Декабрь

      Настя, сидя за столом рядом с Декабрем, немного нервно крутила чашку в руках, глядя, как в ней болтается недопитый чай. Была б ее воля, она постаралась бы держаться подальше от мужчины. Насте не нравилось то, с какой скоростью рушилась ледяная стена рядом с ним, все больше и больше истончаясь. А к такому Настенька была еще не готова. Вот и приходилось усилие прикладывать, чтобы волнение не показать. Дмитрий же невозмутимо завтракал, прекрасно подмечая и нервозность спутницы своей, и еле заметные вздохи. Только, в отличие от Настеньки, радовался таким проявлениям эмоций. Значит, начала она в себя приходить. Осталось только обучить ее, и тогда уж точно он вернет прежнюю Настеньку.       Наконец, отставив чашку, Дмитрий в упор посмотрел на спутницу свою.       — Готова к занятию первому?       — Отчего ж не готова, можно начинать, — чинно кивнула Настя.       — Тогда пойдем, нам уже должны были подготовить все, — не удержавшись, улыбнулся мужчина, протягивая руку спутнице своей.       Покосившись на протянутую мужскую ладонь, Анастасия постаралась скрыть недовольство. Она бы предпочла обойтись без лишних прикосновений, но отказать, значило бы выказать неуважение. Поэтому, промедлив пару секунд, девушка все же приняла помощь. Но как только они вышли из столовой, отняла свою ладонь, степенно сложив руки перед собой.       «Ну, прямо примерная гимназистка, — неожиданно усмехнулась сама с себя Настя. — Но уж лучше так…»       Когда они пришли на ту же самую веранду, с которой теперь было связано столько воспоминаний, все естество девушки затрепетало. Осмотревшись по сторонам, Настя обратила внимание, что с прошлого раза здесь ничего не изменилось. Плед, в который Декабрь так заботливо заворачивал спутницу свою, так и лежал на плетеном кресле, сброшенный Анастасией, при ее побеге. И только вместо подноса с чашками, что стоял тогда на столе, сейчас была корзина с крупными красными яблоками. Покосившись на фрукты, Настя подошла к креслу плетеному, и на мгновение, прижав к себе плед, принялась аккуратно складывать его.       — С чего начнем? — поинтересовалась она у мужчины.       — С яблок, — улыбнулся Дмитрий. — Научу тебя сначала силу чувствовать. Сними одну перчатку и возьми яблоко в руки. Я хочу знать, что ты ощущаешь, когда в лед его превращаешь.       Послушно кивнув, Настя стянула с руки перчатку и потянулась к корзине с фруктами. Да только успела немного приподнять одно из красавиц красных, как тут же в лед обратила. Растерянно глянув сначала на фигурку ледяную, а потом на мужчину, Анастасия отложила яблоко и потянулась за другим. И вновь ничего понять не успела, как история повторилась.       — Хм… — присев в кресло напротив девушки, Дмитрий задумчиво потер подбородок. — Попробуй брать той рукой, что в перчатке, и медленно опускать на ладонь.       Вздохнув, Анастасия поменяла руки, да только как к ладошке поднесла, вновь фигурку ледяную сделала. Обескуражено присев, девушка задумчиво посмотрела на дело рук своих, не зная, как теперь поступить. Появившаяся мысль о том, что ей теперь до скончания века в перчатках ходить придется, в уныние вогнала.       — Ладно, попробуем по-другому, — Дмитрий встал с кресла, протягивая Настеньке руку. — Иди сюда.       Ухватившись за его ладонь, девушка прошла следом за мужчиной к стеклянной стене. А там, повернув Настю спиной к себе, Дмитрий положил одну свою руку на живот девушке, а второй прикрыл ее глаза.       — А теперь прислушайся к себе, Настенька, — проговорил он тихо ей на ушко. — Я понимаю, что сейчас внутри тебя один холод, но попробуй найти его средоточие. Именно оттуда он распространяется по всему твоему телу. Чувствуешь? Она и чувствовала!       