Progressive Education

Тэмин не вернулся в школу ни ночью среды, ни четверга, ни пятницы. Субботним утром Минхо вместе Джинки впали в истерику, а родители Тэмина были оповещены о пропаже их сына. Кёнсу в этот момент сидел вместе с Чунмёном и Джинки в их комнате, пока мистер Ли кричал на последнего по телефону, ругая его за то, что он позволил такому случиться с его младшим братишкой, грозясь и обещая, что завтра, первым же делом, он приедет в школу. Всё, что оставалось Джинки — подавленно кивать и принимать все слова отца. Он почти плакал, когда закончил разговаривать по телефону. — Всё будет хорошо, Джинки, — заверял своего друга Чунмён, приобнимая того за плечи. — Тэмин просто очень сильно расстроился. Он скоро остынет и вернётся. — Но уже прошло три дня, — сказал он и уткнулся в плечо Чунмёна. — А если с ним случилось что-то ужасное? Что, если он лежит мёртвый в какой-нибудь канаве? Если что-то случится с моим братом, это будет только моя вина! — С Тэмином ничего не случится, — успокаивающе сказал Кёнсу, взяв Джинки за руку. — Может, он ещё маленький, но далеко не глупый. Он не будет подвергать себя опасности. Просто дай ему время остыть. Как и сказал Чунмён, он скоро вернётся в школу. Утешения Чунмёна и Кёнсу прервал стук в дверь. Джинки был слишком подавлен, чтобы встать и открыть её, поэтому Чунмён, в последний раз похлопав своего друга по плечу, пошёл открывать гостю. Когда дверь отварилась, на пороге показался мрачный и бледный Минхо, а тёмные круги под его глазами указывали на то, что он совсем не спал в эти тяжелые дни. Губы Джинки искривились в ухмылке, когда он увидел парня своего брата. — Какого чёрта тебе нужно? — прорычал он. Минхо не обратил никакого внимания на этот грубый тон. — Я только что говорил с Тэмином, — просто сказал он. — Он остановился в безопасном месте, но отказался говорить мне, где именно. Он также отказался возвращаться. — Ты говорил с ним? — Джинки побледнел и вскочил, вырвав свою руку из рук Кёнсу. — Почему он отвечает тебе? Все мои звонки переадресовываются на голосовую почту! — Он не хочет сейчас говорить с тобой хён, — просто сказал Минхо. Лицо Джинки побледнело ещё больше. — Это всё твоя вина! — яростно обвинил он. — Всё, что сейчас происходить — это из-за тебя! — На самом деле, это твоя вина, — горячо ответил Минхо. — Если бы ты не лез своим носом в наши дела, Тэмин был бы здесь, счастливый и в полной безопасности. Но из-за тебя он сейчас не пойми где, делает не пойми что и никто не сможет защитить его. Это всё не из-за меня, хён. Джинки по-настоящему растерялся, он уже хотел наброситься на Минхо, но Кёнсу вовремя перехватил его и удержал. Минхо даже не шелохнулся. Во всяком случае, он выглядел так, будто ему жаль Джинки. После этого он просто развернулся и ушёл. — Ситуация начинает выходить из-под контроля, — пожаловался Кёнсу Чонину этим же вечером, пока они лежали в обнимку. — Я не понимаю, почему директор или родители Тэмина не позвонят в полицию и не сообщат о его пропажи? Я уверен, полиция нашла бы его в кратчайшие сроки. Он же не мог уйти далеко, верно? Чонин вздохнул и помотал головой: — Постоянно забываю, что ты ничего не знаешь о принципе жизни богатых людей, йобо. Если бы Ли сообщили о пропаже Тэмина, это бы отрицательно отразилось на них как на родителях и на членах высшего общества. Что бы о них сказали люди, если бы такое произошло? Если бы выяснилось, что их сын сбежал? Тоже самое со школой. Думаешь, родители захотят отправлять сюда своих детей, если выяснится, что школа так легко потеряла ученика? Да ни за что. — Но разве безопасность Тэмина не важнее чей-то хорошей