He Belongs To The Dark Lord

We were children Thrust into war And once it ends What will we become?

***

Осень, казалось бы, золотое время, если бы только не серые тучи, грозно нависающие сверху, постоянная слякоть, оставленная после очередного ливня, и нещадно холодный ветер, что в приступе ярости бился в окно, свирепо завывая. В такую-то пору у любого бы испортилось настроение, но только не у младшего Малфоя, что с самого детства любил это завораживающее время. Он всегда тосковал по дождю, будучи ещё ребёнком, он частенько наблюдал за хаосом, происходящим на улице, через окна своей комнаты, стоило только учителю отвлечься, и вот, он уже прислоняется к стеклу вплотную, прижимая нос. По крайней мере, так было до наступления этой осени. Сейчас же, светловолосый юноша сидел в своей кровати, уткнувшись лицом в собственные колени. Его не интересовал ни шум, ни даже буря за окном. Он обречённо вздыхал, мыслями блуждая далеко за пределами Хогвартса. Он думал о своей семье: о отце, которым чрезвычайно сильно гордился, ведь тот совершил такой храбрый поступок перед ним и матерью, но не мог не жалеть и с ужасом понимал, что сейчас он должно быть сидел в темнице, без света, в темноте и холоде; о матери, чьё состояние беспокоило его до глубины души, она была женщиной, что горячо любила свою семью и сейчас, она её лишилась… Драко не мог даже представить, какие переживания коснулись её. Но под конец, все его мысли крутились вокруг мальчишки, что остался, по сути, совершенно один в этом большом и одиноком поместье. Матери и так хватало проблем, наверняка, она будет избегать его, а он, идиот, так и будет сидеть в библиотеке, читая очередную книгу. Драко почти улыбнулся, представляя, как Гарри, от нехватки общения, беседует со змеёй, обсуждая последние новости. «Хорошо, что хоть эта ползучая гадина с ним, хоть развеселит его немного», решил блондин. За это лето их отношения кардинально изменились. Но этого не было в изначальных планах младшего Малфоя, по крайней мере, не на тот момент. Всё, чего он хотел тогда от сиротки, так это немного внимания, настолько тускло ему стало в жизни, а вечно маячивший перед глазами шатен предполагал что-то интересное. Но всё обернулось неожиданным для него исходом, мальчик спас Драко, когда тот, в свою очередь, лишь навредил ему. После этого юноша решил для себя, что вернёт сиротке долг и, возможно, даст ему шанс на… Дружбу? Малфой никогда не был тем человеком, которому нужно было постоянное общение, у него не было много друзей, но он и не стремился к этому, а потому игнорировал настойчивые просьбы «погулять» других подростков. Но Гарри был другим, он понял это за прошедшие три месяца, что они общались. Гарри был чертовски умён, но дело было даже не в том, что он перечитал огромное количество книг (слишком огромное количество, по мнению Драко), он был наделён интеллектом по своей природе, а заодно и обаятельностью и харизмой, хотя у него и были некоторые проблемы с логикой. С Гарри хотелось постоянно общаться, хотелось слушать его и узнавать, что тревожит его в этот раз, но все же самое интересное было припираться с Поттером, когда до дрожи в пальцах, не терпелось