He Belongs To The Dark Lord

Death twitches my ear. «Live», he says, «I am coming».

***

Первое, что ощутил Поттер, когда начал приходить в себя, это жуткую пульсирующую боль в голове, как будто его сильно стукнули по башке чем-то тяжёлым. Шум в его ушах звучал размыто, далеко, заставляя чувствовать себя как в тумане. Боль же ощущалась гораздо ярче. Он нетерпеливо вздохнул, желая наполнить лёгкие кислородом, но тут же болезненно закашлялся, чувствуя, как от каждого вздоха внутри как-будто что-то ломается, интенсивная боль пронзила его где-то в области груди, и он крепче сжал зубы, надеясь, что этого хватит, чтобы не сорваться на крик. Тогда-то Гарри и обратил внимание на ярко выраженный металлический привкус во рту. В голову начали наконец поступать мысли о том, что всё это не очень хорошо и, возможно, ему нужна помощь. Он медленно раскрыл глаза, слегка жмурясь, как будто защищаясь от ярких лучей солнца, что сейчас скрывались под горой серых туч. Ему пришлось несколько раз моргнуть, чтобы разглядеть хоть что-то, из-за отсутствия очков всё вокруг плыло перед глазами, оставаясь таким же не четким. Так что только максимально сузив глаза, он смог увидеть Драко в полулежачем положении на земле, совсем недалеко от него. Гарри сразу почувствовал прилив нарастающей злости, стоило только вспомнить, что по его милости парень оказался в таком состоянии, но… когда он смог точно рассмотреть юношу, вся злость как испарилась. Поттер с выпученными глазами наблюдал за дрожащим блондином, лицо которого исказилось в гримасе истинного ужаса, глядя куда-то наверх. Гарри ощутил, как волнение начало медленно подступать к горлу. Он почти никогда не видел, чтобы Драко был чем-то настолько напуган, не считая случаев, когда его отчитывал отец, а значит то, что перед ними, действительно страшное. Он быстро, насколько позволяли травмы, водил рукой по земле в поисках очков и сразу же нашёл их, благо они были около его головы, видимо кто-то положил их так, чтобы он мог дотянуться. Они были сломаны, стёкла были все в мелких трещинах, но это не помешало Гарри надеть их. Тогда он, чувствуя, как от волнения вспотели ладони, решил проверить, чего так испугался блондин и взглянул туда, куда был направлен взгляд Драко. И в ту же секунду замер, когда глазам предстал молодой мужчина, в котором Гарри в ужасе узнал своего «опекуна». На вид он был всё такой же, каким он его запомнил в их последнюю встречу восемь лет назад, но всё же, что-то изменилось. Мужчина угрожающе нависал над дрожащим Малфоем, совершенно не обращая внимание на плачевное состояние блондина, всё существо Тёмного Лорда кричало об опасности и это, шатен мог поклясться, чувствовали все, его прежняя ухмылка, что встречала Гарри при их встречах, превратилась в хищный оскал, а глаза, те самые глаза, которых юноша боялся всё своё детство, сейчас полыхали настоящим адским огнём, и он только и мог, что смотреть на него, не то восхищаясь, не то боясь, столь красиво выглядели эти языки пламени в его алых глазах. Невозможно было оторвать взгляда от столь ужасного, но одновременно великолепного зрелища… однако, пришлось. Слух начал возвращаться к Гарри, и он не мог не услышать среди всех остальных звуков, голос, что был полон скорби, что взывал помиловать её сына… Он узнал в этом голосе Нарциссу, а потом и увидел её, стоящую недалеко от них, видимо, её не подпускало что-то ближе, она была вместе с Люциусом и держалась за его руку, как за спасательный жилет, её губы подрагивали, а по щекам, не переставая, текли слёзы, на них невозможно было смотреть, столько горя передавали их лица, что парень поспешил отвернуться. В следующую секунду, он замечает, как Волдеморт резко направляет свою палочку прямо на Драко, и его горло тут же сжимается от волнения. Он видит, как тёмный волшебник начинает произносить заклятие, его губы почти не двигаются, а голос звучит, как шипение, что отдалённо напоминает ему о Нагайне. И Гарри вздрагивает всем телом, когда с ужасом узнает голос Драко, он слышит, как он кричит, отчаянно, надрывно, болезненно… Он видит, как блондин дрожит от боли до самых зубов, как зарывается руками в собственные волосы, сильно сжимая, как всё его тело начинает биться в конвульсиях, и Поттер не может этого выдержать дольше минуты. Не отдавая отчёт своим действиям, он упорно игнорирует острую боль в груди и в спине, крепче сжимает челюсть и встаёт на колени, а затем и на ноги, он не замечает, что внимание Малфоев теперь направлено на него, он смотрит лишь на Тёмного Лорда с одной единственной целью. Он делает лишь шаг, когда слова сами по себе срываются с его языка: — Перестань! Хватит! — Хрипло и немного неразборчиво кричит Гарри. И к нему мгновенно поворачивается Волдеморт, он смотрит на него, не двигаясь, и встречается своими кроваво-алыми глазами с чужими изумрудными. И юноша не видит больше той ярости, что была в его взгляде, он видит лишь удивление и… волнение, да, он отчётливо видит, как что-то беспокоит мужчину, даже не так… он чувствует это, всей своей сущностью ощущает его волнение, что как волнами обвалакивает его тело. Следующие слова он произносит тише, с просьбой. — Не трогай… Не трогай его, прошу. А затем юноша почувствовал, как всё-таки сильно кружится его голова, видимо резко вставать после травмы было не очень хорошей идеей, но блондина перестали пытать, а это того стоило, решил в конечном итоге Поттер, прежде чем в его глазах начало темнеть. Ноги в один момент стали ватными, и он начал падать. Гарри так и не понял, в какой момент его обхватили чьи-то руки, но они не дали ему упасть и теперь крепко сжимали, будто бы боясь, что он упадёт или, возможно, сбежит.

