Айдол

Кому ты звонишь, когда тебе нужна помощь? Кому ты звонишь, когда ты один? Кому ты звонишь, когда чувствуешь себя подавленным? Я просто хочу кричать, я просто хочу взорваться Я просто хочу отпустить.

beau young prince — let go

* * *

Сеул никогда не был солнечным городом и навряд ли когда-либо им станет, если не брать в расчёт изменения климата и возможность Азии в году так две тысячи семидесятом стать новой Африкой, что, давайте смотреть правде в глаза, маловероятно. Сеул никогда не ассоциировался у людей с городом их мечты, как тот же Париж и Нью-Йорк. Зато Сеул всегда предполагал под собой холод, серость и чрезмерный фанатизм к сами знаете чему. Снова и снова в новостях повторяют о новом альбоме той самой группы, об их новых достижениях в истории Кореи и без остановки обсуждают новые цвета волос ее участников. По новостям не говорят о глобальном потеплении и о том, что Пусан буквально утопает в неожиданно сильных ливнях. В новостях говорят, что Сеул солнечный, новая песня тех популярных ребят разрывает все чарты мира, а экономика процветает. Чонгук не знает, почему его вдруг волнует изменение климата, которое его точно не коснётся, ведь для того, чтобы дожить до семидесяти одного года, нужно приложить хоть какие-нибудь усилия. Но слушать день ото дня о цветах волос участников известной к-поп группы буквально отовсюду стремительно сводит его с ума. Нахождение в социальных сетях становится невыносимым. Нет, нахождение буквально везде становится невыносимым из-за того самого чрезмерного фанатизма корейцев. Кого волнует Пусан, когда в Сеуле пускай даже далеко не солнечно, но сухо. Надежды Чонгука на дождь в Сеуле не покидают голову, ему душно в этом городе. Что-то его душит. И он определённо догадывается, что ливень этого исправить не в силах, но отчаянно хочет в это верить. Колокольчик над дверью кофейни начинает звенеть, предупреждая о новом посетителе, поэтому бариста мигом откладывает свой телефон, натягивает рабочую улыбку и вежливо приветствует клиента, сразу же расслабляясь при виде Чонгука. — Привет, Чжи, — он устало улыбается и опирается на стойку. — Ты не зашёл вчера, — недовольным тоном отвечает та и принимается за приготовление холодного латте. Чонгук видит, как лицо Чжиын хмурится, даже когда она готовит напиток. Это тоже заставляет его улыбнуться. Она всегда была такой. Миниатюрной, хрупкой с вида, но удивительно боевой внутри. Эмоциональной, простой и располагающей. Они вместе учились в школе, сидели за соседними партами и смеялись так звонко, что преподавателям приходилось постоянно рассаживать их по разным уголкам класса. Она живая, хочется закричать во всё горло Чонгуку, потому что это единственное точное описание Ли Чжиын. Её смех настоящий, её слова настоящие, её желание жить настоящее. Когда брюнетка ставит перед Чонгуком напиток он выплывает из своих мыслей, протягивает мятые купюры, за что получает неодобрительный взгляд и потирает нос, его очередная дурная привычка, когда он чувствует себя неловко или виновато. — Научись обращаться с деньгами, Чонгук. Она забирает купюры и кладёт их в кассу, пока парень отпивает со своего стаканчика. — Ты злишься на меня, — говорит он и внимательно всматривается в лицо девушки. — Потому что ты обещал зайти ещё вчера вечером и помочь мне с дизайном новой вывески, — в словах определённо чувствуется укор, а Чонгук от этого заявления вдруг замирает. — Чёрт, точно, я совсем забыл об этом. Он так увлёкся подбором фотографий для портфолио, что просьба подруги затерялась где-то в просторах его и без