В следующий раз

Сёдзи закрылись с едва слышным стуком, и в комнате повисла тишина, которую тревожили лишь два чуть слышных дыхания. Они так и смотрели друг другу в глаза, не смея прервать словом этот контакт. У каждого внутри уже всё больше теплилось и закипало чувство какого-то полёта, лёгкости от того, что перед глазами родной человек. Он дышит, видит, чувствует, а значит, живёт, и самое страшное и сложное позади. Это ощущение головокружительного счастья с горьковатым привкусом от сожалений. То, что ради друг друга они готовы на всё, было понятно, но эти жертвы оставляют на сердце другого небольшие царапинки, которые потом долго щиплются. Ночь, темнота и лунный свет отгораживают их от мира. Обоим так много нужно сказать, но все слова растворяются ещё до озвучивания. Курогане первым делает жест в сторону Фая – тянет к нему здоровую руку, и маг сдаётся. Падает коленями на мягкий футон и со всей нежностью, со всей любовью, что скопились у него в Инфинити, обнимает Курогане, уткнувшись ему в шею. Ему кажется, что ещё немного, и он разрыдается. Стараясь не тревожить рану, он крепче прижимается к воину и чувствует крепкое кольцо руки у себя на спине. Он отрывается и разглядывает лицо японца. Взгляд у того необычайно тёплый, от него всё внутри будто начинает оттаивать. И Фай не сразу осознаёт, что счастливо улыбается. Губы Курогане тоже трогает лёгкая улыбка, и маг принялся расцеловывать его лицо, судорожно шепча: - Какой же…Куро-сама…дурак. Но я…не знаю…что бы я делал…если бы тебя не стало. - Не говори так, это уже не важно, - поглаживая его по голове, сказал воин тихо. - Нет, важно, - возразил Фай, виновато глядя Курогане в глаза, - Почему-то, ты заплатил за мои проблемы дороже меня, - он бережно коснулся плеча, где некогда была вторая здоровая рука. В горле встал ком, и говорить стало совсем сложно. Фай нежно прижался губами к повреждённому плечу, а потом просто так уткнулся лбом. - Я ни о чём не жалею, ты знаешь. Единственное, что обидно, что я не могу обнять тебя обеими руками, - проговорил воин. В груди у Фая что-то защемило, и он поднял голову. Поражало как же много в глубине багряных глаз решительности, уверенности, непоколебимости в действиях. Надёжный как скала и сильный как дракон, с ним столько беспокойств, но когда он рядом, хочется жить. - Я люблю тебя, - прошептал Фай ему в губы, а Курогане лишь уничтожил это жалкое расстояние. Поцелуй был сладким, таким необходимым. Ведьма знала о них больше, чем они сами. И уже не никакого желания сопротивляться судьбе, она у них теперь одна на двоих. Они смогли принять это. Остались только объятия и отчаянное биение сердец. Вкус любимых губ кружил голову, ощущение чужой кожи, запах волос. Мир Фая уже давно сузился до одного Курогане, но никогда он ещё не был таким уютным. Курогане целовал магу шею, а тот бережно гладил его плечо, шею, спину. Этих прикосновений было мало, ими невозможно было насытиться. Но даже вампирская сущность, что клокотала внутри Фая от запаха крови, которой пропах воин, была не в силах одолеть обыкновенные человеческие чувства. Потребность быть рядом с дорогим человеком, затмевала всё остальное. Курогане медленно опустился на спину, увлекая за собой мага, и убрал за ухо свисающие на лицо Фая волосы. Тот, опираясь на локте, касался лица любимого, обводя пальцами его щёку, линию скул, которая ему особенно нравилась, переходя на сильную шею и грудь, затянутую бинтами. Они долго молчали. Почему-то, сказать что-то не было у них даже в мыслях. Казалось, важнее заново изучить блеск знакомых глаз. - Ты не отдохнул, тебе нужно ещё поспать, - тихо сказал Фай, заметив, сонный прищур Курогане, с которым тот боролся. - Я в порядке, - поморщился воин. - Правда, засыпай. - Ты будешь тут, - сдался японец. Маг коснулся губами уголков его губ и лёг рядом. - Конечно, я никуда не уйду, - чуть улыбнулся он, - А твоя комната очень большая, - заметил он. - Это не моя комната. - А где твоя? - Моей комнаты нет в замке. Да, я должен быть постоянно с Томоё, но она сама меня отправляла иногда «на отдых», а раз так, я не имею привычки шататься по замку без дела. У меня есть свой дом, - пояснил Курогане. - Правда? - Фай хотел ещё что-то добавить, но передумал. И этот жест не ускользнул от глаз Курогане. - Если хочешь, можем сходить туда завтра, - вздохнул ниндзя. - Да, - улыбнулся маг, - А теперь спи, хватит болтать, - он невесомо провёл ладонью по его глазам, закрывая. Утро настало неспешно. Ленивые лучи утреннего солнца пробирались в комнату, стараясь захватить себе как можно больше