Progressive Education

— Я надеюсь, ты не принял близко к сердцу слова, что сказал тебе Сехунни вчера, — извинился Лухан. На следующий день, они все вместе пошли на пляж, наслаждаться тёплым солнцем и плещущимися волнами. Чонин, Сехун, Чанёль и Исин очень громко пытались уговорить Соён искупаться, но когда это не сработало, Исин просто перекинул её через плечо, игнорируя визжащие протесты, и отнёс в чистую воду. Кёнсу, сидевший на полотенце между Луханом и Бэкхёном, покраснел: — Н-нет. Чонин сказал мне, не воспринимать его всерьёз. — Хорошо, — Лухан улыбнулся ему. — Нам надо было запереть дверь, но у Сехуна есть этот странный фетиш, ему нравится, когда кто-то ловит его во время секса, — он закатил глаза и чуть смущённо рассмеялся, — Чонин говорил, что это не первый раз, когда ты заходишь и кто-то занимается сексом. Кёнсу покраснел ещё больше и посмотрел на Бэкхёна. Старший посмеялся про себя, пока не заметил на себе взгляд Кёнсу, он внезапно успокоился, а его щёки покраснели. Ему не понадобилось много времени, чтобы сложить дважды два. Лухан, который совершенно не обращал внимания на этот безмолвный обмен взглядами, потянулся: — Я пойду немного освежусь в воде. Вы, парни, не хотите присоединиться? — Нет, спасибо, — пробормотал Кёнсу, пропуская пальцы через волосы. Как только Лухан вышел за пределы слышимости, Бэкхён придвинулся к нему: — Лухан-хён сказал, что это не первый раз, когда ты кого-то застукал? О ком ещё ты говорил? Это про тот раз, когда ты увидел Чонина с той девушкой? — в его голосе проскользнула надежда. Кёнсу пристально посмотрел на него, ничего не говоря. Бэкхён опустил голову и вздохнул: — Да, это именно то, о чём я подумал. Ты и правда… заходил? — Нет, я только услышал вас через дверь, — признался Кёнсу, — я хотел попросить у тебя совета про кое-что и я почти открыл дверь, пока не услышал тебя. Бэкхён съёжился и румянец на щеках стал ещё больше, хотя уголки его рта приподнялись в небольшой улыбке: — Мне жаль, что ты это услышал. М-мы не хотели, что бы кто-то знал. Кёнсу заколебался и успокаивающе положил руку на плечо своего друга: — Хочешь поговорить об этом? — предложил он. — О чём тут говорить? — спросил Бэкхён, но по его тону было очевидно, что он хотел это обсудить. Кёнсу рассмеялся и успокаивающе похлопал того по руке: — Пожалуйста, хён. Ты был влюблён в Чанёля всё время, что я тебя знаю. — Я и правда был таким очевидным? — Бэкхён рассмеялся, стыдливо пряча лицо. — Немного да, но всё в порядке, — Кёнсу улыбнулся, — так как это произошло? Ты признался ему? — Не совсем, — признался Бэкхён, — я сказал ему, что мне не нравится Джина или, скорее, я сильно её ненавижу, но когда он спросил ,почему я ненавижу её, я как бы вырубился и не мог хоть что-то сказать, хотя у меня была заготовлена целая речь. — Так что ты сделал? Бэкхён ещё больше покраснел, пряча лицо: — Я просто поцеловал и с того момента ситуация обострилась. Когда всё закончилось, я-я сказал ему, что люблю его и он сказал, что тоже любит меня. Настала короткая пауза, во время которой Кёнсу думал, стоит ли задать очевидный вопрос, но в конце концов, он не мог не сделать этого. — Так что теперь с Джиной? — Я не знаю, — признался Бэкхён всё ещё улыбаясь, — мы почти не говорили об этом. Это видеть слона в комнате. Это очевидно и ясно, но никто из нас не хочет поднимать этот вопрос. Я знаю, он не хочет сделать ей больно, поэтому ждёт личной встречи, чтобы расстаться, — он тяжело вздохнул. — Я хотел бы быть рядом с ним, когда он сделает это. Я хотел бы видеть её лицо, когда он порвёт с ней из-за меня. Но он слишком хороший для такого. Он