репутации? — запротестовал Кёнсу. Чонин горько улыбнулся: — К сожалению, нет. Наш мир далеко не из счастливых, йобо. Кёнсу нахмурился и уткнулся лицом в грудь Чонина. — Тогда давай сбежим из него сразу, как сможем, — предложил он. — Я увезу тебя далеко отсюда и покажу мир полный счастья. Чонин прижал его ближе к себе, а его голос подрагивал, когда он наконец ответил: — Я бы очень этого хотел. К понедельнику, несмотря на все старания держать эту ситуацию в тайне, казалось, что вся школа уже знает, что Ли Тэмин пропал без вести. Ходили разные слухи: что он был подпольной проституткой и кто-то из сотрудников узнал об этом, что его наняли в качестве айдоал в какой-то модной компании в Сеуле, что его выгнали из школы, а его родители скрывают это, чтобы не позорить своё имя. Каждый слух был нелепее предыдущего, но хотя бы никто из не подобрался близко к правде, что Тэмин убежал. — Какие-нибудь новости от Тэмина? — спросил Бэкхён, пока они ждали начала урока. — Мы с Чанёлем ужасно волновались за него все выходные. Кёнсу понизил голос, чтобы ученики, которые сидели рядом, не смогли их подслушать. — Он звонил Минхо на выходных, — начал объяснять он. — Он сказал, что в безопасности, но пока не вернется. Бэкхён грустно вздохнул: — Бедный Джинки. Готово поспорить, он винит во всём себя. — Так и есть, — согласился Кёнсу, — но он также винит и Минхо. Думаю, ему гораздо проще обвинить во всём Минхо, чем признать, что всё это — его вина. Его родители помогают ему в этом. — Они знают о Тэмине и Минхо? — обеспокоено спросил Бэкхён. Он ещё не признался своим консервативным родителям, что встречается с мальчиком, поэтому ему было интересно, как на это отреагировали в семье Ли. Кёнсу отрицательно покачал головой: — Насколько мне известно, Джинки оставил это при себе. Думаю, он не собирался говорить им об этом. Он, скорее, просто угрожал Тэмину, что всё расскажет. Он не ожидал, что всё обернётся настоящей катастрофой. Бэкхён тяжело вздохнул: — Хотел бы я знать, где же сейчас наш Тэминни. Я бы пошел и сам притащил его обратно, если бы мог. Исин, который присутствовал весь диалог, неловко поёрзал на краю стола Бэкхёна. — Что это с тобой? — с любопытством спросил Бэкхён. — Ты ведешь себя странно с тех пор, как пропал Тэмин. Исин вздохнул и начал теребить пуговицу на своем пиджаке: — Я не знаю. Я считаю, что это глупо, когда два человека любят друг друга, но при этом не могут быть вместе. Кёнсу грустно улыбнулся: — Подозреваю, ты говоришь сейчас не о Тэмине и Минхо. Исин нахмурился и задумчиво уставился в окно: — Сегодня была бы третья годовщина моих отношений с Соён. — Ты говорил с ней после вашего расставания? — спросил любопытный Бэкхён. Исин грустно покачал головой: — Я пытался двигаться дальше, ходить на свидания с другими девушками, тусоваться в клубах, заваливать себя делами, но всё это бесполезно. Я не могу перестать думать о ней. — Ты должен попробовать поговорить с ней, — предложил Кёнсу, мысленно возвращаясь к диалогу с Соён после такого странного расставания. — Мы же не знаем, что сейчас она чувствует. — Он прав! — с энтузиазмом согласился Бэкхён. — Посмотри что случилось со мной и Чанёлем! — Х-хоршо, — немного робко пробормотал Исини. — Я поговорю с ней. Обед был сразу после урока, поэтому Кёнсу, Бэкхён и Исин вместе пошли в столовую, а Чунмён ушёл вместе с друзьями из музыкального клуба. Это был один из немногих дней, когда Кёнсу не приготовил обед себе и Чонину. Столовая как всегда была переполнена голодными учениками, которые уже столпились в длинной очереди. Пока они ждали, Бэкхён зацепился взглядом за Соён. Она стояла впереди