территорий. Вокруг царила умиротворяющая тишина. Первым проснулся Фай. Открыл глаза и увидел в считанных сантиметрах от себя лицо Курогане. Просто потрясающее ощущение восторга и щемящей грудь любви. Мог ли он ожидать, что тот, кого в детстве ему приказали убить, станет его жизнью. Он долго лежал и просто разглядывал воина. Смольные волосы, смуглую кожу, губы, то, как спокойно поднималась и опускалась его грудь. Он невесомо касался его щеки, жёстких волос. Глаза Курогане медленно открылись, и Фай сразу же прижался к его губам поцелуем. - Доброе утро, - просиял маг. - Действительно, доброе, - довольно потянулся Курогане. - Принести тебе чего-нибудь поесть? - Ну, можно, в принципе, - лениво ответил воин. Фай быстро вылез из-под одеяла и помчался вглубь замка. Отсутствовал он недолго и совсем скоро принёс поднос, на котором ютилась увесистая тарелка риса с мясом и большая кружка чая. Японец скептически оценил яства и принялся всё это неспешно есть. - Куро-сама потрясает. Одной рукой управляться этими странными палочками, - заворожено проговорил Фай, на что тот вопросительно хмыкнул. - Палочки для того и созданы, чтобы управляться ими одной рукой, - буркнул ниндзя в ответ. - Ещё и рис ими есть.. У вас едят так много риса. Тебе это нравится? Я бы мог нау.. - Мне нравится всё, что ты сготовишь, - перебил его Курогане, а смущённая улыбка сама забралась на лицо Фая, - Пойдём сейчас, собирайся. - Может, купим по дороге чего-нибудь вкусненького? – в своей манере спросил маг, вставая с футона. - Как хочешь… Городские улицы были оживлёнными. Множество людей спешащих по своим делам, играющие дети, торговцы – народ был самым разнообразный. Но когда на улице появлялись Курогане и Фай, улица чуть затихала. Отовсюду слышались переговоры, и устремлялись косые взгляды. Фай не удивлялся косым взглядам в свою сторону. Он сильно выделался благодаря светлым волосам, коже и глазам. На него смотрели с любопытством, но при этом и с недоверием. - Это всё из-за твоего фурисоде, - уловил его мысли Курогане. - Всё равно. Я знаю, - тихо ответил маг. Сам Курогане был мрачнее тучи. И на все косые взгляды он отвечал грозным блеском красных глаз. Вся окружающая их атмосфера была недоброжелательной. Конечно же Фай был осведомлён о значении своей одежды, но они с Курогане шли на расстоянии вытянутой руки друг от друга, поэтому всеобщее недовольство удивляло его. Когда они подошли к лавке, желая купить немного яблок, хозяйка этого магазинчика смерила их презрительным взглядом. Это была невысокая, пухлая тётка с затянутыми седоватыми волосами. Проводя последнего покупателя милой улыбкой, она повернулась к Курогане, который разглядывал яблоко у себя в руке. - Сколько они стоят? – спросил он. - Десять. - Что?! Это слишком! – вскипел воин, а маг только и мог, что терпеливо улыбаясь, переспросить. Улыбка всегда помогала договориться. - Простите, но вы только что продали их другому человеку по гораздо более низкой цене, - заметил он. Курогане скрипнул зубами, всё было явно сделано специально. Он был сильно раздражён. - Скажите спасибо, что вообще продаю! Этому зверю, - она глянула на ниндзя, - жалко даже травинки. - Но это не справедливо! – возмутился Фай, - Что он вам сделал? - Все знают этого дракона. Лучший воин Японии, но и самый кровожадный. Сколько жизней загубил! Человек не способен на такое. Убийца мне не клиент! Выгнала его принцесса, так он вернулся, - она с омерзением глянула на Фая, пройдясь взглядом по его одежде, - Да и что я должна оправдываться перед каким-то… Ей не дал договорить сдавленный хруст яблока. Курогане раздавил его в ладони и бросил обратно на прилавок. - Заткнись, старуха, уж по нему ты ещё языком своим при мне не прошлась. А меня обсуждай, сколько твоей гнилой душонке угодно, - отряхивая и вытирая руку о рукав, прорычал он, - Пошли, - он схватил Фая за руку и стремительно повёл его подальше оттуда. Шёл он быстро, так что магу приходилось поспевать. Но взгляд Курогане уже был не таким обозлённым, а скорее печальным. - Куро, - осторожно позвал его Фай, - но тот его не слышал, погрузившись в свои мысли, - Курогане! – уже громче повторил маг, остановился и потянул ниндзя за руку на себя. Тот наконец посмотрел на него, но почти сразу отвёл взгляд. - Все так с тобой? – серьёзно спросил Фай. - Нет, но таких много, - он перехватил руку мага ладонью, переплетая пальцы, - Забудь. В этом городе много хороших людей. А она права, ведь так и было, но этого уже не изменить. Пойдём, я куплю донго, тебе должно понравиться. Почти на краю города они зашли в старую