ответить на его едкие фразочки, что были просто пропитаны скарказмом. Ох, как же Малфою это нравилось! Наконец, нашелся тот, кто мог дать фору самому Королю колкости, как его величали друзья, и юноша это поощрял. Вот тогда-то он и не заметил, как стал проводить с Гарри всё свободное время и, в конце концов, сдался, признав того своим другом. Единственное, о чём он жалел, так это, что не принял мальчишку раньше, оставив его совсем одного. Возможно, будь он с ним дружелюбным с детства, проигнорировав наставления родителей о дистанции, они бы были ещё ближе… — Во-от ты где, белобрысый ж… Ой, ну и морда на тебе, Дракоша, — вдруг послышался задорный голос, заставляя блондина слегка вздрогнуть, он поднял глаза на незваного гостя и тут же нахмурился пуще прежнего. Перед ним стоял высокий, для своего возраста, шатен, его карие, почти что янтарные, глаза как будто смеялись над недовольным Малфоем, — тебе же вроде нравилась такая погода: гроза, ливень и вся прочая хрень, от которой у меня мороз по коже. Я думал сейчас приду, будешь, как гиппогриф летать. А ты чего тухлый такой? — Не твоего ума дела, Нотт, — тут же огрызнулся «Дракоша», сощурив глаза, — чего тебе надо? Разве ты не должен быть на обеде с другими? — Какой же ты всё-таки вспыльчивый, я посмотрю, — хмыкнул Теодор, плюхаясь на свободное место около Малфоя, — на обеде я уже был, а вот тебя там не видать, Дракончик. Вот и пошёл искать. — О, Салазара ради, зачем? Я же ясно сказал, что не пойду, — заворчал блондин, демонстративно отодвигаясь от шатена. — Не волнуйтесь, Ваша светлость, я вас не трону! — Усмехнулся Нотт, смотря, как Драко закатывает глаза к потолку. Но уже через минуту, его лицо стало более серьёзным, а улыбка спала. — Ты уже, наверное, догадываешься, но я всё-таки хотел бы передать, что слышал в Большом зале… Многие чистокровные детишки, с семьями которых Повелитель перестал вести дела, включая ублюдков Деррека и Гойла, обсуждали тебя в открытую, Малфой, про твоего отца многое наговорили, что мол «доигрался» и тому подобное. Им было даже плевать, что там были мы с Забини и Паркинсон, видимо, сучёныши, думали, что мы молча выслушаем и передадим тебе, но не тут то было, — на его лице вновь заиграла улыбка, — наша леди первая кинулась на защиту, и, ох, давно я не слышал таких слов, честное слово, казалось, сейчас уши завянут, но, Мерлин её дери, я был горд! А потом уже и мы с Блэйзом вступили, эти шавки не смогли в ответ и двух слов связать, а стоило мне только пригрозить, что я с радостью встречу их после уроков, так они и вовсе кинулись прочь из зала, швали трусливые. — Потрясающе, — мучительно застонал юноша, откидываясь на спинку кровати, после недолгой паузы, он тихо произнес, — спасибо, идиот. — Будешь должен на уроках Зельеварения, — усмехнулся Тео, похлопывая Малфоя по плечу, — а насчёт этой хрени не переживай, Дракоша! Вы всё ещё считаетесь самыми приближенным Тёмного Лорда, даже не смотря на ситуацию с твоим отцом. Никто не посмеет тронуть тебя, на крайняк, у тебя есть мы, ну, в основном я, ибо будем честны, в боевой магии ты, Блэйз и Пэнси так себе. — Пошёл к дементорам, — выпалил Драко, впервые улыбнувшись.