Отчего ж не чувствовать, когда от рук мужчины жаркая волна по всему ее телу прокатывает, заставляя сердце пойманной пташкой трепыхаться, а стену, отгораживающую девушку, все быстрее разрушаться. И не спрятаться, не скрыться от прикосновений этих, вызывающих дрожь сладкую по всему телу.       Какой уж тут холод может быть, когда Настя из последних сил сдерживается, чтобы спокойной остаться?       — Расслабься, — почувствовав, как напряжена девушка, мужчина понизил голос до шепота. — Не нужно так напрягаться, у тебя все получится.       Анастасия лишь губы плотнее сжала, чувствуя, как от дыхания горячего мурашки по телу разбегаются.       «Так, Настя, успокойся, — принялась уговаривать саму себя девушка. — Потом подумаешь обо всем этом, а сейчас перед тобой задача трудная, от которой дальнейшая жизнь твоя зависит».       Глубоко вздохнув, Анастасия постаралась отрешиться от всего, а в особенности от мужчины. Медленно расслабляясь в объятиях Декабря, чутко к себе прислушивалась, стараясь уловить, где же средоточие холода ее.       — Не спеши, у нас есть время, — подбадривал ее Дмитрий.       И вскоре у девушки получилось. На мгновение, даже дышать перестав, Настя склонила голову, прислушиваясь, понять пытаясь, не ошиблась ли. Но нет, ощущение ледяного покалывания, как и прежде.       — Прямо под рукой твоей, спиралька ледяная вьется, — осторожно ответила Анастасия, словно спугнуть боялась. — А от нее лучики отходят, по всему телу устремляясь.       — Умница, — довольно улыбнулся Декабрь. — Сейчас эта сила неподвластна тебе, но именно ты должна стать хозяйкой, или никогда ее контролировать не сможешь. Запомни это ощущение, — легко проводя круговыми движениями пальцами по плотной ткани, объяснял мужчина.       «Да уж не забуду!» — мысленно возмутилась Настя, чувствуя, как волны огненные по телу вновь прокатываться начали.       Девушка даже решила, что мужчина специально это делает, но когда обернулась, встретилась с серьезным взглядом Декабря. Устыдившись подозрений своих, Настя высвободилась из объятий мужских и отошла к столу.       — И что теперь? — поинтересовалась она, опасаясь смотреть на Месяца.       — А теперь, милая, я помогу тебе понять, как это все происходит, контролируя силу твою, — пояснил Дмитрий, подойдя к девушке и вновь положив свою руку ей на живот.       На этот раз Анастасия почувствовала, как от его ладони исходит холод, проникая внутрь ее тела. Еще немного, и спиралька ледяная тянется к той силе, что источает мужчина. Удивившись такому, Настя даже голову нагнула, словно надеясь увидеть все своими глазами. В тоже время Декабрь обхватил второй рукой запястье девичье, не скрытое тканью перчатки ограничивающей. Ласково проведя подушечкой большого пальца по нежной коже, мужчина скомандовал:       — А теперь бери яблоко и ложи его себе на ладонь.       Заинтересованная всем происходящим настолько, что даже перестала обращать внимания на смущающие ее ранее прикосновения, Настя послушно выполнила наказ. А в следующий миг ее сила взбунтовалась. Спиралька ледяная начала бешено вращаться, стремясь добраться до фрукта, что держала девушка. Но сила Декабря упорно удерживала ее на месте, не давая прорваться наружу. Охнув, Настя дернулась, желая убрать яблоко с ладони.       — Тише, не волнуйся, — успокаивающе произнес Дмитрий, вжимая свою руку в ее живот. — Теперь смотри внимательнее, я буду потихоньку отпускать ее. Запомни эти ощущения.       