***

Когда Гарри очнулся, за окном уже были сумерки. Он рассеянно огляделся по сторонам, замечая, что находится в своей комнате, на своей же мягкой кровати. Тогда он осторожно приподнялся на локтях, чувствуя лёгкое головокружение, но боли, как таковой, не было, что очень удивило и порадовало юношу. Он невольно улыбнулся, приятное ощущение бодрости наполняло его тело. Шатен автоматически потянулся к тумбочке, на которой всегда лежали его очки и, обнаружив их на своём месте, он поспешил надеть их, недоуменно замечая, что и они изменились: стёкла не были больше разбиты, а оправа была, как новая. Гарри тогда с усмешкой решил, что это Малфои столь благородно починили ему очки, но стоило ему только подумать о них, как воспоминания о сегодняшних (сегодняшних ли? Поттер потерял счёт времени) событиях пронеслись у него в голове. Осознание произошедшего холодной волной остудило его, заставив вздрогнуть. — Чёрт, Драко… — промямлил шатен и в ту же секунду вскочил на ноги. Боли он, слава Мерлину, не почувствовал, так что, не теряя времени, мигом кинулся к двери. Не заботясь, что его могут услышать, Гарри ускорил шаг, чуть ли не переходя на бег и поминутно спотыкаясь о собственные ноги. Его дыхание стало учащённым, а пульс подскочил, было ощущение, что он вот-вот упадёт. Шатен досадливо подумал, что отвык от физической нагрузки, пока с трудом преодолевал очередную лестницу, именно в такие моменты, Гарри готов был проклясть дом Мафоев за его невероятную масштабность. Пока он спешил, в его голове вдруг возник вопрос, а почему он, собственно, так тревожиться? Почему так встрепенулся и моментально сорвался с места, стоило вспомнить о младшем Малфое? Гарри не мог сказать наверняка, это оставалось и для него загадкой, он не мог понять, почему переживает о человеке, с которым никогда практически не общался, всё своё детство они провели в одном доме, но никогда не были по-настоящему рядом. Драко был всегда занят, со своими уроки, семьей, друзьями, Гарри же всегда был один, поглощенный страхом, завистью и одиночеством. Так почему сейчас он бежит к нему стремглав, к человеку, которого не выносил, которому завидовал всю жизнь, который имел всё, чего не было у него самого? … Юноша не знал, у него была странная привычка делать, поддавшись эмоциям, а потом уже думать. Но, в конце концов, Поттер всё-таки дошёл до нужной двери и, запыхавшись, облокотился на неё. Он постучал ровно три раза, всё ещё прислоняясь к холодному дереву и тяжело дыша, но никто не отвечал, за дверью не было слышно и звука, и Гарри невольно нахмурился, у него неприятно засосало под ложечкой, волнение начало медленной волной разливаться по телу, а в голове мысль, что если Драко не смог спастись, что если его продолжили мучать? Но все переживания отошли на второй план, когда дверь внезапно распахнулась, и шатен запоздало понял, что теряет равновесие. Издав приглушенный вскрик, Поттер моментально упал на пол, не удержавшись на своих двух. Приземление было на удивление мягким, а пол был необычайно теплым, что очень насторожило Гарри и он поспешил открыть глаза, что инстинктивно прикрыл во время падения. И в тот же момент, его глаза округлились, совсем как у совы. Его мягким приземлением, как оказалось, способствовал Драко, что был опрокинут и придавлен шатеном. Поттер, не до конца понимая, как это вышло, оторопело смотрел на него, Малфой, видимо, тоже потерял дар речи, в удивлении уставившись на юношу. Однако, он первый начал приходить в себя, его лицо, от самых кончиков ушей до шеи, загорелось всевозможными багровыми красками, и он резко оттолкнул от себя Поттера, что, растерявшись, повалился на пол. — Поттер, с ума, что ли, сошёл? Даже зайти нормально не способен, — ощетинился блондин, нахмурившись. Его щёки всё также пылали ярко-красным, отчего он, при всём своём желании, не выглядел угрожающе, даже