моей дорогой сестры всё ещё сквозит в доме. На языке Эми вертится пара слов в защиту тети Марч. — И к тому же помогать Джо готовить ужин будет в два раза труднее, и она все равно найдет способ испортить его. В этом я уверен, — добавляет Отец с теплотой. — Вы правы, — соглашается Джо, возникая в дверях с целой миской испеченного рисового пуддинга. — Будьте милыми друг с другом, — наставляет Маменька с юмором, повторяя за Отцом, и проходит следом за Джо с вином, которое принесли Лори и Эми. — Мы всегда милые, дорогая, — отвечает Отец. Джо садится напротив. Её взгляд пробегается между Эми и Лори, прежде чем она заговаривает. Шарф, который Эми купила Лори, завязан вокруг её шеи. Эми не слышит, что она говорит, но Лори смеётся.

***

Джо и Лори постоянно менялись вещами, будучи младше. Эми никогда этого не понимала. У Джо была женская одежда, а у Лори — мужская, и такой обмен казался неприемлимым хотя бы этой причине, среди прочих других. Она думала, касались ли пальцы Лори шеи Джо, чтобы украсть шарф. Расстегивала ли её сестра его пальто, задевая костяшками пальцев его грудь, прежде чем продеть свои руки в рукава, всё ещё хранившие его тепло. В порыве страсти Эми схватила рубашку, которую видела на Лори, из вещей Джо, прижала её к носу и вдохнула, надеясь ощутить запах мальчика, которого любила. Она почувствовала лишь слабый запах своей сестры и ничего более.

***

Эми глядит на ночное небо, чистое и усеянное звездами. Вечерний воздух тёплый и приятный, Лори подставляет локоть, когда они подходят к повозке. — Какой прекрасный ужин, правда, милорд? Утка была сочной и божественной по вкусу; вино сладким и вкусным. Разговор тек легко и весело, никто не пытался пассивно-агрессивно поддеть сестёр Эми. Редкое явление для вежливого общества, которое Эми считает таковым лишь частично. — Очень прекрасный, — он накрывает её ладонь своей, мягкой и изящной как и всегда. Лори помогает ей забраться в повозку, и они переговариваются о вызывающей сомнения политике Ренуарда. Эми гордится ими обоими за то, что оба держали язык за зубами весь вечер. Невежливо спорить с хозяевами и полезно для бизнеса отложить такие обсуждения. Это хороший вечер, и Эми чувствует себя ближе к Лори. Он её муж, и ей ничего больше не надо, она любит его. Когда они проезжают мимо Пламфилда, Лори поворачивается, глядя вверх. Эми делает то же самое. Свеча горит на чердаке. Должно быть, Джо снова пишет; на прошлой неделе на воскресном вечере у неё на мизинце были пятна от чернил. — Тедди, — пробует Эми, два слога звучат неловко и незнакомо, слетая с её языка. Он дергает головой почти яростно. — Не надо. — Я просто попробовала, — она ведет плечами. — Ты мой муж. Я могу называть тебя, как пожелаю. — Если хочешь, ты можешь называть меня Дора. Это грубо. Он снова смотрит в окно повозки и, как капризный мальчишка, отворачивает голову от неё. Она не станет потакать ему. — Ты мой муж, — повторяет Эми. Её голос дрожит, и она сцепляет руки на коленях. — Не может у другой женщины быть часть тебя, которой нет у меня. Он кидает на неё короткий взгляд. И молчит.

***

Эми думает о своей сестре достаточно хорошо, чтобы знать, что та не прыгнет в кровать к её мужу. Но больно: она не может быть уверена, что поменяйся они ролями (невозможное и бесполезное занятие), Джо была бы так же уверена в ней.

***

Джо и Лори действовали в тандеме, их тела продолжения друг друга. Эми знает, что ревновала их легкой близости, желала спутаться с ними в один клубок и одновременно боялась того, что будет значить быть их частью. У неё не было нужды в прикосновениях; она получала достаточно объятий и поцелуев от Маменьки, Ханны и сестёр, достаточно игривых (и не очень игривых) драк с Джо. После возвращения из Европы с кольцом на пальце она заметила различие в поведении между её мужем и сестрой. Сложно описать это различие, кроме как отсутствие чего-то, что было раньше, а теперь нет. Эми связывала эти изменения с взрослением. Они больше не были детьми, которые действовали безрассудно и неподобающе, опираясь друг на друга, как можно опираться на стену. Этому изменению в их отношениях и заслугой других было то, что Лори был теперь влюблен в Эми, а не Джо. Ей не приходило в голову до того момента, — до того момента, как Лори потянулся, чтобы взлохматить волосы Джо, его ладонь замерла на полпути, до того, как Джо отстранилась от недолгого объятия по сравнению с прежними, недолгого даже для знакомых, — что, может, вместо того, чтобы быть включенной в их отношения, как она однажды мечтала (чистая ложь, она желала занять место Джо в сердце Лори так же, как она желала быть частью их дуэта), что она поместила себя в самую середину. Ей пришло в голову, что желание касаться не исчезло, оно всего лишь было насильно подавлено.