Замерев, Настя во все глаза уставилась на свою ладонь, наблюдая, как яблоко медленно начинает покрываться корочкой льда, все больше и больше становясь прозрачным. Вскоре перед девушкой была еще одна ледяная фигурка. Повертев ее перед собой и рассмотрев со всех сторон, Анастасия положила яблоко на стол.       — Почувствовала, как это бывает? — ослабляя свои объятия, спросил Декабрь.       И только тогда Настенька поняла, что совершенно забыла, о чем ей говорил мужчина, завороженная его действиями. Повернувшись к нему, девушка опустила взгляд, виновато выдохнув:       — Прости, забыла.       — Ничего страшного, — весело улыбнулся Дмитрий, приподнимая лицо спутницы за подбородок. — У нас еще много подопытного материала, все запомнить успеешь.       Несмело улыбнувшись в ответ, Настя довольно поняла, что ей попался очень терпеливый учитель. И сейчас ей было так легко рядом с ним, что та стена ледяная, которая все продолжала рушиться, уже не вызывала такого беспокойства.       Теперь она не вздрагивала так, от прикосновений мужских, полностью погрузившись в себя. Отслеживала малейшие изменения в силе и запоминала все, что ей говорил Дмитрий.       — Чувствуешь, как она струиться через тебя? — Декабрь вновь и вновь показывал Насте, как надо управлять силой своей.       — Когда я пытаюсь, она, словно обжигает меня, — пожаловалась девушка, когда после очередного раза, у нее ничего не получилось.       — Потому что сопротивляется, — пояснял мужчина, обхватывая ее запястье. — Тут уж или ты ее, или она тебя, третьего не дано.       Настенька, упрямо закусив губу, старательно повторяла за Дмитрием, но сила, словно в насмешку, рвалась наружу еще сильнее. И лишь единожды девушке удалось ненадолго перебороть ее, заставив выморозить яблоко не до основания, а всего лишь покрыв его коркой ледяной.       — Умница моя, — не сдержавшись, Дмитрий прижал Настю к себе и поцеловал в щеку. — У тебя уже начало получаться, да так скоро! Давай еще попробуем.       — Так яблоки закончились, — вздохнув устало, Настя сама оперлась о грудь мужчины.       — Ох, ты ж, замучил я тебя совсем! — развернув девушку к себе, Дмитрий с беспокойством в лицо ее всмотрелся. — Отдохнуть тебе надобно, завтра продолжим.       — Как скажешь, — согласилась Настя, понимая, что действительно слишком устала.       Усадив девушку в кресло и завернув ее в мягкий плед, Дмитрий ненадолго вышел. А вернулся уже с подносом, заставленным тарелками и чашками. Следом за мужчиной на веранду забежал и Пушок, которого Настенька оставила в комнате своей. Некоторое время, побегав по веранде, тычась носиком во все углы, котенок снежный вернулся к хозяйке своей и привстал на задние лапки. Настя приподняла его с пола, усадив к себе на колени поверх пледа, но котенок, потершись о ее руку, заскочил на стол, принявшись настороженно принюхиваться ко всем тарелкам.       — Не балуй, — погрозил ему пальцем Декабрь, когда зверек снежный попытался лапкой подцепить пирожок.       Посмотрев на мужчину своими глазами бусинками, Пушок развернулся и, поставив хвостик трубой, гордо прошествовал на другой конец стола. И так это забавно смотрелось, что Настя просто не смогла от смеха удержаться. Котенок, обернувшись к хозяйке своей, возмущенно фыркнул и прилег на стол, всем своим видом показывая, как к нему несправедливы были. А Настенька пуще прежнего смеяться начала. И так ей легко и хорошо было в этот момент, что все страхи и переживания совсем маленькими показались.       А Дмитрий, не смея шелохнуться, любовался спутницей своей. Сейчас Анастасия так напоминала себя прежнюю, что мужчина, глядя на нее, нарадоваться не мог.       — Что? — заметив взгляд Дмитрия, поинтересовалась Настя.       — Ничего, — тряхнув головой, ответил Месяц. — Ты просто красивая очень.       — Скажешь тоже, — усмехнулась Настя, виду не показав, как пришлись ей эти слова по сердцу.       Дмитрий лишь головой качнул, не желая ей доказывать обратное. Он считал, что не время еще, ведь девушка только-только эмоции проявлять начала. А как опять в себе закроется, что делать тогда?       — Хочешь, на улицу выйдем, погуляем с тобой? — предложил мужчина, глядя на то, как Настя чай разливает. — Воздухом свежим подышишь, силы и вернутся.       — Можно было бы, — согласилась девушка, пододвигая чашку Дмитрию. — Только что-то все наши прогулки совместные не слишком хорошо заканчиваются.       — Это да… — нахмурившись, согласился Месяц. — Как-то не везло нам с тобой.       — Но попробовать завсегда можно, — улыбнулась Настя.       Сейчас ей совершенно не хотелось думать о том, как дальше жить и что делать со своей тягой к этому невероятному мужчине. Слишком часто в последнее время она только и занималась самобичеванием, не находя себе места от тревоги за сердце свое.       «А может и прав был Снеж, — подумала девушка, пригубив ароматный напиток. — Не так уж все и страшно, а я больше надумала себе».       — Скажи, вы встречались все вместе, чтобы решить, что с тварями Абрахсиса делать? — поинтересовалась девушка.       — Нет, недосуг мне тогда было, о тебе волновался, — пояснил Месяц, откинувшись на плетеную спинку кресла. — Но матушка всех оповестила. Теперь все мои братья с сестрами настороже будут, внимательно следя за своими владениями.       — А разве не за всем миром сказочным? — Настя даже забыла про чашку, которую так и продолжала на весу держать.       — Нет, Настенька, за всем миром они следят только тогда, когда их черед придет, — Дмитрий по-доброму усмехнулся, глядя на заблестевшие любопытством глаза спутницы. — У каждого Месяца своя территория, где он живет. У нас царит вечная зима, даже тогда, когда у других весна, лето или осень золотая. У других так же только их сезон. Там они круглый год хозяева полновластные. Кстати, нас ведь Ольга в гости приглашала, вот и сходим к ней, как в себя немножко придешь.       — Было бы здорово, — радостно улыбнулась Настя, поставив, наконец, чашку на стол. — Даже представить не могу, каково это — постоянно жить в одном сезоне.       — Скажи, ты теперь жалеешь, что стала моей спутницей? — осторожно поинтересовался мужчина. — Ведь тебе придется жить в месте, где всегда холодно и вечный снег землю укрывает.       — Совсем нет, — поспешила заверить его Настя. — Мне нравится зима. В ней есть своя прелесть. А чтобы в другие сезоны попасть, всегда можно к твоим братьям и сестрам наведаться. Мне бы было любопытно посмотреть на них.       — Хорошо же, — облегченно рассмеялся Дмитрий. — Обещаю, что мы обязательно у всех в гостях побываем.       — Тогда, может быть, уже пойдем? — Настя отставила чашку и вопросительно посмотрела на мужчину.       — Беги, оденься, а уж потом на улицу, — улыбнулся Дмитрий, вставая из-за стола. Анастасия не заставила себя упрашивать, направляясь к входу. Только у самой двери замерла и, обернувшись, недоуменно посмотрела на котенка.       — Пушок, ты так и будешь обижаться, или с нами пойдешь?       Котенок снежный ухом повел, но все же встал и, ловко спрыгнув со стола на кресло, а затем уж и на пол, и подняв повыше мордочку, важно вышел с веранды. Настя только головой покачала, но говорить не стала ничего. Ей нравился этот забавный зверек.       Поднявшись наверх, девушка решила не менять платье, только взяла высокие сапожки, да курточку отороченную мехом. Надев шапку и покрутившись перед зеркалом, Настя вышла из комнаты, не забыв забрать котенка.       