маленькую лавку, в которой пахло чем-то сладким. Её хозяином оказался забавный старик, который с радушием их поприветствовал, а всё остальное время болтал и расхваливал свои донго. Он удивился появлению дворцового ниндзя, но больше его заинтересовал улыбчивый иностранец с золотистыми волосами. Сам он был почти лысый и очень бедно одет. Говорил, что почти всё отдаёт своим любимым внукам, которые вынуждены жить без отца, который погиб на службе. Этот старик понравился Фаю. Он смотрел на иноземца беззаботно, без всякой неприязни и с Курогане он разговаривал шутливо, по-доброму. В конце концов, они купили донго даже больше, чем хотели. Дом Курогане оказался ещё дальше. Он был поодаль от остальных на небольшом холме, и к нему вела узенькая дорожка. Сам он был небольшим. Подойдя к дому, Фай обернулся назад и увидел панораму города, а совсем вдалеке виднелся дворец принцессы. - Заходи, - позвал его Курогане. Внутри дом казался ещё меньше, мебели традиционно было по минимуму, пол и всё остальное были запылены, но вокруг был порядок. - Куро-пу, а ты оказывается такой аккуратный, - протянул маг. - Я здесь редко бываю, - буркнул тот и отправился в другую комнату. Фай же внимательно оглядывал всё вокруг, медленно обходя комнату. В этом скромном доме ему было куда уютней, чем во дворце Томоё. Даже воздух здесь казался теплее. Незаметно для себя он вышел на улицу. С этой стороны дома открывался вид на горизонт, зелёные равнины и холмы, которые совсем далеко кончались горами. Ветер осторожно ласкал зелень, а полуденное солнце слепило глаза. У Фая перехватывало дух. Он облизнул вдруг пересохшие губы и широко улыбнулся. А ласковый ветер вплёлся в его волосы. Хотелось полететь, раскинуть руки и воспарить в небе. Но вместо этого Фай почувствовал чужие объятия. Курогане прижался губами к его виску и сунул ему в руку палочку со сладостью. - Я хотел спросить, почему твой дом так далеко от остальных, но мне уже понятно, - тихо сказал Фай, откидывая голову ему на плечо. Сам Курогане, прикрыв глаза, уткнулся носом в светлые волосы. Они ещё долго молчали, греясь теплом друг друга и лучами солнца. Маг, не торопясь, ел угощение. Хотелось провести так всю жизнь, зная, что один не покинет другого. Вместе с человеком, который является всем: и другом, и братом, и любимым… - Теперь я знаю твоё прошлое, и мне хочется знать, как мне тебя называть, ведь «Фай» - твоя очередная ложь, - тихо спросил Курогане. Фай прикрыл глаза и горько улыбнулся потому, что и сам плохо понимал, кем же он остался. - Называй меня тем, кого любишь. Только Юи не такой улыбчивый и беззаботный как Фай. Фай нравится всем гораздо больше, - почти шёпотом ответил маг. - Я люблю Юя, - после паузы прошептал Курогане ему в самое ухо, прижимая к себе ещё теснее. - Значит, Фай будет для всех остальных, а Юи будет только с Куро-поном, - блондин повернулся к нему лицом, чтобы смотреть в глаза, - Так же как Куро-пу, Куро-гав и всё это только для Юя и Моконы. - Булка ещё эта, - надулся Курогане. А маг наконец-то поймал его губы своими, обвив руками его шею. Пальцы зарылись в чёрные волосы, а поцелуй лишь углубился. Только и осталось ощущение чужой руки на спине, прижимающей ещё теснее. Однако время в этом доме шло слишком быстро. Будто солнце намеренно стало спешить за горизонт. Они и глазом моргнуть не успели, как время подходило к обеду. Нужно было идти. В храме их ждала принцесса и Шаоран, который ни на секунду от неё не отходил. Впереди ещё столько проблем, но теперь они кажутся не такими безвыходными. Вместе они со всем справятся. И выходя из дома, Юи обернулся на горизонт и поля, что восхитили его с самого начала. Небо было ещё дневным, но в душу забралось непреодолимое желание увидеть закат, сидя у этого дома. Эта картина-мечта так и стояла у него перед глазами. - Ты идёшь? – окликнул Юя Курогане, который уже ушёл вперёд, обратно в город. - Как бы я хотел увидеть отсюда закат, - чуть улыбнулся маг, - у этого дома. Он и не услышал шагов возвращающегося воина, смотря на лазурное небо. Он только сразу почувствовал горячую ладонь, которая сжимала его собственную. - В следующий раз, - сказал Курогане и потянул его в сторону города, - Пошли, сейчас у нас есть свои обязанности. И это обещание засело Юя в глубине сердца. Всё-таки из них двоих настоящий волшебник – это вспыльчивый ниндзя, который словом может вернуть к жизни. А ещё, он сказал, что будет поступать так, как ему кажется правильней, не спрашивая мага. Значит, они обязательно вернутся сюда, чуть позже. Ведь Курогане сказал «в следующий раз».