Проклятие демона

— А что там? — киваю на дверь, поворачиваясь к Альтазару. — Глупый вопрос, — хмыкнул и прильнул к моим губам. — Что может быть за дверью комнаты? — посмеивается и покусывает губы. — Дом, — немного смутилась от собственного вопроса. — Логично, не находишь? — резко встал, а я укуталась частично пледом. — Покажешь? — смотрю и не знаю, как себя с ним вести, что можно говорить, а где лучше промолчать? И сколько вообще ему лет? Единственное, что о них знаю, это то, что они рожденные в аду. А какова их природа, никто так и не выяснил из магов. — Одевайся, — как-то неприятно посмотрел, далеко никак обычный человек. Ему не понравилась моя просьба, но он уступил. Почему? Сказал бы нет, никого бы это не расстроило. Не столько важен мне его дом, сколько, просто попытаться наладить с ним контакт. — А можно в душ? — я быстро собрала свои разбросанные вещи в руки и настойчивым взглядом настаивала на ванной комнате. — Не заставляй себя ждать, — кинул неприятно, проходя мимо. Я даже кивнуть не успела, как тот исчез за моей спиной. Где душ? Кинулась второпях в три двери и на третью попытку нашла. Как могла, так торопилась. Я никогда не была медлительной, но в этот раз все валилось из дрожащих рук, ноги скользили по кафелю, но устояла. Магию использовать запрещают, но с мокрой головой ходить тоже нельзя. Да и растрёпанной после фена, равносильно упасть перед ним мордой в грязь. Кем бы он ни был, каким бы он не был, я хочу ему нравиться. — Красивый дом, — неуверенно спускаюсь по незнакомой лестнице. Альтазар стоит внизу с непонятным выражением лица, ни злости, ни радости. Если только нотка пустоты в глазах. — Будь откровенен со мной, — тихо шепчу, чувствую жуткую неловкость рядом с ним. — Отношения с мужчиной в моей жизни впервые, тем более с таким, как ты. Я не понимаю, как себя вести… — Тише, Адель, — нежно касается моих губ. — Будь собой и мы всегда сможем договориться. — О чем? — на автомате спрашиваю. О чем мне с ним договариваться? — Я в плену? — страхом окатило. Не может же быть так, чтобы демон был великодушен. — Ты в гостях, — усмехнулся. — Ты всегда можешь уйти, когда захочешь… — Тогда… — Тогда я ещё не был готов отпустить тебя, — взял за руку и выводит из дома, видимо экскурсию по дому пропускаем. — Сейчас ты мне особенно нужна, моя девочка. Сладко звучит это из его уст, но так же очень подозрительно. Особенно после тех его сообщений, которые угрожали расправой. Вот теперь убеждаюсь, что демоны хитры, умны и изворотливы. Быть начеку с ним не получается. Как только он касается меня, полное доверие и расслабление. Так и хочется очередной раз спросить, как же я все это время без тебя жила? Не жила, а существовала. Что это со мной? Любовь? Страсть? Временное помешательство? Чем бы это не оборачивалось, прекращать это не хочется. — День? — на улице светло, тускло светит оранжевое солнце. — Осень? — листья кружатся и падают листопадом под ноги. — Здесь время течет не так, как там, — идет медленно, улыбается беззаботно. — А где мы? — кружусь впереди него, под листьями. — Там, где нас никто не найдет, — добрый взгляд у демона, словно он прячется от всех. — Тепло, — снимаю куртку, и на ответе настаивать не буду. Не хочет говорить, не надо, пусть будет так. Так, без ответов. Зачем ответы, которые скоро будут совершенно не важны. Он медленно прогулочным шагом идет и блаженно улыбается. А я кружусь и мысленно шепчу: «Запомни меня такой, а я никогда больше никого не смогу полюбить». Знаю, что слышит, но в ответ только хитро улыбается. Демон молчалив, ненавязчив и совершенно не пристрастен к насилию, как говорилось о них. А может это были просто слухи, чтобы мы их боялись? Не важно. Важно то, что я только что