nym

Герой Полярис. Мидория перекатывает это выражение на языке — туда, обратно, в себя, из, — и оно кажется грубым. Герой Полярис. Тот, который три часа назад во время спасательной операции посоветовал ему не лезть. У Мидории Изуку уже два года как рабочая временная лицензия: он не смог получить её на первом году, но последние годы обучения он занимает первые места в рейтингах на экзаменах. Он усерден, умён, смышлён. И одинок. Уравити выпустилась в прошлом году, — Мидория знал, что рано или поздно им придётся попрощаться. Её мечтой всегда была Америка — сладкая, выверенная мечта. Ингениум уже открыл своё агенство. Мидория обещает обязательно пойти к нему сразу после выпуска, но они оба знают: он этого не сделает. Иногда он списывается с ними — не чаще, чем пару раз в месяц. Ему тяжело адаптироваться к тому, что все, с кем он учился на первом году, к кому притёрся, с кем готов был свернуть хоть горы — уже выпустились. Ему пришлось взять годовой перерыв. Полночь как классный руководитель оказалась практически такой же, как Айзава — ну есть, и есть. Герой Полярис. Он думает об этом всю следующую неделю. Его геройское имя звучит грубо; будто царапает Мидорию, пока тот думает об этом. Его глаза изменились. После спасательной операции они не пересекаются: Мидории достаточно того, что их диалог гремит у него в черепушке. Полярису плевать, что о нём думают. Его не волнуют рейтинги, не волнует общественное мнение, вся его работа — спасать людей. Мидории не плевать. Он бы так не смог. Умертвить себя целиком, чтобы спасти лишнего человека. Ему хочется знать, что случилось за тот год, что его не было здесь, с Шото Тодороки. Каждый раз, когда он спрашивает, он слышит лишь тишину. Никто не хочет отвечать ему. — Ты подвергаешь их ещё большей опасности, Деку, — без каких-либо эмоций. — Тебе стоит найти другой способ помочь. Робот. Голос, созданный из цифр, звучит живее. Он тратит некоторое время на то, чтобы добыть в интернете всю информацию, которую возможно добыть, на Поляриса. В конце первого года Шото Тодороки неловко улыбнулся ему. Полярис не улыбался ни разу. Мидории кажется это грустным. Он сталкивается с ним через несколько месяцев — за пару недель до выпуска, — в кафе около его, Мидории, дома. Тодороки в кепке и очках с прозрачными желтоватыми линзами. Это не мешает ему сразу узнать его. Тодороки тоже замечает. Мидория сглатывает, когда в заполненном помещении он устремляется к его столу: он за столиком один. Несколько лет назад Мидория приглашал его обедать с ними, Ураракой и Иидой, за одним столом. Тодороки всегда соглашался. Сейчас он спрашивает: — Можно присесть? — Мидория на это механически качает головой. — Привет, — добавляет Тодороки, когда усаживается напротив. Мидория кивает. — Ты странно молчаливый, — а вот Тодороки нетипично болтливый. Мидория долго смотрит ему в глаза. Тодороки не моргает. Изуку переводит взгляд за его спину. — А есть что обсуждать? — он не успевает остановить себя, и всё, что ему остаётся — надеяться, что его сейчас не вышвырнут из-за взрослого стола. — Ты всегда находил, что сказать, — Тодороки упирается щекой в подставленную ладонь. Так он выглядит ещё безразличнее. — Ты расстроен тем, что я сказал? — и с каких пор это вдруг кого-то волнует? Мидории всегда так говорят. Особенно из-за его... Обстоятельств. После этого странного отпуска. Он был расклеен, разбит, сломан, он не знал, куда нужно смотреть, чтобы что-то увидеть: он видел лишь пустоту тогда. В глазах Шото Тодороки сейчас нет пустоты; заинтересованности или прошлого, застоявшегося тепла тоже. Герой Полярис ни разу не улыбался за год его геройской карьеры. Шото Тодороки напротив него поджимает губы. — Я понимаю, почему ты сделал это, — Мидория пожимает плечами. Он не понимает. Он не имеет ни малейшего понятия, но и чёрт бы с ним. У Поляриса острые скулы. У Шото Тодороки острые слова. — Ты врёшь, — говорит он. Он врёт. Он врёт всем — ему, себе. Надгробию, которому обещает справиться. — Тебе не рассказали, верно? — в его глазах больное веселье. — Это связано с тем, что ты ни разу не улыбался за это время? — в лоб спрашивает Мидория. Конечно, связано. — Героям не до улыбок. — Он так не думал. Они оба молчат. Мидория встаёт, аккуратно выдвигая стул. — Ты изменился, — доносится до него. Он хочет ответить "ты тоже". В его горле слишком сухо.