наоборот, забавно. И Гарри быстро закусил щёку, чувствуя, что ещё чуть-чуть и он даст волю смеху. — Извини, не хотел злить тебя, — добродушно усмехнулся шатен, чувствуя облегчение, что с Малфоем всё в порядке. Драко хмыкнул, но затем всё же кивнул. Он плавно обошел всё ещё сидящего на полу Гарри, что беззаботно следил за его действиями, и закрыл дверь, а потом сел на кровать, жестом приглашая последовать его примеру. Поттер охотно согласился, приземляясь около блондина. Последний слегка отвернулся, стараясь смотреть в одну точку, и между ними воцарилось молчание. — Малфой, — начал юноша, обращая на себя внимание, его лицо вдруг стало гораздо серьёзнее, но глаза выдавали его печаль, — ты в порядке? Я имею ввиду… После того, что было… — Настолько, насколько могу быть, — тихо ответил Драко, выдерживая паузу. Он сцепил свои ладони вместе, мышцы под кожей напряглись, было отчётливо видно, что эта тема была ему неприятной, но прежде, чем Гарри смог что-то сказать, он продолжил, — ты знаешь, я выжил лишь благодаря тебе… То, что он делал со мной, это было… Невыносимо… Мне казалось, что ещё немного и я сойду с ума от боли. Если бы не твои слова, он бы точно убил меня. За то, что я сделал, за то, что причинил тебе боль… А ты после всего этого, будучи чуть ли не на том свете от таких серьезных травм, всё равно бросился защищать меня? — Малфой резко вскинул голову, взглядом цепляясь за шатена, в его глазах горела ярость и недопонимание, а костяшки на сжатых руках стали белыми. — Почему?! Почему ты помог мне? Я ведь… Я всегда был таким ублюдком по отношению к тебе! Мерлин, да я даже не разговаривал с тобой, годами, чёрт возьми! А ты… почему? — Я не знаю, — выдавил парень на выдохе, неосознанно не дыша все это время. Речь Малфоя заставила его лишиться дара речи, а слова, что были произнесены столь гневно, но одновременно с тем в них звучало столько боли, что они не могли не проникнуть глубоко в душу. Драко признавал свою вину и не мог понять поступка Поттера, но впрочем, он тоже не мог… — Не знаешь? — Воскликнул блондин, раздражаясь, но увидев обеспокоенное лицо Поттера и то, как он смотрит на него, широко раскрыв свои зелёные глаза… То тут же успокоился, с шумом вдохнув воздух. Он небрежно провёл ладонью по своим платиновым волосам и выдохнул, теперь он выглядел более спокойно. — Я хотел тебе еще кое-что сказать… Насчёт того случая с Пэнси. В общем, она рассказала мне, почему повела себя так с тобой, и хоть эта причина не оправдывает её нисколько, я не злюсь на неё… По крайней мере, не так сильно, как раньше. — И что же это за причина? — Спросил Гарри глухим голосом, видимо, ему всё ещё было неприятно после произошедшего с ней. — Она хотела заставить меня ревновать. — Ревновать? Тебя? — Да, представь себе, Поттер, я могу кому-то понравится. — Драко усмехнулся, замечая растерянность шатена. — Видишь ли, она делает это постоянно, с каждым знакомым парнем, который меня так или иначе раздражает и, видимо, она решила, что и ты меня выводишь из себя, а потому провела такой вот эксперимент… Но я не могу винить её, она всё пытается добиться моей взаимности, хотя я ясно дал ей понять еще давно, что мы просто друзья. Но она всё не сдается, и мне правда жаль её, ведь мы дружим практически с детства. И… Я не знаю, почему в этот раз поддался на её глупые шутки. — Видимо, у неё получилось? — Что? — Рассеянно спросил Малфой, нахмурившись. — У неё получилось заставить тебя ревновать? Юноша вдруг замолчал. Он посмотрел на Гарри, чьи каштановые волосы по своей неряшливости были похожи на птичье гнездо, он явно ожидал ответа, вопросительно приподняв бровь, а его глаза, так напоминавшие Драко изумруд, что он много раз видел у матери на шее, прожигали в нём дыру. Во рту почему-то стало сухо, и Малфой крепче сжал свои ладони. Затем, тишину прорезало тихое: — Да.