призналась ему в любви. Да, я чувствую в нем тепло и безопасность, хотя должна исходить опасность и холод, но нет же. Гонит ветер осеннюю листву, казалось должна подняться пыль. Но по какой-то причине воздух чист, словно мы где-то высоко в горах, где до ближайшей цивилизации тысячи километров. Поднимается только красивый кружащийся из листьев торнадо. Высокий и совершенно не опасный. — Кофе? — Альтазар кивнул на ближайшее расположившееся кафе. — Кофе, — тихо шепнула и подскочила к нему. — Возьмем с собой? — беру его под руку и таю в его зеленых глазах. В кафе приятная обстановка, плетеные столики со стульями, попугайчики в клетках, увидев нас зачирикали. Негромко музыка играет, что-то совершенно незнакомое, но очень интересное. — На каком это языке? — тихо спрашиваю, пока тот что-то заказывает. — На местном, — улыбнулся краем рта. — А местный? — Адель, ты в Таргарде, — дернул бровью. — Тар… — Таргардский язык, народ Таргардцы. — А давно ты тут… живешь? Гуляешь? Или гостишь? — С начало времен, — взял пакет с едой, меня за руку и вышли из кафе. Много же ему… покоробило не на шутку. Было столько вопросов и все вмиг растворились. А ведь никто точно не может сказать сколько существует этот мир или может? Мы молча прогулялись вглубь парка, который был больше похож на наши заповедники. Хотелось ворваться ему в голову или хотя бы попытаться, чтобы понять его, какой он или хоть чуточку мыслей уловить, о себе, о нем самом. Но за последнее время было слишком много выброса магической энергии, что теперь побаиваюсь лишнего движения. Не хочу, чтобы настиг очередной приступ при Альтазаре. И по всей видимости, с каждым разом они сильнее, больнее и временной промежуток стал сужаться. И ни факт, что у меня получится войти в его личное пространство, тем более в мысли. — Это всё тебе, — садимся на скамейку, а я не могу переварить то, что он последнее сказал. — А вы? Разве вы не едите? — хотя кофе пьет. — Ты в который раз говоришь обо мне так, словно о сказочном существе, — повернулся в мою сторону и чувствую, как скользят его зеленые глаза прямо в душу. Мгновенно закрываюсь на семь замков, которые даже мой папа взломать не мог или просто не решался. — Сторонишься, но все же здесь, со мной, — хмыкнул и остановился у первого замка, даже стучать не стал. — Чего не знаю, того не знаю… — Выставить защиту из семи бронированных стен, это не составило тебе труда, — потащил меня на себя за воротник и шипит у губ моих. — А о демонах ни слухом, ни духом? — Ни слухом, ни духом, — шепнула в ответ. — Почему-то думала, что не пригодится, что не успею, — нежно касаюсь его губ, собственное дыхание сбивается. — Кто же думал, что увижу Вас и голову потеряю… — Вас? Вас много, вы — это тьма, неопознанное, неизвестное. А Ты — Бог один, знакомый, родной. — Родной, — выдохнула в ответ. — Но знакомый ли? — тут же последовал жесткий ответ, укус за губу. Мы снова замолчали, а я начала поедать, то, что набрал Альтазар. Было вкусно, сытно и даже много на одного. Я стараюсь не смотреть на него, любуюсь местными пейзажами. Красиво и так необычно, но мысли только о нем. Оранжевое солнце садится, окрашивая верхушки золотистых деревьев. В глазах играют зайчики от последних лучей. — Ты сказал, что здесь время идет по-другому. Как? — сворачиваю пакет и в урну со стаканчиком. — Мы прыгнули в ночь, а попали сюда в день? Получается у нас рассвет? — Нет, — мотнул головой. — Посмотри на часы, — я тут же из кармана достала телефон и посмотрела на время. — Только первый час ночи, мы прыгнули сюда, когда было десять часов. Получается, что наши два часа равны двенадцати часам здешнего времени? — Не совсем, — посмотрел угрюмо. — Это место живое, тот, кто создавал его, использовал