того никудышной памяти. — Давай я помогу тебе сегодня. Девушка вздыхает и вяло улыбается. — Хорошо. Чонгук чувствует значительное облегчение и забирает свой холодный напиток со стойки. — Тэхён уже здесь? На его вопрос Ли кивает и замечает, как лицо Чонгука вдруг хмурится по неизвестной ей причине. — Чжи, переключи песню. Её глаза расширяются в удивлении, но через пару секунд она улавливает смысл его слов и послушно, но не без раздражения, щёлкает мышкой на компьютере. Пора составлять свой плейлист, чтобы угодить Чон Чонгуку. Когда начинает играть другая спокойная мелодия, Чонгука уже нет за стойкой. Уверенными шагами он лавирует между столиками в полупустой кофейне и, наконец, доходит до места, где его уже полчаса ждёт Тэхён. Ким замечает, как на столик приземляется стакан с молочно-кофейной жидкостью со льдом, поэтому нехотя отрывается от переписки на своём телефоне. — Ты не забыл прийти. Это вызывает у Чонгука усмешку, и он кидает убийственный взгляд на друга. Отросшие волосы парня снова подвязаны белой банданой, подарок Чонгука на прошлый Новый год. — Ты буквально напоминал мне каждые полчаса. Парень опускается на стул напротив и смотрит на Тэхёна, который снова строчит что-то на телефоне. — Мама или твой виртуальный парень? Ким кидает грозный взгляд на младшего, пока тот прикусывает нижнюю губу, чтобы ненароком не ляпнуть чего-нибудь ещё и не получить по голове как в прошлый раз. Но, к удивлению Чонгука, через пару секунд Тэхён отвечает: — Джин. Мягкая улыбка касается губ Тэхёна, что несвойственно для него в обычной жизни. Ким Тэхён, парень с татуировками и тягой к старым заброшенным местам, улыбается так, находясь только рядом с Чонгуком и только лишь по одной причине. — Он наконец-то скинул свою фотографию? Улыбки как и не было. — Все ещё нет. — Нет? Вы, ребята, переписываетесь уже полгода, а ты все ещё не знаешь, как он выглядит? Тэхён молчит, отстранённо кладёт телефон обратно на стол и устало вздыхает. Чонгук в принципе не может винить друга в том, что он продолжает переписываться с кем-то под именем Джин, потому что этот человек очень интересен Тэхёну, но Чонгуку всё ещё непонятно. — Ты вообще уверен, что это не старый мужик или девушка, например? — Мы разговаривали по телефону, так что это вряд ли. Чонгук делает глоток напитка, обдумывая слова друга. — Будешь дальше мучить себя одними переписками? Ким откидывается на спинку стула, а взгляд устремляется куда-то в потолок. Он сам не знает, что собирается делать дальше. Он так много знает об этом парне, но этого «много» все равно недостаточно. — Ты прав, — хриплый голос внезапно нарушает тишину. Чонгук с непониманием глядит на друга. — Я напишу ему, что не могу так больше, — длинные пальцы хватаются за телефон и заходят в переписку. У него висит два новых сообщения от того самого Джина. джин: «я так устал» «скучаю по твоему голосу» Тэхён вздыхает, стоит его глазам пробежаться по последнему сообщению. Тень сомнения сразу посещает его мысли, готов ли он так просто отказаться от этого человека? Чонгук сразу же замечает замешательство в глазах друга, наклоняется вперёд, чтобы видеть экран телефона, и застывает. Он не хочет показывать сочувствие Тэхёну. Должна быть какая-то причина, из-за которой за эти полгода Джин не прислал ни одной фотографии и не встретился с Тэхёном. Пальцы быстро набирают сообщение. Ким на секундочку переводит неуверенный взгляд на Чонгука, сомневаясь в своих действиях, Чон читает сообщение и незамедлительно кивает другу. Отправить.

«так не может продолжаться. я хочу увидеть тебя.»