***

С того дня Теодор Нотт не отходил от Малфоя в коридорах ни на шаг, оправдывая своё поведение тем, что «один хорошо, а двое лучше». Драко же такая опека до крайности раздражала, он считал её неуместной и бессмысленной и всячески пытался избавиться от друга, но стоит ли говорить, что безуспешно? Нотт был одним из тех друзей, которые, даже если ты их прогонишь, останутся с тобой до конца, пока не поймут, что всё в порядке. И младший Малфой, хоть и не показывал этого, ценил его. Познакомились они, когда уже поступили на факультет Слизерина на первом курсе. Драко до сих пор помнит, как считал того зазнайкой без манер, что уж говорить о том, что думал о нём самом Тео? Но, в итоге, они нашли общий язык, в конце концов, их отцы стали работать вместе, и тем для разговоров было хоть отбавляй. — Говори, что хочешь, балбес, а этот тест был лёгким, просто у тебя мозгов не хватает, — лениво пробормотал шатен, зевая на ходу. — За-аткнись, Нотт, ты просто удачно списал! А эти конченые «недоучителя» не умеют нормально объяснять, вот я и не понял этот бред, — огрызнулся блондин, попутно скидывая руку Теодора со своих плеч. Голова Драко кипела, точно котелок. Недавний великолепно заваленный тест отнял у него все силы, а вместе с тем и нервы. «Недоучитель», что преподавал им Историю магии был всего лишь запуганным тёмным волшебником, что боялся и слова лишнего сказать на деток «Пожирателей смерти» и прочих опасных персон, а потому и не заставлял ничего делать, как и слушать. Драко мысленно хмыкнул, решив, что большая часть класса провалила работу, как и он. — Опа, смотри, Дракош, твоя воительница! — Насмешливо усмехнулся парень, кивая на темноволосую девушку неподалеку. Она стояла совсем одна, сдвинув брови и сосредоточенно черкая что-то в своей тетради. — Небось о нескончаемой любви к тебе пишет. Мне вас оставить, голубки? — Было бы неплохо, — ответил блондин после небольшого молчания, — нам как раз надо поговорить, так что давай свали куда-нибудь, потом встретимся. Теодор тут же онемел, в удивлении приподнимая брови. Он уже хотел что-то сказать, но увидев хмурый взгляд друга, передумал. Тихонько хмыкнув, шатен преувеличенно важно поклонился и, выпрямившись, зашагал дальше. «Хуже уже мне не будет, наглец», прошипел Драко, мысленно послав младшего Нотта и направляясь к девушке. — Паркинсон, — сухо поздоровался юноша, сразу же обращая внимание брюнетки на себя, — что делаешь? — О, Драко! Привет! — Засияла Пэнси, встречая его своей самой тёплой улыбкой и попутно откладывая тетрадь на скамейку. — Да ничего такого, домашнее задание дописывала, а ты? — А я хотел с тобой поговорить, — начал блондин, смотря куда-то в стену, он краем глаза заметил, как девушка заулыбалась ещё шире, и продолжил, — о Гарри. — Ох, о нем?.. А что с ним? — Глухо поинтересовалась Паркинсон, тут же теряя всю весёлость. — А то ты не помнишь, — скривился Малфой, чувствуя, как внутри разгорается пламя, — благодаря твоей несчастной выходке пострадала вся моя семья, Паркинсон. Мой отец, теперь сидящий в этом грёбанном Азкабане, моя мать, оставшаяся дома одна с мыслями о своём муже. Пострадал и Гарри, когда я его со всей дури приложил… Конечно, я тоже виноват, придурок, но всё же началось с тебя. Что скажешь в своё оправдание, «подружка»? — Так… Так твоей отец… Из-за этого? — Поражённо промолвила брюнетка, широко раскрывая глаза, казалось, что она искренне удивлена. — Мерлин, Драко, как это? А я… Я же не специально, ты знаешь! Я не хотела вредить тебе и твоей семье! Я всего… Всего лишь хотела… — Знаю я, что ты хотела, но иногда стоит и подумать, к чему могут привести твои действия! — Оскалился парень, сжимая ладони в кулаки, всё-таки зря он затеял этот разговор. — О, Салазар, прости меня, пожалуйста! — Тут же взмолилась девушка, мигом обходя скамейку и вставая прямо перед блондином, она в бессилии закусила губу, было видно, как она старается из-за всех сил сдержать подступающие слёзы, — я и не думала о том, что может произойти что-то настолько ужасное… Драко, прости меня! Я сделаю всё, что угодно, только не злись на меня, прошу! — Просить прощение ты должна не у меня, а у Гарри. Подумать только, заставила его чувствовать себя особенным, а потом так поступила… Безмозглая ты, Пэнси, совсем, как Глизень, такая же скользкая, да ещё и тупая! А ему, идиоту, ты сначала понравилась, просто с ума сойти, — мрачно выпалил Драко, нахмурившись, — напишешь ему письмо, где будешь извиняться за своё мерзкое поведение. Сделаешь, подойдёшь. — Но… Драко… Юный Малфой уже не слушал её, он обошёл дрожащую девушку и отправился дальше, больше не обращая на неё никакого внимания.