часть своей души, светлую часть. И когда на эти земли ступает темный… — То есть ты? — не удержалась и перебила, добавляя версию. — Точнее, когда этот мир чувствует угрозу, а средств бороться нет, включает быстротечное время, которое должно изжить такого, как я. Но вот загвоздка в том… — Тебя не пережить, — усмехаюсь. — Но после долгого совместного пребывания, этот мир прекратил временное помешательство, пока я не привел тебя, — улыбается, подтягивает меня к себе. — Получается, я угроза? — сажусь к нему на колени, обнимая за шею. — Ты чужая, а что чужое и неизвестное, значит опасное, — трется носом о мой. — И несмотря на это, времени полно, — убираю телефон в карман. — Получается, пока я сюда не прыгну, люди этого мира не стареют? А дети не растут? — Да, но детей здесь нет… — Откуда тогда все эти жители? — Миров много, просто ведьмы знают только темный ментальный. Ограниченный народ другими словами, — заливаюсь краской, только что ведьминский огород запустили камень. — Но тебе хочу отдать должное, ты с легкостью выпрыгнула обратно самостоятельно, ломая вековые печати этого места, тем самым нарушая его неизвестность. Когда-то за это он меня тоже невзлюбил, но потом привык. — Хочешь сказать, что и ко мне привыкнет? — кладу голову ему на плечо и нежно касаюсь губами в горячей мужской шее. Пахнет ошеломляюще, внутри все подпрыгивает и пляшет, от того, что сейчас это мое или что я его. — А как все-таки эти люди попали сюда? — Так же, как и ты.  — Получается, здесь нет людей обычных? Маги? — Маги… — А демоны? — Темная личность сюда не допрыгнет самостоятельно… — А как ты сюда попал? — он же не хочет сказать, что он ангел небесный, которому все пути открыты. — Я сильнее, — усмехнулся, поднимаясь со скамьи. — А может хитрее, — соскакиваю с него и смеюсь. — А может, ты мне сама скажешь, кто твой хозяин? — рукой обвил шею и грубо прижал к себе. — Хочешь перекупить меня? — не могу не отшутиться после приятного разговора с ним. — А знаешь, сколько тебе самой придется отрабатывать потом? — прищурил глазки и отпустил. — Тогда оставим, все как есть, — отшагиваю на пару шагов, улыбаясь. — Глупая сущность, что ты имеешь от сделки? — пытается схватить за руку, а я отпрыгиваю. — Тебя! — зеленые глаза сверкнули злобно на мое заявление. — Если бы не это, я бы тебя не встретила на том приеме. — Ты же на судьбу не полагаешься, — тон более серьезный. — Это было в слепую, а точнее не запланировано. Ты приз, который никто не обещал, — и прочь побежала от него, только бы перестал задавать наводящие вопросы. Но разве от демона, возможно убежать, если только раздразнить или разозлить. Сзади глухой взмах крыльев и в тот же миг, ноги сделали пару шагов в пространстве. — Стыдно признать, что отдала душу за глупость земную? — крепко обнимает и шепчет на ухо. — В любом случае мне в ад, — тихо добавляю. — Ты могла бы жить среди белых магов в этом мире. — Все они сбежали сюда. Они знают, кто ты? — Да, знают. И все они беженцы, — летим над домами, в окнах, которых зажглись огоньки. — Но после заключенной сделки, ни одна печать тебя не спрячет от хозяина. По окончанию срока, огненным лучом простилается путь к новому жителю ада, — получается, что встреча с демоном не за горами с карающим наш род. — А как там, в аду? — не могу не спросить. — В земном мире намного лучше поверь, — медленно опустились на крышу дома. — Адель, в любом договоре есть лазейка, бежать и обманывать не получится, — как раз, то, что сделал мой прадед. — Я встречу там своих предков? — ночной мир, ещё красивее, но душевное терзание настолько переполняет, что мешает наслаждаться этим миром. — Ты, не о том печешься, — смотрит, и вижу, как старается не злиться. — Наверно, — но