дождётся, когда они останутся одни и тогда он не сможет смутить её так сильно, — он издал радостный смешок. — Боже, она так бесит меня сейчас. Кёнсу не сдержался и рассмеялся: — Я очень надеюсь, что у тебя всё получится. — Я буду в порядке, — продолжил Бэкхён, запрокидывая голову и закрывая глаза, на его губах появилась мирная улыбка, — мы уже знакомы с родителями друг друга, и мы живем вместе. Это прекрасно. Мы почти идеальная пара. Младший улыбнулся и снова кивнул, но какая-то часть его беспокоилась. Однако он не мог заставить себя высказать свои опасения. Не когда Бэкхён был так счастлив. Чанёль высвободился от Исина с Сехуном и подошёл к Кёнсу с Бэкхёном, его мокрые вьющиеся волосы прилипли ко лбу и шее. Он усмехнулся, тяжело дыша. — Привет, — сказал он, падая на полотенце позади Бэкхёна. Его лучший друг по привычке наклонился и нежно поцеловал его в щеку. Чанёль выглядел испуганным, бросая обеспокоенные взгляды в сторону Кёнсу, но Бэкхён только улыбнулся и переплёл их пальцы. — Кённи уже знает, — сказал он, — он достаточно умён. Хоть Бэкхён и ожидал, что Чанёль почувствует облегчение, младший, на самом деле, стал ещё более обеспокоенным. Он смущённо улыбнулся Кёнсу, но его пальцы сжали руку Бэка. — Это хорошо, — просто сказал он. — Я желаю вам всего наилучшего, — сказал Кёнсу с улыбкой. Он подмигнул и игриво подтолкнул Чанёля плечом. — Вы должны пригласить меня на свою свадьбу. Оба парня покраснели и рассмеялись, Бэкхён закатил глаза: — Не смущай нас, Кённи! — проскулил он всё ещё посмеиваясь. — Кроме того, ты и Чонин обручитесь раньше, чем это сделаем мы. Чанёль усмехнулся и поднёс руку Бэкхёна к своим губам, нежно поцеловав: — Эй, мы слишком молоды, чтобы говорить о браке. У нас каникулы. Мы должны сосредоточиться на веселье. Бэкхён бросил на него многообещающий взгляд: — Я могу придумать способ повеселиться. И мы можем сделать это прямо сейчас. В доме никого нет. Чанёль чуть покраснел, но его улыбка стала шире: — Боже, как твой зад может выдержать ещё? Ты бог секса или кто? Кёнсу в отвращение искривил своё лицо: — Фу. Фу-фу-фу-фу-фу. Слушать вас, парни, просто ужасно. Мне нужно выбросить эти образы из головы! — он сердито посмотрел на них. — Просто уйдите. Но ради Бога, на этот раз, будьте потише, если кто-то вернётся домой раньше. Бэкхён усмехнулся, вскочил на ноги и потащил за собой Чанёля: — Спасибо, Кённи! Мы быстро! — Почему Кёнсу так много знает о нашей сексуальной жизни? — Кёнсу услышал, как скулил Чанёль, пока они шли обратно к дому. Чонин вылез из воды и сел на место, с которое только что освободил Бэкхён. Он вытер с губ воду и глубоко поцеловал Кёнсу: — Куда ушли Чанёль и Бэкхён? — спросил он. Кёнсу углубил поцелуй, прежде чем отстраниться: — Дом пуст. Куда они по твоему ушли? Чонин свирепо улыбнулся: — Мы могли бы быть как они и сделать тоже самое, — предложил он, коварно играя бровями. — Чанёль изменяет своей девушке со своим лучшим другом, а Бэкхён убеждён, что они будут жить долго и счастливо, — категорично отрезал Кёнсу. — Без обид, но я не хочу быть ими. Чонин снова поцеловал его: — Ты прав. Наши отношения и так прекрасны. Мы всё ещё можем улизнуть и заняться сексом. Кёнсу рассмеялся и игриво толкнул своего парня: — Боже, малыш, я не уверен, что моё тело выдержит это. Если ты забыл, пару дней назад я был девственником. — Конечно, я это помню, — промурлыкал Чонин, уткнувшись лицом в шею Кёнсу, — это была одна из самых запоминающихся ночей. — Снимите себе комнату, вы двое, — подразнил их Исин, когда остальные вышли из воды и уселись на аккуратно расстеленные полотенца. Соён быстро устроилась на