Осторожно! Дикая омега!

Чонгук отводит взгляд на стену. На стене висит небольшое зеркало, и альфа видит отражение своего лица.  — «Бывают разные альфы, но мне не хочется, чтобы ты стал одним из распространенных. Безмозглым альфой-садистом, идущим на поводу инстинктам и использует свою пассию только ради похоти. » — альфа неожиданно вспоминает слова отца. Я отношусь к ним? Чонгук нагибается вперед и обхватывает свою голову руками. В комнате лишь запах омеги. Голова кругом.  — Я не должен был этого делать. — шепчет Чонгук — Я один из этих тупых мразей, Тэхен? Тэхен оборачивается к альфе.  — Ты уменьшил дозу подавителей. Днем от тебя пахло ими сильнее. Сколько ты принял тогда.  — 3 таблетки. А сейчас 2 таблетки. За день максимум 5 таблеток подавителей. Ибо можно получить печальные последствия от большего количества употребления, например, отравление, или бесплодие.  — Прости меня. Я дал волю инстинктам. Мне не… — Чонгук вздрагивает от прикосновения омеги — Я не могу видеть как ты плачешь. Тэхен шмыгает носом и гладит рукой по спине Чонгука. Его дурманит от духоты в комнате, и от недостатка запаха лайма. Он начинает забываться. Чонгук странно смотрит на омегу. Тэхен уже несколько минут нюхает его одежду, его запах лаванды усиливается.  — Ты слабо пахнешь. — без смущения омега продолжает нюхать его одежду. — Но я все равно хочу те…  — Что? Но…  — Ты же сам хотел. Передумал? Я тебя прощаю за тот насильный поцелуй, не потому что у меня течка. — Тэхен вертит указательным пальцем и хмурит лицо. Он выглядит пьяным и невменяемым — А потому, что я устал. Тэхен сам целует альфу и ложится на него. От тяжести тела, Чонгук резко выдыхает и держит омегу за плечи.  — Ты что серьезно? Без защиты! Хочешь ребенка что-ли…  — Да-да, очень хочу! — перебивает омега и засасывает шею альфы. Чонгук вспоминает, что они творили во времена когда они встречались. Они не знали слова «стыд», и делали это везде. Он мотает головой.  — После течки, ты не отвертишься от меня. — Чонгук тихо стонет от засосов омеги и видит на полу презервативы «надежная защита от протечек». Он осторожно отодвигает омегу и хватается за презервативом. Член автоматически возбуждается от сильного запаха омеги.  — Какой большой. — задумчиво говорит омега — Я смогу ли полностью на него сесть? Чонгук молчит и смотрит на омегу. Он думает не о словах омеги, а о том, что должен ли он это делать? Его до сих пор грызет совесть за тот поцелуй. Но, черт, этот запах! Тэхен выглядит таким, возбужденным. Омега цыкает и берет инициативу на себя. Он стягивает брюки вниз, достает стоящий член и целует головку, от чего тело Чонгука словно бьет током. Альфа держится за счет подавителей, иначе сам бы напрыгнул на него. Утром Тэхен просыпается весь в холодном поту. Он чувствует себя облегченно и те симптомы течки прошли, но на время.  — Ептить-колотить! — выкрикивает Тэхен, увидя Чонгука. Омега поднял одеяло и заметил, что спал нагишом.  — Бля. — омега краснеет и закрывает лицо. — Так все-таки это не сон. Твою мать Тэхен!!! Его охватывает волна стыда вперемешку со…счастьем. Он больше не чувствует себя ужасно, его уже не тянет к альфам и тем более к Чонгуку.  — «Зачем тебе подавители, когда есть я?» — вспоминает свои слова Тэхен и краснеет еще больше. Его охватывает ужас, глаза ошарашенно смотрят на разные предметы. Он закрывается под одеяло и про себя шепчет: «Что я еще ему сказал?!». Течка ночью накрыла его с головой и заставила забыться. — «Течка, пока что не действует. Стоит ли согласится на отношения?» — омега высовывает голову и сосредотачивается на запахе альфы.  — Что высматливаешь? — замечает альфа и гладит Тэхена по голове. — Мой язык опух и ужасно болит. — Чонгук жалобно показывает покусанный язык.  — Сам виноват, не надо лезть с нежеланными поцелуями.  — Плости меня. — он вдыхает его запах и целует в лоб.  — Я чувствовал себя отвратительно, словно ничтожество. Тогда, ты был…диким.  — «Эй, ты отродье! Ничтожная омега!» — омега почему-то вспоминает слова Чана, младшего сына Уго. Ему становится грустно и он расстроено смотрит на потолок.  — Я действительно хотел и поцеловал, но такой ценой. Плости меня.  — Многие альфы плюют на чувства омеги, в интимных вопросах они думают лишь о себе. Почему, ты не такой? Альфа растерянно смотрит на омегу. Он хмурит лицо и задумчиво спрашивает:  — Ты…не помнишь?  — Что именно? Я мало, что помню, после того случая с пилюлями.  — Таблетками. — исправляет Чонгук и расслабляется в лице. Он крепко прижимает омегу к себе и с тяжелым вздохом признается — Я плакал тогда.  — Плакал? Альфа кивает и принюхивается сильнее.  — Течка плошла?  — На время. Ты плакал от того, что я наглотался пилю…таблетками? — сам же себя исправляет омега.  — Я не знаю как это можно описать. Плосто заплакал, я чувствовал как ты плосил о помощи, но я не смог. Я такой тупой.  — Ну да. — соглашается Тэхен и гладит его по руке — У тебя нет острых углов. Я бы даже сказал, что ты многоугольник, ты тупо угольная фигура.  — Что?  — А что? — омега смотрит на альфу и хмурит брови — Ты о чем? Чонгук громко смеется. Тэхен из-за смеха альфы, немного смущается. Почему и над чем он смеется?  — Ты очень-очень стланный, после того случая. Я многоугольник. — сильно хохотает альфа, из-за чего омега от него отворачивается.  — Что я такого сказал?  — Когда человек говолит пло кого-то, или пло себя, слово тупой…  — Означает глупый. — омега вспоминает пояснения Хосока и снова заливается краской — Я тупой забыл. Альфа поворачивает омегу к себе, однако Тэхен сопротивляется. Он сейчас до безумия красный. Чон перестает трогать омегу и ложит голову на его плечо.  — Ты обиделся?  — Нет.  — Почему тогда не смотлишь на меня?  — Глаза болят, все болит. Эм, шею свело, не могу шевелить. Еще… — омега активно пытается оправдаться — Ещё шея от укусов та-а-ак болит. Прям о-очень больно.  — Давай помассилую?  — Нет. Я буду кусаться.  — Язык щипит, больно, хён! Он опух, хён! Хён!  — Ты должен нести ответственность за свои поступки.  — Ты можешь подать мои тлусы и брюки? — альфа указывает пальцем на пол и добавляет — Скоро на пары?  — Фуэ. Сам возьми.  — Да, а помнишь как вчела с удовольствием их нюхал? Оторваться не…  — Молчи! — омега оборачивается к альфе и от стыда его щеки краснеют пуще прежнего. Он похож на томат.  — Не знал, что омеги такие дикие в течке.  — Ага-Ага. Альфы во время гона скачат на нас без остановки. Это мы еще дикие? Чонгук разминает шею и все ровно просит подать его вещи.  — Ладно, я нагишом возьму.  — Нет! — омега быстро встает и кидает в лицо альфы его одежду. Чонгук довольно свистит, видя голого омегу, и кусает нижнюю губу.  — Чего свистишь?  — Ты такой пелсик.  — Чонгук ты берега попутал? Какой нахер персик? — Тэхен стреляет взглядом на альфу.  — Ой, лаванда. — наигранно нервничает Чон. Тэхен лишь фыркает и начинает одеваться.  — Я так плохо спал. — зевает Хосок и напрягает нос — Течка прошла. Неудивительно, тебя на километр слышно было. Тэхен останавливается. Он весь краснеет, сердце стучит с бешенной силой. Стыдно.  — Что ты имеешь в виду?  — Ну, вы же там. — Хосок показывает махинации с руками, отчего Ким неловко смотрит потолок. — Этот Джин меня тоже надоедает со своими шутками по этому поводу.  — Джин? Кто это?  — Альфа из комнаты Чонгука. У него не обычный запах, клубника. Я даже думал, что он омега, как ты. Но это исключено. Он ходит с нами в бойцовский клуб. Он староста группы третьего курса.  — А мы в каком курсе? — спрашивает Тэхен, саб альфа удивленно смотрит на омегу.  — На 2-м.  — Божечки, Тэхен тебя было так слышно. — говорит сзади Чимин, хохоча с другой девушкой-бетой.  — Итак, ребята. Нам нужнa группа из 4-5 человек, для социального проекта, в честь года «заботы о детях». Он наверное подойдет омегам, но каждый из вас может попробовать. Вы должны навещать один детдом и писать характеристику педогогического обслуживания для детей. Сами работники детдома не знают об этом. Все три омеги в группе идут туда, а именно: Тэхен, Линь, и Суджон. Остальные по желанию. Хосока кто-то толкает вперед, из-за чего он произносит характерное: «Йа».  — Ого. Хосок. — записывает ректор и продолжает — Кто еще?  — Что я? Вы о чем? — спрашивает сонно Хосок и смотрит по сторонам.  — Давайте я тоже. — протягивает руку Чонгук — Все таки Хосоку, как альфе, в омежьей группе будет не комфортно.  — Хорошо, вы освобождаетесь от пар. Езжайте сразу туда.  — Куда? — широко раскрывает рот Хосок и, оборачиваясь назад, спрашивает — Кто меня толкнул? Но сзади него никого не было. Однако альфа снова ощущает на себе удар в спину. До него дошло, все дело в клейме. По пути в тот самый детдом Хосок невольно вспоминает события в детстве. В подростковом возрасте он впервые ощущал касания по клейму, но после этого периода, он перестал чувствовать. Заходя в тот самый детдом, коридор уже заполнен детским смехом и криком.  — Эй, Сэра! — Кричит мальчик лет 10-ти и ударяет по спине девочки. — Ты водишь! Но девочка обращает внимание на гостей. Она принюхивается, но мальчик снова ударяет ее и они вместе убегают прочь.  — «Эта девочка.» — думает Хосок, ощущая жжение от удара на спине. — «Моя истинная?»