послушайте!

— Питер, ты вовсе не обязан… — Тони вздыхает тяжело, рассматривая Паучка сверху-вниз. Он всегда любил его за невозможно-выразительные глаза, но сейчас этот взгляд буквально преобразовывался во фразу «закрой свой рот, иначе я прилеплю тебя паутиной к стене», так что Старк предпочел повиниться придуманной фразе и замолчать. Они только недавно вернулись с миссии, и дежурного врача по какой-то причине не оказалось на базе, благо, что все обошлось небольшими ранами, но Тони всё равно пообещал его уволить. Старк терпеливо шипел и сжимал бортик ванной до побелевших костяшек, но молчал, пока Пит бережно обрабатывал царапины на ногах, коленках. А потом стало как-то легко и…холодно, что ли. Будто пожевал мятную жвачку и вдохнул зимний воздух ртом или укусил яблоко после того, как почистил зубы. Тони приоткрыл глаз и еще раз смерил Паркера внимательным взглядом — Паучок дул на только что обработанное перекисью место и, заметив чужое внимание, улыбнулся, поднимая взгляд: — Так полегче? — с явной насмешкой спросил он. Тони что-то ворчливо пробубнил под нос, но не осмелился отказаться. — Так делает Мэй, — с ноткой чувственно ностальгии почти прошептал он и тут же оправился: — Делала, в смысле. В детстве. Старк молчаливо ухмыльнулся. Питер выкинул еще одну ватку, присел на другое, не затёкшее, колено и, порывшись в аптечке, достал заживляющую мазь. — Вот тут еще болит, — вдруг проснулся Старк, и Паркер снова приподнял голову, чтобы посмотреть на Тони, прислонившего палец к своим губам, свесив голову. — Подуешь? Пит закатывает глаза, но, позволив себе отвлечься от обработки и ответить на предложение, приподнимается и клюет мужчину в губы, обняв за шею.