его коленях и он удобно обнял её за талию. — У нас уже есть одна, большое спасибо, — парировал Чонин, обнимая одной рукой талию Кёнсу, — которую мы, совсем скоро используем. — Прекрати! — взвыл Кёнсу, положив голову на голое плечо Чонина. — Что не так с этой группой людей? Почему вы так открыто говорите о своей сексуальной жизни? Почему мы все не можем согласиться держать это при себе? Все они от души посмеялись над его наивностью. Соён наклонилась и утешительно погладило его по руке: — О, Кённи, ты такой очаровательный. — Я так понимаю, Бэкхён и Чанёль ушли в дом, чтобы повеселиться посреди дня, — мягко прокомментировал Сехун, кладя голову на бёдра Лухана. Его парень с отвращением скривил своё лицо, но переплёл их пальцы вместе: — Тебе обязательно быть таким грубым? — Ты любишь, когда я такой, — подразнил Сехун, наклоняясь и соединяя их губы. Затем он самодовольно посмотрел на Кёнсу. — Я прав, не так ли? Они там трахаются? Кёнсу закатил глаза, ближе прижимаясь к Чонину: — Да, но они думают, что я единственный, кто знает это. Сехун сморщил нос: — Боже, они ещё более очевидны, чем я с Луханом. Они считают нас идиотами? Чонин игриво-сурово посмотрел на него: — Веди себя хорошо, Сехун-а. Мы просто позволим им и дальше так думать и дадим им ещё полчаса, перед тем как вернёмся обратно. Бедные дети так влюблены. — Мы с Лулу тоже влюбленны, — возмущённо сказал Сехун, — но ты бы не сделал того же для нас. — Да, потому что ты мне не нравишься, — ответил Чонин, высовывая язык. Сехун шутливо приложил руку к сердцу, делая вид, что умирает от боли: — Ты так груб со мной, хён. Они посидели на пляже ещё немного и потом, Чонин решил, что можно возвращаться в дом. Чанёль и Бэкхён как раз спускались по лестнице, пока остальные заходили внутрь, стряхивая с ног песок. Они были немного растрёпанные и покрасневшие, и конечно, все прекрасно знали, что произошло. — Вы повеселились? — спросил Сехун, слегка приподнимая бровь. Чанёль с Бэкхёном покраснели и ничего не ответили, бросая на Кёнсу вопросительные взгляды. Кёнсу просто пожал плечами, при этом чувствуя себя немного виноватым: — Вы ребята, не такие уж и осторожные, как вы считаете, — пробормотал он себе под нос. Соён взяла Исина за руку и подарила всем свою обаятельную улыбку: — Я проголодалась, — объявила она, — что мы сделаем на ужин сегодня? Они остановились на пасте, потому что это было быстро и легко, и, как обычно, они готовили ужин все вместе. Исин и Соён делали соус, а Сехун и Лухан варили спагетти. Чонин и Кёнсу готовили салат, а Чанёль и Бэкхён выпекали чесночный хлеб. Работая все вместе, они быстро расправились с готовкой и уселись за длинный стеклянный стол в столовой, приятный ветерок дул через открытые французские двери, ведущие во внутренний дворик. — У меня есть тост, — сказала Соён, когда они все расселись, и Лухан разлил всем по бокалу вина. Сехун драматично застонал: — Ах, почему ты всё время должна быть такой девчонкой, онни? — потребовал он. Она демонстративно проигнорировала его шуточные поддразнивания, в конце концов, она уже привыкла к этому: — За долгую дружбу и настоящую любовь, — произнесла она тост и с нежностью взглянула на своего парня, — я очень рада быть здесь со всеми вами, действительно рада и благодарна Чонину за то, что он пригласил нас всех. Выпьем. Хоть тост и был слащавым, но он также был трогательным, поэтому другим только и оставалось улыбаться, они посмотрели на своих близких и с тихим перезвоном стукнулись бокалами: — Выпьем, — повторили они. Кёнсу сделал глоток вина, а затем наклонился и поцеловал своего парня: — Выпьем, — мягко повторил он.