Часть 1
3 февраля 2020 г., 20:40
***
Тварь, которая налетает на них в самой чаще леса, магическая, сродни злым феям. Она кружит их отряд меж деревьев, путает, сбивает с толку, и опьяненные рыцари разбредаются кто куда. Мерлин едва не теряет Артура из виду и остается рядом лишь благодаря своему дару. Тварь, видно, крепко сердится из-за этого: бросается на колдуна и, прежде чем Мерлин успевает отшвырнуть ее, раздирает его плечо острыми коготками сверху донизу.
Сначала кажется, что это мелочь, и очнувшийся Артур еще подтрунивает над ним. Потом раздраженно ворчит.
Потом говорит, чтобы просто не было тихо, и взглядывает на Мерлина время от времени, смешно скрывая тревогу.
А потом на лес опускается вечерний полог, они так и не находят верную тропу или кого-то из рыцарей, Мерлин идет все медленнее, и Артур напряженно замолкает.
Ноги у Мерлина наливаются тяжестью, и, когда перетаскивать их с места на место больше нет сил, он обрушивается на травяной ковер. Звезды над ним загораются стремительно, они такие же яркие, как светлячки, что теплыми золотистыми точками мелькают в звенящем от прохлады воздухе.
— Не засыпай, слышишь? Мерлин? Мерлин! — из необъятной дали зовет его голос Артура.
Мерлин вслепую тянется на зов, удивленно натыкается на холод кольчуги и почти сразу нашаривает горячую сухую ладонь Артура. От прикосновения туман в голове колышется, сквозь него пробиваются вздохи леса, прорывается ночной ветер и трещит пламя костра. Мерлин не помнит, как Артур разводил его.
Магические искры пляшут на кончиках пальцев, ласково тянутся к чужой руке, и это, наверное, щекотно, почему Артур не смеется. Почему он не видит. Почему он не чувствует.
Мерлин не спрашивает себя.
Магия шепчет в нем, поет незнакомую песню и знает, что ей нужно, кто ей нужен. Ночью проще колдовать. Ночью проще не лгать.
Ночью проще сказать:
— Ты можешь?.. можешь посидеть так? — сжимая его ладонь, сплетаясь с ним пальцами.
И проще не удивиться, когда Артур, помедлив секунду, усаживается удобнее, тянет его к себе. Не отпуская.
— Что она с тобой сделала? — говорит он и чуть заметно раскачивается, едва ли это замечая. — И чем я тебе помогу, если мы просто… просто будем сидеть тут? Мерлин… Я не понимаю.
— Утром станет понятнее, — шепчет Мерлин, вздрагивая от тепла его рук.
— Что? — спрашивает Артур с досадой, которая с головой выдает его растерянность, граничащую со страхом. — Что мне станет понятнее?
— Всё, — выдыхает Мерлин и чувствует, как уходит непомерная тяжесть из головы и из сердца, как медленно начинает затягиваться порез на его плече. — Совсем-совсем всё.
