Ты не один

— Итак, сладенький, расскажешь, что было интересненького, пока я изображал диснеевскую принцессу? — Тони поспешно проглотил большой кусок пиццы, чтобы не говорить с набитым ртом. Локи, до этого безмятежный и радостный, как-то весь подобрался и съёжился. — Ты рассорился со Щитом? — прозвучало вопросительно. Тони хмыкнул. — Если Пеппер одобрила это, то только к лучшему, не люблю, когда посторонние суют нос в мои дела, да ещё и манипулировать пытаются. Дальше, золото? — Спонсировал научные исследования в области разработок лекарств? — О, это так мило, продолжай, ненаглядный. Вижу, что Джарвис предоставил тебе доступ ко всем долгосрочным планам. — Купил себе дом в Сибири? — Хорошо, что не в Норвегии, иначе я бы засыпал тебя отсылками к мифологии, — Тони расплылся в сытой улыбке. Ах, Локи выглядел таким неуверенным и немного испуганным, что его хотелось немедленно зацеловать до обморока. -… — Не слышу, дорогой, можно погромче? Или подойди ближе и прошепчи мне прямо на ушко своим сладким шёпотом. -… женился. Вот тут наконец-то пицца встала поперёк горла. Тони подавился, закашлялся и едва не свалился на пол, отмахиваясь от попыток Локи постучать по спине. Залпом выпил стакан колы, откашлялся, звонко чихнул и наконец прокаркал: — На ком?! -… На мне. Мне нужны были достаточно веские права, чтобы говорить от твоего имени, пока ты находился на «лечении», и мы с Пеппер придумали это. Ты… злишься? Тони звонко щёлкнул отвисшей челюстью, вскочил и метнулся к Локи, протягивая руку. Когда он зажмурился, на мгновение кольнуло болью. — Локи? — Да? — прошептал он, чуть приоткрывая глаза и отстраняясь. И удивлённо замер. Тони смотрел на него и улыбался. — Сладенький, а где же тогда моё колечко, раз штампик в паспорте уже есть? И вообще, я ожидал, что это мне придётся становиться на одно колено. Ну же, прекрасный, отомри уже, иначе я тебя поцелую, — и, не дав Локи времени ни на какую реакцию, прижался губами к его. Нежно, жарко и невообразимо любяще. — Тони… — Ах, теперь я действительно чувствую, что не целовал тебя так долго. Мой прекрасный, мой совершенный Локи. И если Локи попытался скрыть пару слезинок, уткнувшись ему в плечо, Тони вполне мог закрыть глаза на это. Всё было хорошо. Позже их поздравили Пеппер и Роуди, старательно не обращая внимания на откровенно зацелованные и залюбленные лица. — Тонс, можно тебя на секундочку? — Конечно, конфетка, в чём дело? Роуди так старательно уводил его в другую комнату, что Тони даже забеспокоился. Да и Локи провожал их напряжённым взглядом. А расстраивать своего бога совсем не хотелось, он и так никак не мог перестать касаться и одним своим видом просить прощения и утешения. Тони, конечно, давал ему это. Локи просто пытался сохранить то, что у него было. Самого Тони. И был готов мириться с его гневом, лишь бы оставаться где-то рядом. От этих мыслей становилось больно и грустно. — Так что ты хотел, медвежонок? — Тонс, — Роуди выглядел сурово и нервно, — пойми меня правильно, я всегда буду твоим лучшим другом, но… — Но? — Но, ай, чёрт. Но, в общем, если ты обидишь Локи, я дам тебе также по-дружески в морду! — громко гаркнул Роуди, отчего у Тони зазвенело в ухе. И он совершенно очевидно расхохотался в умилении. — О, Роуди, это так мило! Нет, правда! Это совершенно очаровательно! Но позволь тебя уверить в том, что если я вдруг когда-нибудь по-глупости причиню Локи боль, сначала мне выест мозг чайной ложечкой Джарвис, потом я сам себя загноблю за это, а Локи будет в полном праве превратить меня в максимально мерзкую жабу и расколдовать, только когда перестанет злиться и поцелует! — Тони как мальчик бегом влетел в соседнюю комнату и набросился на слабо улыбающегося Локи с объятиями. — Господи, как же я люблю тебя! Осыпаемый поцелуями, сжатый крепкими, горячими руками, Локи выглядел уязвимым и настоящим. Пеппер нежно обняла их обоих. — Мои мальчики, — нежно проворковала она. — Тони, я всегда чувствовала, что ты скорее мой ребёнок, чем предполагаемый партнёр. Локи рассмеялся, потому что да. Тони — вечно любопытное дитя с неиссякаемым запасом энергии. Идеальная пара богу, олицетворяющему хаос. Роуди выглядел сытым по горло всей этой ванильной хренью, но хорошее пиво и идеальный стейк делали его терпимым почти ко всему. В почти, к сожалению, не входил получасовой поцелуй, в результате которого их практически пинками выгнали в спальню. Они хихикали, целовались и не могли наласкаться. Слишком живые, слишком влюблённые для того, чтобы не прикасаться и не красть друг у друга дыхание.