мне так хочется за всех нас, которые погибли достигнув двадцати лет, хотя бы в глаза бесстыжие, пусть даже измученные взглянуть. — О каких лазейках ты говоришь? — странное чувство посетило меня, тревожное. Что ещё за лазейка? — При сделке, ты продаешь душу. Соответственно предлагаешь… — Ещё душу? Стоп! — голова кругом. — Ты так рассуждаешь, будто у людей по две души или более. — Нет, малыш, — ухмыльнулся. — Тут уже речь идет, о другом, о твоих потомках. Предлагаешь, кого-нибудь по своей текущей линии. — Получается, если у меня есть дети, а у них тоже будут дети и т. д. — невыносимое чувство злости поднимается. — Я продаю душу своего ребенка… — Вместо своей, — пожимает плечами, пряча крылья за спиной, сдирая с себя рваный свитер. — И чаще всего в демонских договорах именно этот пункт прописан на несколько потомков вперед. Вот тут ваша слепая жадность и доводит до порога, ни один из смертных не читает договор до конца. Не вдается в подробности, — почему-то мне голос изнутри говорит, что договор постоянно переписывается. Какой демон вывернет себя наружу? Возможно, что этого пункта, вообще не существует при сделки или не видно… — Как же вас мир носит… — Мир держится на нас, — невыносимое довольное выражение лица. — Скорее ад держится на вас, — подытоживаю. — Пусть даже так, — вот теперь я вижу на его лице эгоистичную, хитрую улыбку. — Предположим, я решусь на такой шаг, что будет со мной? — могу только догадываться, что учудил мой прадед. — Ты можешь отсидеться здесь, где время застывает. Гостей здесь почти не бывает. — Отсидеться? — Да, пока твои потомки не выплатят должок. Потом захочешь, можешь вернуться, а можешь и остаться. Этот мир, он ничем не уступает тому, где ты живешь, во многом даже лучше. Ты получаешь свободу. — А если мои дети, захотят воспользоваться такой лазейкой? И будет, это длится бесконечно, пока не иссякнет древо? — ноги задрожали, руки поледенели. — Нет, — мотнул головой. — У них нет этой лазейки. — Они мрут, как мухи, горят в аду, а на них это не распространяется? — Нет. Договор был заключен не с ними, а только с предком, который выполняет ещё одно обязательство… — всматривается в глаза, чтобы я договорила. — Что? — не могу сообразить. — Плодиться, — усмехнулся. — А, ну конечно, — спускаю взгляд на его обнаженный торс, но передергивает меня исключительно от невыносимого состояния безысходности. — А что им тогда? — Ничего. Доживать сколько отпустили и… — Хочешь, сказать те должны быть по гроб жизни обязаны тому предку, за то, что вообще родились? — Со стороны логики, если бы не он, его потомства бы не было. Я не прав? — В этом да… ну, а с моральной точки зрения? — столько путающих и выматывающих мыслей в моей голове. А что если в моем случае предок так и поступил? Кто вообще сказал, что тот в аду? Он отсиживается где-то в Таргарде, а мы здесь подыхаем за него. — Мне домой надо, — чувствую, что даже там, где чистый воздух, мне его не хватает. — Адель, — подошел и заглянул в глаза. — Скажи, о чем задумалась эта глупая голова? Не заставляй меня лезть в неё, чтобы тебя понять… — Не лезь, — мотаю головой. — Какого только не нужного бреда ты там не найдешь. — Я вот об этом и говорю. Скажи сама… — Не могу. Не сейчас, — теплые руки держат меня за затылок, а глаза бесятся. — Адель, — прорычал демон. — Пусти домой, ты обещал мне, — острый комок прорезал горло, опускаясь вниз. — Только не подумай, что я решила по быстрому, залететь от кого-нибудь и решить все таким образом? Нет, — мотаю головой. Мало ли подумает, что я решусь на измену, хотя можем ли мы друг друга назвать парой? Пока он не знает, что сделка не моя, это даже хорошо. — Кем, я буду после этого? — Такую сделку, можно заключить только с