Терапия

Больное воображение с безумной страстью – убивает невинность, порождая похоть. Мне определенно хочется тебя коснуться, провести языком по твоей небритой щеке, а потом резко, без предупреждения, укусив за подбородок, высасывать кровь из раны, как сладкий сироп, которым не можешь напиться, глотая жадно…связывая руки за твоей спиной заранее приготовленным сырым резиновым жгутом. Мне больно Уилл…мне больно от того, что ты принадлежишь не мне. Кровать, где запах страха перебивает ванильный крем, стоявший в банке на столе. Ты как круглый коржик для приготовления пирога, сухой, не смоченный подслащенной водой, но уже приготовленный заботливым пекарем. Хватая за горло и приподнимая на себя, я смотрю на свое творение, ты барахтаешься в моих объятиях, как тряпичная кукла, пытаясь издавать какие-то звуки - ты прекрасен. Уилл, тебе когда-нибудь говорили, что ты прекрасен? Твои руки уже начали сжимать резиновые жгуты, высыхая и сдавливая, понемногу превращаясь в синие отрубленные конечности. Я до боли и с ощутимым хрустом в районе четвертого позвонка, обнимая за талию и наблюдаю, как небольшая капелька пота скатывается от шеи к вздымающейся грудной клетке, и пробую ее на вкус. Соленая... Тебе придется принять меня таким, каков я есть, чтобы потом не возникло последствий для остальных…терпи. Я вжимаю тебя в кровать со скрипом собственных зубов, которые так и чешутся попробовать на вкус твое обнаженное тело. Как же хорошо от одной мысли, что ты подо мной, в моей власти, в моей спальне, связан, плачешь от непонимания и безысходности побега…тише, теперь ты мой трофей. Я лелеял тебя, я поил и кормил тебя, я учил тебя и ты снова и снова приходил ко мне, как мотылек на жаркое пламя летел, ты воспалил меня, мое воображение, мое желание стремилось овладеть тобой и подчинить себе. Чуть поглаживая твою спину, успокаивая, я целую твои острые и худые плечи, как собака начинаю вылизывать долгожданную кость, стремительно перебираясь ниже к ключице, целуя впадину и к выступающим осколкам ребер, под которыми так бешено, стучит твое сердце. Поглаживая мягкий живот, от чего выступают мурашки и, надавливая, делаю массаж мягко, осторожно, чтобы все тепло разливалось по телу и приливало к органу, который я хочу с самого первого совместного сеанса терапии. Ты мой. Тот самый щелчок, резкий рывок молнии, что с треском ломает несколько зубчиков, я в бешенстве, я готов с тобой, Уилл, потерять рассудок, лишь бы, ты был вот как сейчас, пошло раскрытым передо мной – порванная рубашка открывает уже возбужденные соски, ты часто дышишь, ноги разведены в стороны, а руки связаны, и ты корчишься немного от неприятной боли в запястьях. Я касаюсь тебя своей ладонью, где бьется сердце, и тело уже накалено, еще немного и мы вместе начнем сгорать в объятиях друг друга. Внутри ты скользкий, но там так тепло, моим пальцам уютно – не сдерживай стонов! Теперь уже три и ты сам насаживаешься на них, прерывисто всхлипывая и комкая простынь под собой, боже какой вид, я …я больше …не выдержу…прости. Я резко вхожу и заставляю тебя выгибаться всем телом, застываю, наслаждаясь этой секундой обволакивающей теплоты сырости и нежности одновременно, которая сжимает меня там в своих объятиях, чуть приподнимая тебя, я пытаюсь найти твою чувствительную точку и вот оно…ты стонешь, как последняя шлюха, требуя еще и еще, чтобы эти толчки продолжались вечно, ты даже пытаешься подмахивать мне своим задом – не стоит, я буду входить в тебя до тех пор, пока ты не потеряешь сознание в оргазме. Еще сильнее, еще быстрее сжимая, хлюпая и заполняя тебя полностью собой, я переворачиваю тебя на живот и снова продолжаю, как в непрекращающемся танце бесполезных мерцающих галлюцинаций от собственного наваждения. Кофе утром,а рядом валяется любимое расслабленное тело. - Доброе утро, Уилл. Как тебе вчерашняя терапия?