Жизнь и налоги

Гермиона Грейнджер       Триумф — сладкий на вкус.       Помощники расставили столики с пробными образцами, молоденькие ведьмы, наряженные в фирменную униформу, ослепительно улыбались. «Будь таким, как мы», — как бы говорили они. Крайний левый столик занимал обольстительный брюнет. Гермиона настояла на том, чтобы в линейке «эликсира молодости» было и мужское направление.       Первый час волшебники толпились возле столиков и хмуро наблюдали за происходящим. В новинку было не только оформление, но и навязчивая рекламная акция. Никто не будет раздавать свой товар просто так, если он стоит денег, — так думали в магической Британии.       — Нужно что-то делать, — шепнула Гермиона Джинни. Та показывала Джеймсу козу. Грейнджер отвернулась от окна, в которое подглядывала за ходом компании. Улыбки девушек уже напоминали маски.       — Давай позовём мою маму. Она будет не против протестировать твои новинки и подаст пример этим трусам, — Уизли подмигнула Джеймсу и вызвала патронус.       Молли прибыла через пятнадцать минут, растолкала толпу, изучила содержимое баночек, выслушала разъяснение приветливых девушек. Толпа жадно впитывала информацию и пыталась сохранять скучающий вид.       — Мы предлагаем вам попробовать два вида мази. Одну — для рук, а вторую — для кожи лица. Второго пробника хватит только на одну проблемную зону, — объясняла красавица, показывая на себе. — Шея, носогубная зона, область вокруг глаз или лоб.       Миссис Уизли развернулась к толпе и широко улыбнулась.       — И кто это придумал такое замечательное средство? — громко спросила она.       — Мистер Теодор Нотт обладает авторским правом…       — Теодор Нотт? Может, это заговор выживших Пожирателей смерти? — почти кричала Молли.       — Нет, за безопасность и организацию производства отвечает миссис Грейнджер…       — Гермиона Грейнджер? — Уизли хлопнула в ладоши. — Так это совсем другое дело! Намазывай, девочка. Хочу посмотреть на свою улыбку без морщин.       Девушка вытащила одноразовый шпатель, нанесла массу на лицо миссис Уизли. Крем засиял и…       Поток людей похож на цунами. Улыбка промоутерам уже не требовалась. В полдень явилась Скитер, пробралась через толпу людей и потребовала полный пакет раздаточного материала вместо двух стандартных пробников. Гермиона дала добро. Таких людей нельзя упускать без сенсации. Во второй половине дня потянулись первые покупатели. Они пока ещё робко переступали через порог, осматривали сияющие зеркала и светлые витрины. Гермиона наблюдала за ними издалека. Улыбка на её лице была самая настоящая.       Выручка только первого дня превзошла её прогнозы в пять раз. Она уже согласилась дать интервью «Пророку» и «Ведьмополитену». Примчался взмыленный Нотт. Глаза горят, на скулах румянец.       — Ну что, госпожа Гермиона, — мурлыкнул он, — это определённо успех.       — Верно, — Гермиона улыбалась. Широко и открыто. С такой прибылью она окупит вложения меньше чем через год! — Всем досталось шампанское? — она обвела просторный магазин взглядом. Промоутеры подняли бокалы. Забини о чём-то спорил с Джин, Гарри острым взглядом обводил их небольшое сборище. — Тогда предлагаю выпить! За светлое будущее!       — За светлое и молодое будущее! — Малфой вынырнул из-под её руки и поцеловал в щеку. — За вас! Драко Малфой       Вывод на рынок нового бизнеса иногда сравнивают с рождением ребёнка. Драко Малфой точно знал, что эта аллегория ложная. Хотя поведение Гермионы Грейнджер напоминало поведение Лиры. Восходящая звезда косметологической отрасли блестела глазами, облизывала губы, часто вздыхала и временами прислонялась к стенке — отказывали ноги. После закрытия магазина команда собралась, чтобы отметить событие и выговориться. Девушки-промоутеры, серые от усталости, довольно улыбались. Гермиона старалась привлекать на работу больше женщин, в том числе сквибов. «Верна себе и всё так же ненавидит любую несправедливость», — усмехнулся Драко.       — За вас! — он обнял Грейнджер за талию и заметил, что она вздрогнула. Подмигнул и вышел из зала. Он смотрел из глубины тёмного коридора, как сотрудники поздравляли друг друга, пересказывали забавные моменты. Ему нравилось, что в этот раз не он в центре внимания. Впервые не хотелось рваться в первые ряды и светить аристократическим лицом изо всех журналов. Быть тем, кто поддержал, тоже неплохо. Нотт, видимо, считал так же. Он нависал над Гермионой и что-то говорил. Она расслабленно смотрела, как девушки собираются и уходят. Теодор махнул им рукой, запер дверь и предложил освежить шампанское. Грейнджер отмахнулась и будто очнулась. Засобиралась домой. Надела скинутые туфли, оглянулась в поисках пальто. Нотт перехватил её руку и прижал к себе.       Драко стоял и смотрел, как его друг тискает его жену: приобнял за талию, другой рукой погладил задницу. В голове было пусто. Надо было уйти. Сейчас. Развернуться и уйти. Сквозь пустоту прорвалось:       — Пусти! Тео, пусти!       — Гермиона, ты…       — Она сказала «нет», Нотт. Руки убери, — Малфой внезапно нашёл себя в зале с занесённой для атаки палочкой.       — Как мило, что ты заглянул, Драко, — Теодор осторожно шагнул назад и чуть приподнял руки. — Следишь за своим имуществом?       — Последи за языком, — Гермиона с палочкой в руках шагнула в сторону.       — Ох, так вы, ребята, заодно? Раскрутили меня и обобрали? — Нотт скривился. — Сначала ты лезла ко мне в постель…       — Я не… что?! — Грейнджер задохнулась от гнева. Малфой следил за руками противника, почти не слушая, что тот несёт.       — Ты, ты, не отпирайся, всё ради прибыли, так, Грейнджер? А ты сидел и смотрел, как она крутит задницей и забирает все мои наработки, пока тебе это было выгодно, а, Драко? — Тео резко дёрнулся за палочкой, но Гермиона швырнула в него «Экспеллиармус».       Малфой опустил палочку и подошёл к Нотту:       — Эти милые сказочки хороши для львят из Гриффиндора, Теодор. Но мне ты это дерьмо не продашь. Ты получил прибыль от изобретения и хочешь прибыль от реализации. Полгода ты вьёшься вокруг моей жены, — Грейнджер посмотрела на него и отвернулась. — Ты даже устроил эти нелепые обжимания у меня на глазах. Знал же, что я не ушёл. Теперь хочешь обвинить её в соблазнении? Думаешь, я побегу разводиться? А тебе достанется утешение бедненькой Гермионы и весь бизнес? Теряешь хватку, старина. Пшёл вон отсюда.       — Малфой, ты же её не любишь. А я люблю, я бы мог сделать её счастливой. Но нет, когда это твой дом упускал хоть что-нибудь прибыльное? Ты будешь выкачивать из неё силы, пока она не высохнет от усталости! — Тео говорил с Драко, но смотрел на Гермиону.       — Ты уж определись, любовь у тебя или выгода, а то раздражает, — насмешливо протянула Грейнджер.       — У меня, дорогая, всё. И любовь, и расчёт. Таков уж я. Умею заботиться, умею быть рядом, умею любить. И умею видеть выгоду. Бросай ты этого малахольного, Гермиона. Контрольный пакет у тебя, мои наработки, в том числе будущие, пойдут тебе, нам с тобой хорошо вместе. И я прошу прощения за этот спектакль, — Нотт вздохнул и мягко посмотрел на неё. — Я правда сглупил и наговорил чуши. Просто ты такая…       — Какая? — Грейнджер склонила голову набок и оглядела их обоих.       — Настоящая. Понимаешь, настоящая, — Теодор вздохнул. — Ты живая, ты искренняя, ты не пытаешься восхищ…       — Это он отправил ко мне Асторию, — вдруг сказала Гермиона. Отвернулась.       — Но… я хотел как лучше, ты понимаешь? Как лучше! Для тебя! — Нотт кричал.       — Заткнись, Тео, — Драко сложил палочку в карман. — Пошли домой? — он протянул Грейнджер руку. Она вложила пальцы в его ладонь. Нотт с рычанием бросился на Малфоя и повалил на пол. Драко, более гибкий и жилистый, ужом вывернулся и нанёс серию ударов в корпус Теодора. Схватил за грудки и прошипел:       — Всё общение с моей женой ты, сука, будешь вести через юристов, понял? — и двинул по смазливой ноттовской роже. Голова Тео мотнулась, он вырубился.       — Драко, где ты научился так драться? — Гермиона смотрела на него круглыми глазами.       — С Поттером спарингуюсь. Как со свадьбы начали, так вот раз в неделю и…       Малфой встал, отпихнул Нотта. Блядь.       — Знаешь, где он живёт? — Гермиона покачала головой. — Придётся тащить к нам, не бросать же здесь. И так вон прилавок перевернули.       — К нам, — мёртвым голосом сказала Грейнджер. Драко взглянул на неё и вдруг понял, что её трясёт. — Ты знаешь, я, наверное, сейчас к Джинни. Спасибо тебе и прости за… — она махнула рукой, взяла пальто и аппарировала.       Нотт застонал. Малфой зажмурился.