Даже если это ее убьет

      Скорее, скорее, скорее! Остановить, не дать, не допустить! Как?! Как она могла?! Как она забыла?! Как она отпустила его одного?! Да, понятно, она ненавидела Воландеморта, из-за которого заварилась эта каша, Малфоя, Беллатрикс и других, но сейчас её ненависть не была направлена на врагов. Волны ненависти, бурлившие у неё внутри, были направлены на так называемых «друзей».       В её голове вертелся список смертников! Если он всё-таки не вернётся! Если он всё-таки умрёт! О! Она позаботится о том чтобы эти твари пережили его ненадолго. Никаких больше прямых атак, только подлые отравленные удары. Она будет скрываться, учиться, нападать и рвать зубами, пока не останется никого из них! Пока не останется памяти ни от одного из них. Даже если это её убьёт.       Седобородая тварь, некогда уважаемый директор школы, будет первым в этом списке. О, она способна понять «жертву одного ради многих», если жертвуют собой, как сейчас, наверное, делает он. Он, её… Её друг, любимый, её будущее, самый дорогой для неё человек. Если жертвуют собой ради других, имея всю информацию. Но не тогда, когда чудовище в образе светлого мага почти с самого рождения растит ребёнка, как самоубийцу, и год за годом пытается принести его в жертву. Который умирает сам, но ухитряется достать и отправить на смерть даже из могилы. Используя второго в этом списке.       Сальноволосая мразь, нелюбимый, но всё же уважаемый ею (учителей надо уважать!) профессор зельеварения. Он ненавидел Гарри с самого первого момента появления того в школе. Он сделал всё, чтобы мальчик, имеющий склонность к варке зелий, как и его мать, испытывал крайнее отвращение к самому предмету. Сделал всё, чтобы у того даже мысли не возникало о дополнительном обучении в этой области. Чтобы он даже не думал о том, как может использовать зелья сам, а многие из вариаций зелий развития ему бы не помешали. Чтоб он даже не думал, что изменяющие мышление зелья могут использовать на нём. Или на ней. Те, кто идут дальше в этом списке.       Из всей семьи, идущей дальше в этом списке, зачатки уважения и благодарности она испытывала только к двум. Сказать прямо они не могли, но их хватило на то, чтобы подкинуть ей в сумку очищающие зелья «за счет заведения, если вдруг «крышку котла» от их фантазий сорвёт слишком сильно». Жаль, что до неё самой этот намёк дошёл катастрофически поздно — в конце шестого курса. Что только увеличивало её ненависть к последнему из списка.       Тому, который оттолкнул от неё Гарри, отлично зная, что делает. Тому, которому она отдала первый поцелуй. Тому, который только по чистой случайности не стал её первым. Тому, которого она остановила буквально в последний момент, решив сначала заглянуть за зельями.       Наткнувшись на копии воспоминаний, которые, вероятно, видел Гарри, собиравшийся на смерть, в тот самый момент, когда младший из Уизли «решил ей заняться», она даже не поняла, ну что тут такого. Дамблдор знал, что правильно. И всё бы прошло гладко.       Если бы вдобавок к зельям, облегчающим первый раз, она бы не решила захватить и выпить первым зелье очищения. Сваренное тварью, сволочью и ублюдком. И одним из лучших зельеваров Европы.       

***

      Придя в себя, она ужаснулась. Её рвало несколько раз, тяжело и сильно, последние пару раз чуть не сплошной слизью и чуть ли не кровью. Она встала на ноги совсем другим человеком. Все нестыковки, все непонятные фразы сложились в одну большую непротиворечивую картину. В картину, в которую укладывались даже её приступы слепоты и исключительная тупость. В картину, где смерть Гарри была больше в угоду политическим и финансовым интересам определённых лиц, чем по каким-то реальным причинам.       И как только она пришла в себя, понеслась к выходу из замка.       Скорее, скорее, скорее! Остановить, не дать, не допустить! Если она не успеет, о, если она не успеет, выжившие «друзья» пожалеют, что выжили. Как бы то ни было, чтобы то ни было, она должна успеть. Она должна его остановить! Она должна быть с ним! Она должна показать ему, что он не один! Что ему есть ради кого жить! Но если «жить долго и счастливо» — это не для них, то она всё равно хочет быть вместе с ним. Даже если он будет против. Даже если её это убьёт.       Потому что если она не успеет и останется одна — её это убьёт ещё вернее.