Дмитрий уже ждал ее на улице, высоко подняв голову и задумчиво смотря в чистое голубое небо. Подойдя к мужчине, Настя тоже посмотрела вверх, но не найдя там ничего интересного, лишь плечами пожала. Осмотревшись по сторонам, девушка нашла котенка своего, который весело по снегу бегал, практически сливаясь с ним. Если бы не глазки и носик, что выделялись на общем фоне, и не нашла бы его.       — Пушок, не отбегай далеко, потеряешься ведь, — предупредила котенка снежного девушка.       А тот только фыркнул и в снег нырнул. Охнув, Настя бросилась к тому месту, где пропал Пушок, принявшись разгребать белое великолепие, чтобы найти проказника.       — Настенька, прекрати, — Дмитрий обхватил ее руками за талию, приподнимая.       — Никуда он от тебя не денется, везде найдет, вы же связаны теперь.       — Точно вернется? — покосившись на подозрительно бугрившийся снег, словно кто-то под ним бегал, переспросила Настя.       — Ну, конечно же! — заверил ее мужчина. — Лучше скажи мне, чем заняться хочешь?       Отряхнув платье от налипшего снега, девушка осмотрелась по сторонам, задумавшись, чего бы ей сейчас хотелось.       — А покажи мне, как ты снеговичков своих делаешь, — попросила Анастасия.       — Хорошо, только оживлять их не буду, — согласился Декабрь.       Присев на корточки, мужчина вытянул вперед руку и под ней, медленно поднимаясь вверх, стыли клубиться снежинки. Образовав небольшую воронку, они начали кружиться все быстрей и быстрей, а затем, на короткий миг застыв, осыпались. Перед завороженной этим действием Настенькой предстала фигурка снеговичка, такого же, как и все служки в доме Декабря, только глазок пуговок не хватало. Но долго полюбоваться фигуркой ей не дали.       Выскочивший из-под снега котенок, резво прыгнул на снеговичка, и хорошенько по нему потоптался, развалив то, что создал Дмитрий.       — Пушок! — возмутилась девушка, подхватывая на руки шкодника маленького.       — Ты зачем это сделал? — отчитывала она зверька своего, а тот лишь забавно фыркал, да стряхивал налипший на мордочку снег.       — Не ругай его, — заступился за котенка Месяц. — Маленький просто еще, да шаловливый. Я тебе сколько угодно фигурок таких создать могу, только скажи.       — А ты только фигурки снеговичков и котят создавать можешь? — хитро прищурившись, поинтересовалась Анастасия.       — Нет, — с интересом посмотрев на спутницу свою, ответил мужчина. — А что ты хочешь?       — Можешь создать… — сделав вид, что задумалась, Настя некоторое время помолчала, а потом, еле улыбку сдерживая, попросила: — Сделай фигурку Змея Горыныча уплетающего пирожки Снега Снеговича!       Недоверчиво посмотрев на Настеньку, Дмитрий сначала даже решил, что она пошутила. Но увидев взгляд хитрый, да представив себе, как такой Страж забавно смотреться будет, расхохотался безудержно.       Попросив девушку отойти немного, на этот раз Дмитрий оставшись стоять, простер две руки перед собой, подтягивая силой своей снег к себе. Воронка получилось большой, да пузатой. Мужчина все никак не отпускал ее, то тут, то там руками поводя, подправляя что-то только ему видимое, да постоянно губы в ехидной улыбке кривя.       А Настя даже пританцовывать на месте начала от нетерпения. Уж больно любопытно ей было, что получится. Когда же воронка исчезла, Анастасия даже онемела на пару мгновений, глядя на то, что вышло. А в следующий миг округу огласил ее смех звонкий.       