мужской особью, — особью, они вообще нас за личностей не считают. — Точно, потомство передается только мужской линии, — киваю. — У женщин выбора вообще походу нет. — Я так не говорил, я только пример привел, что выход есть всегда… — Хорошо, — закрываю его рот ладонью. — Не рассказывай, какой выход есть у женщины, хорошо? — Адель, я все равно… — Как можно после такого поступка, запрыгнуть и остаться здесь? — не дает покоя мое сознание. — Ты же сам сказал, что только светлые существа. — Таким же путем, как и мы с тобой здесь: ты без души, а я рожденный в аду. — Зло давно поработило все миры, — тихо шепнула и прижалась головой к его горячей груди. — Знаю, как обидно все прозвучало, вижу по твоим пустым глазам. Но ты не с тех справедливости ждешь… — Я это уже поняла, — тихо добавила. — Я домой? — не хочу, чтобы он прыгнул следом и снова в бешенстве выискивал. — Кто твой отец, Адель? — смотрит оценивающе, но нежно гладит по щеке. — Дай мне время, Альтазар, — медленно отшагиваю. Чувствую, что соврать не смогу, но и говорить, равносильно тому, что пожаловаться. — Ты мне обещал… — мотаю головой, чтобы тот отпустил. Демон злобно смотрит и ничего не говорит, а меня распирает переизбыток негативных мыслей. Хочется сказать ему, что скоро увидимся, вот только утрясу все в своей голове больной. Но он разве поймет горесть моего положения. Закрываю глаза, и вижу, как передо мной стоит вдвое выше и шире чудовище и дышит огнем на меня. Альтазар не готов отпустить меня и не дает шагу ступить с крыши. Но даже в этом облике зеленые глаза не меняются, пусть бешенные, но все те же. — «Тише, я все ещё твоя», — прикасаюсь и обжигаюсь о беса. Впервые вижу демона в его ментальном облике и совершенно не смутило. А ведь он прав в том, что ничего толком о них я не знаю. Демон шагнул в мою сторону и толкнул с крыши вниз. Такой подлости я от него не ожидала, криком лечу в пропасть. — Девушка, девушка… — кто-то за плечо дергает. — Всё хорошо? Вы что кричите? — женщина стоит надо мной и недоуменно смотрит. — Что? Вы кто? — соскакиваю с места, цела, невредима, и нигде не болит. — Где я? — слышу глухой взмах крыльев и долгий сигнал машины. — Давайте отойдем, вы на магистрали лежали, — женщина под руку уводит с дороги. — На магистрали? — кручу головой по сторонам, то по небу. Я же только что его слышала, но в небе уже нет никого. — Может, скорую вызвать? — женщина смотрит на меня, а я на нее и понять не могу, что произошло? — Нет, спасибо, — стараюсь уверить свою спасительницу, которая не дала мне остаться посреди проезжей части. — Я недалеко живу, — быстро покидаю её, уходя по аллейке в сторону дома. Она ещё долго смотрела на меня, а я задумалась, что эта женщина делает на улице посреди ночи или под утро? Горизонт светлеет, на часах четыре утра. Так и не поняла, как я тут очутилась? В голове помню только последнее свое падение с крыши. Почему-то всегда казалось, что в такой ситуации успею прыгнуть в другую реальность, но здесь не покидает чувство, что Альтазар меня вытащил из пропасти, хоть и толкнул сам. — Лили, — пихаю ту, чтобы подвинулась к краю. — Не обязательно было спать у меня в комнате… — Утром разберемся, — бурчит сонно, переворачиваясь на другой бок. — Деваться некуда, — тихо шепчу, залезая под одеяло. Хотелось бы уснуть, но мысли бились о стенки мозга, повторяя одно-и-тоже, что наши души проданные за свободу прадеда. Мне не просто хотелось выжить, а хотелось найти его, тем более, если он где-нибудь в подобном мире, как Таргард. Найти и собственными руками засунуть в самое пекло ада. И чем теперь я лучше него самого? Но и оставлять все как есть, обида раздирает меня на части. Время есть у меня немного, и я хотя бы попробую его найти.