***

— Позволь мне проводить тебя, — предлагает Лори. — Я вполне способна найти дорогу домой сама, Тедди, — настаивает Джо. Эми вздыхает. — Не глупи. Земля вся заледенела, уже темно, и я слышала, что в округе появились воры. — Это короткий путь, а я не инвалид. — Пока нет. По тому, как он сжимает губы, Эми ясно может видеть пробивающуюся ухмылку. — Пожалуйста, Джо. Ради моего душевного спокойствия. Ты же не хочешь, чтобы твоя младшая сестра беспокоилась, верно? — Может, хочу. Переживания пойдут тебе только на пользу. — У меня появятся морщины. Джо сдается. Пару лет назад она бы не сдалась. Лори оставляет поцелуй на щеке Эми, шепча о том, что она будет прекрасна, как и всегда, даже с морщинами у глаз. Эми смотрит, как они идут к Пламфилду, освещая окно свечей. Голова Джо склоняется вбок, когда она смеётся, и, когда Эми уже не может разглядеть кончики их носов, Лори предлагет ей локоть. Она отталкивает его. Прежде чем они поворачивают, почти терясь из поля зрения, Джо принимает его руку.

***

Эми отпивает из своего бокала шампанское, глазами обводя тускло освещенную комнату. Лори провел рядом с ней достаточно много времени, прежде чем джентельмены утащили его в кабинет заниматься джентельменскими делами. — Миссис Лоренс! — Берта, прошу, не будь смешной. Она смется, задевая Эми локтем, прежде чем принять более уместную позу. — Как Бесс поживает? — О, прекрасно. Мы бы не смогли сегодня прийти, если бы Мег не согласилась посидеть с ней. — Твоя сестра? Не миссис Уилсон? — Я никогда не встречала кого-то, кто лучше бы управлялся с детьми, чем Мег, — произносит Эми предельно сахарно и твердо. Мег не была сегодня приглашена, ужасное последствие её удачи, или отсутствия оной. Это несправедливо, но Мег знала на что идёт, когда выходила по любви, и теперь живёт с этим, как может. — И Бесс замечательная компания, — продолжает Эми. — Она чудесная юная девушка, — улыбка у Берты напряженная. — Я видела твою сестру с мистером Лоренсом совсем недавно. — Моим мужем или его дедом? Ненужный вопрос. Эми заранее знает, о каком мистере Лоренсе и какой сестре речь. — Вашим мужем, разумеется. Довольно сильное препирательство они устроили на почте. — Я надеюсь, оно не было невыносимо унизительным, — Эми стоит с горящими щеками, уже испытывая невыносимое унижение. — Это был тот ещё спектакль, их шепот не особо снимал напряжение, — говорит Берта прежде чем сделать глоток шампанского и предосудительно поднять брови. — Вы будете довольны услышать, что ваш муж положил этому конец. Позволил ей заплатить за себя. — Очень сложно убедить Джо в том, что подарок это не благотворительность, если она уже что-то решила. А ещё очень сложно найти ситуацию, в которой бы Лори не сдался желаниям Джо, и сложнее найти ситуацию, в которой бы желания Лори и Джо разнились — один такой случай превосходит все остальные. Эми не знает, потому ли Лори отдавал что угодно ради счастья и одобрения её сестры и, в конце концов, отдал часть своего счастья.

***

— Театральные постановки с Джо и её учениками не вызывают у тебя воспоминаний о детстве? Челюсть Лори напрягается. — Если на то пошло, — говорит он, — время с Джо это напоминание всего, к чему я не могу вернуться. Эми задается вопросом, понимает ли он, как опечаленно и жестоко звучат его слова.

***

Он возвращается домой позже, чем Эми ожидала. — Джо добралась? — Она пыталась сбежать от меня на полпути. У неё не получилось, но всё в порядке. — Я рада слышать, — улыбается Эми, обхватив ладонями лицо мужа. У него холодные щёки, и, когда она целует его, то чувствует такие же холодные губы. Эми тянется к волосам, взлохмоченным шляпой. На лбу у его левого виска притаилось чернильное пятно. — Она предложила тебе короткую передышку от холода? Призрак улыбки изгибает его губы. — От холода да, но Джо никогда не предлагала мне передышки от чего-то большего. В этом реальности столько же, сколько вымысла. Эми роняет руки, обжегшись.

***

Повезло, думает она, что она не вышла замуж исключительно по любви. Эми любит Лори. Лори любит её. Повезло.