***

Если бы это видел блондин, он бы точно усмехнулся своей невероятной догадливости и, возможно, даже записался бы на уроки Прорицания. Гарри, как Драко и полагал, сидел в библиотеке, перебирая книжки. А рядом, как всегда, пригрелась Нагайна. Прошла всего лишь какая-то неделя, но парень уже тосковал по ядовитому языку своего друга. Но, несмотря на это, он справлялся со скукой и одиночеством, которое успешно скрашивала змея. В конце концов, Гарри был привыкшим к таким условиям, так что слишком печалиться ему не пришлось. Но всё же была одна вещь, которая очень беспокоила юношу. А именно, его сны. Всю свою осознанную жизнь, парня мучали чёртовы кошмары, звали жуткие голоса. Но в последнее время, всё стало гораздо хуже, пробирающие до мурашек сноведения участились, но теперь Гарри видел в них незнакомых ему людей, а самое ужасное было то, что он наблюдал за их мучениями и нескончаемыми страданиями. Эта была грань, где парень уже не мог отличить, что было реальностью, а что, плохим сном. На утро Поттер всегда просыпался в холодном поту, с одышкой, будто пробежал несколько миль, и с полностью перевёрнутым постельным бельем. Как избавиться от этого, Гарри не знал, но и спрашивать у миссис Малфой, что вообще не попадалась ему на глаза, он не решался, а потому искал ответ в книгах, но пока безуспешно. Он устало вздохнул, листая очередную книгу о человеческом разуме, в этот раз в синем переплете и со странным названием «Все прелести снов». Но тут, Нагайна, до этого спокойно лежащая на мягком ковре, вдруг всполошилась и стала нервно трясти кончиком длинного хвоста из стороны в сторону. И под удивлённым взглядом Поттера, она начала ползти к выходу из библиотеки. Только потом юноша, медленно сглотнув образовавшийся в горле ком, смог расслышать её шёпот, что твердил лишь одно слово: «Хозяин». — Только этого не хватало, Мерлин подери, — испуганно прошептал Гарри, не решаясь следовать за змеёй. После многообещающего рассказа младшего Малфоя о жестокости «опекуна», Поттер стал бояться его пуще прежнего. Забылось даже то умиротворение, которое он испытал лишь на секунду, посмотрев в глаза опасному мужчине в тот самый день. А вместе со страхом, в душе, где-то глубоко, зарылась маленькая искорка гнева, что злилась на непростительное отношения «опекуна» к Малфоям. Гарри не мог понять, кем таким он был, что многоуважаемые аристократы шугались его, а самое главное, какую власть он имел, раз по прихоти сажал людей в тюрьма? Юноша не знал, но откровенно говоря, не спешил найти ответы. Он чувствовал, что как будто что-то тёмное откроется для него в момент познания, а потому бездействовал, хотя бы до какой-то поры. Так он и стоял, размышляя, и, возможно, так бы и остался в своём любимом укрытии, если бы его уши вдруг не уловили пронзительно громкий и, как показалось юноше, истеричный смех. Явно женский, хмуро догадался Поттер, невольно прислушиваясь, но точно не Нарциссы, если, конечно, она в конец не впала в безумие от нехватки мужа. Значит, «опекун» притащил с собой какую-то девицу? Интересно. Но стоит ли подвергать себя риску ради возможности подсмотреть? Определенно, нет, решил Гарри, выходя за порог библиотеки. Чёртово любопытство было всё-таки сильнее страха, и парень, мысленно ругая себя за минутную слабость, уже шагал в коридоре, стараясь не издавать ни звука. Он медленно, почти что на цыпочках, крался к лестнице, про себя молясь Мерлину и, на всякий случай, всем известным Богам, чтобы его не обнаружили. И вот, невольно затаив дыхание, Гарри присел и опустил голову, радуясь возможности наконец понаблюдать за происходящим через перила. Но тут, юноша быстро зажал себе рот рукой, перекрывая свой, чуть было не вырвавшийся, крик. Он смотрел, широко раскрыв свои зелёные глаза, пока его сердце, в панике, стало ускорять свой темп, а дыхание тут же сбилось, становясь отрывистым и беспорядочным. Гарри лихорадочно потряс своей головой, не веря тому, что видел. «Этого не может быть, это обман», твердил он сам себе, пытаясь убедить. Но даже это не помогло скрыть того факта, что там, в прихожей Малфой-мэнора, прямо сейчас находилась девушка из его кошмаров, девушка, что была прикована цепями.