Перед ней сидела с широко расставленными лапами безмерно растолстевшая копия Стража. Живот у Горыныча был столь огромен, что практически скрывал под собой нижние конечности. А вот верхними Страж любовно прижимал к себе огромное блюдо с пирожками, довольно скалясь всеми тремя головами. И уж точно те куцые крылышки, что изобразил Дмитрий на спине трехглавого дракона, не смогли бы поднять столь грузное тело.       Вдоволь налюбовавшись забавной фигурой, Настенька передала вырывающегося котенка Дмитрию, сказав:       — Теперь моя очередь!       Обойдя копию Горыныча по кругу, Анастасия сняла перчатку и, прикрыв глаза, обратилась к своей силе, уговаривая помочь в задуманном. Ледяная спиралька, напитав силой своей один из лучиков, повеяла холодом.       Девушка, довольно кивнув головой, поднесла руку к снежному Горынычу, скрепляя магией своей художество Декабря. И вот уже необъятный живот Стража становится полностью прозрачным, а в его глубине можно разглядеть что-то белесое, подозрительно напоминающее по форме пирожки. Гребни на головах, плавно переходящие в один, шедшие по спине до самого кончика хвоста Настя так и оставила снежно-белыми, лишь по верху льдом покрыв. Каждую чешуйку на шкуре трехглавого дракона выделила, сделав их по краю не такими прозрачными. Обойдя по кругу получившуюся статую, девушка повернулась к Дмитрию, ожидая, что он скажет.       — Хорошо получилось, — рассмеялся Месяц, глядя на статую разжиревшего стража. — Угодила ты нам, Настенька. Правда ведь, Пушок?       А котенок снежный еще сильнее вырываться начал, желая свободу получить. Опустив на землю дергающегося зверька, Дмитрий подошел к Насте и, задорно подмигнув, предложил:       — А еще сможешь?       — Можно попробовать, — заинтересованно сверкнув глазами, согласилась спутница.       Дмитрий вновь простер руки, уже знакомо для Насти, вылепливая новую фигурку снежную. Девушка даже больше на самого мужчину смотрела, чем на то, что он делал. Уж слишком сильно горели его глаза предвкушением, а губы то и дело растягивались в хитрой улыбке. Сейчас, как никогда ранее, он напоминал озорничающего мальчишку. Девушку так и тянуло погрозить пальцем и наказать не шкодничать.       Улыбнувшись своим таким мыслям, Настя, наконец, перевела взгляд на то, что сделал мужчина, тихо ахнув. Такого она уж точно не ожидала от него.       — Ну что, справишься? — весело улыбнулся Дмитрий, повернувшись к спутнице своей.       — Обязательно! — рассмеялась Настя, оценив фронт работ. — Только Пушка не подпускай, — предупредила, прилаживая руку к фигуре снежной. — Значит, волосы просто льдом скрепим, а вот тут чуть прозрачнее сделаем… Рукоять… Или не рукоять? Не знаю, как правильно, но ее полупрозрачной надобно сделать, — бормотала девушка, внимательно следя, чтобы вышло все так, как ей того хотелось. — Обертка полностью прозрачная, только бант полупрозрачный… А бутоны… По краю льдом скреплю, а остальное все прозрачное сделаю!       Спустя пять минут, отступив к Декабрю, Настя любовалась на ледяную статую постаревшего Кощея, с такой же бородкой, как и у тех японских дедушек, что девушка видела по телевизору. И стоял бравый Страж в позе оборонительной, отбиваясь мечем своим от букета невесты, в него летящего.       — Вся суть Кощеева, в статуе этой, — пафосно изрек Декабрь, а Настенька рассмеялась. — Ну что, хватит на сегодня уже. Я хотел, чтобы отдохнула ты, а не вновь Силу использовала. Пойдем в дом, греться.       — А с этим, что делать будем? — кивнув головой на их совместные художества, поинтересовалась Анастасия. — Жалко их тут бросать.       Задумавшись ненадолго, Дмитрий улыбнулся хитро и, окружив статуи вихрем снежным, ответил:       — Пусть подарками будут.