них, всё никак не решаясь, что же ей взять: суши или пибмпап. Бэкхён толкнул Исина под ребро: — Хён, смотри, — воскликнул он шепотом. — Соён! Исин тут же отыскал её взглядом, громко всглотнув. — Так, тебе нужно успокоиться и поговорить с ней! — наставлял Кёнсу. — Скажи, что ты много думал о ней и что хочешь вернуть её. Не начинай с чего-то очень серьёзного. Просто сходите на пару свиданий. Ты очень вырос за это время, поэтому всё может обернуться иначе. — Д-да, — нервно согласился Исин. — Не торопясь. Но он так и не сдвинулся с места, поэтому Бэкхён толкнул его в спину прямо в направлении Соён. Исин робко подошел к девушке, которая уже выбрала суши и ждала, когда ей выдадут еду. Он стоял прямо за её спиной несколько секунд, прежде чем мягко сказать: — Соён? М-мы можем поговорить? Соён удивленно обернулась, её темные волосы упали на плечи. — Оппа? — неуверенно спросила она. — Х-хорошо. О чём ты хотел поговорить? На мгновение показалось, что у Исина закончились все слова. Он просто открывал и закрывал рот не издавая ни звука. Бэкхён закрыл ладонями глаза: — Нет, слишком рано для разговора, — драматично взвыл он. — Наш малыш ещё не готов к такому! Но вдруг Исин выпалил: — Соён, я скучаю по тебе и я люблю тебя больше всего на свете, и ты выйдешь за меня?! — вместо того, чтобы проговорить эти слова тихо, он прокричал их. Все затихли и уставились на них. Даже работники столовой замерли в изумлении. Бэкхён издал звук похожий на хрюканье и на всхлип одновременно. Соён выглядела потрясённой и Кёнсу не мог её осуждать. Ей только что сделал предложение тот, с кем она больше не встречалась, в, вероятно, самой не романтической обстановке, которую только можно себе представить, без кольца и… — Я согласна, — сказала Соён и на её лице расцвела улыбка. Исин выглядел так, будто его только что ударили по лицу: — Ты согласна? Соён покраснела, рассмеялась и кивнула: — Д-да. Мне было так плохо без тебя, Исин. Я думала, что мне нужно было время, чтобы разобраться в себе и своих мыслях, но я даже не могу трезво мыслить без тебя. Ты единственный человек, с которым я хочу быть. Теперь я это знаю. И я думала, что ты злишься на меня из-за расставания, поэтому я боялась мириться. Мне казалось, ты ненавидишь меня. Исин отрицательно помотал головой: — Ты шутишь? Я бы никогда не смог ненавидеть тебя, Соён. Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — смущённо пробормотала она: — даже если это настоящее предложение, а мы всё ещё в старшей школе и у тебя нет кольца… — Кто сказал, что у меня его нет? — перебил Исин. Соён в замешательстве нахмурилась: — Что? Исин полез в карман своего пиджака и, очевидно, вытащил обручальное кольцо, при чём очень дорогое. — Если честно, я всегда хотел сделать тебе предложение на нашу третью годовщину. Я купил кольцо и всё спланировал задолго до того, как мы расстались. Но после расставания, мне не хватило сил выкинуть его, поэтому я просто носил его с собой. Ты единственная, на ком я хотел бы жениться. Соён обняла Исина за шею и уткнулась своим мокрым лицом в его плечо: — Я люблю тебя, Чжан Исин, — счастливо прошептала она. — Давай поженимся, хорошо? И будем всегда вместе? Бэкхён сделал вид, что кашляет: — Это самая слащавая сцена, которую я когда-либо видел, — проворчал он. — Сказал тот, кто не может держать свои руки при себе, когда его парень рядом, — поддразнил Кёнсу. — Сказал тот, кто всегда целуется в засос со своим парнем. — Эй, парни, а вы не хотите заткнуться и позволить мне наслаждаться моментом? — мягко спросил Исин и улыбнулся. Кёнсу и Бэкхён тихо рассмеялись, но послушно сделали то, о чём их попросили.