Сообщение прочитано сразу же, но ответ все не приходит, заставляя Тэхёна начать нервничать. Может быть он сейчас все испортил? — Пойдём покурим, — Чонгук поднимается со своего места больше не в силах молча сидеть и смотреть, как Тэхён буквально разваливается на части, всеми силами стараясь не показывать этого. Тот кивает, встаёт и идёт следом. Погода в Сеуле портится, но даже после этого у ведущих новостей Сеул будет всегда солнечным. Воздух слегка морозный, что характерно для зимнего времени, но парни даже не застёгивают куртки, курят молча, думая практически об одном и том же. Люди возвращаются с работы, смешиваясь в толпе. Переходят дорогу толпой. Заходят в заведения толпой. Стоят у большого здания, молясь на плакат известной группы. Толпой. Взгляд Чонгука поднимается выше, с людей на тот самый плакат мужской группы. Ему снова душно. И душно ему не от погоды, ему душно от воспоминаний о том, как все было раньше.

***

Чонгук выходит из кофейни к часу ночи, когда заканчивает дизайн новой вывески для Чжи. Спать хочется больше, чем когда-либо, потому что за последние три дня он спал часов семь от силы. И ему ничего не остаётся, кроме как выкинуть свои последние деньги на такси, чтобы благополучно добраться до дома и не стать мертвым раньше две тысячи семьдесят первого года. Таксист иностранец и, скорее всего, европеец, поэтому в разговор с Чонгуком не лезет, оно и хорошо, потому что сил просто нет. За окном ночной Сеул, и он нравится парню намного больше, просто потому что дышится легче, не смотря на то, что во всю кипит ночная жизнь. Мелодия, которая доносится из аудиосистемы, отвратительно грустная и до ужаса красивая. А глаза парня сами закрываются, потому что он уже не может держать их открытыми. Чонгук медленно начинает засыпать. Мелодия стремится к своему завершению. Мужской голос из аудиосистемы переходит в шёпот, мягко пропевая на английском последние строки. Голос сонного Чонгука отчего-то тоже переходит в шепот: — Но я всё ещё хочу тебя. — Красивая песня, — вдруг по-английски произносит таксист, а Чонгук слишком быстро отходит ото сна, улавливая последнюю строчку песни и чувствуя, как ему перестаёт хватать воздуха. — Чья это песня? — спрашивает он на английском, стараясь сохранять спокойствие, но его голос резок. — ONI, — улыбается мужчина и поправляет свои очки. — Вам тоже нравится эта группа? ONI. Нет, Чонгук ненавидит эту группу.

***

— Чонгук? — по ту сторону телефона парень слышит хриплый и немного сонный голос Тэхёна. Может быть Чон его разбудил, но сейчас ему не хочется думать об этом. — Спустишься ко мне? Я не могу уснуть. Стук в дверь слышится уже через две минуты, а на пороге появляется брюнет в серых домашних спортивных штанах и растянутой белой майке. Чонгук все-таки его разбудил. — Будешь есть? — спрашивает Чонгук со своей небольшой кухни, получая отрицательный ответ. — Пиво? — снова нет. — Покурим? Они выходят на балкон, заваленный с левой стороны коробками, которые Чонгук не может разобрать ещё с тех пор, как переехал в эту квартиру. Тэхён открывает окно, а затем присаживается на один из двух стульев. Они курят молча, не потому что им не о чем говорить (им всегда есть о чем), просто разговоры это, кажется, последнее, чего они хотят. Чонгук думает о том, что задыхается в этом городе и навряд ли когда-то перестанет. Тэхён не знает, о чем думает Чонгук, но задыхается тоже. Потому что он понятия не имеет, как влюбился в человека по одним лишь сообщениям в мессенджере, без возможности видеть его. Имея возможность очень редко слышать голос, а точнее шёпот безликого парня. Джин редко звонил или записывал голосовые сообщения, в основном поздно ночью и когда он выпьет. Предпочитал говорить шёпотом и иногда напевать строчки собственных песен. Джин любит музыку и всё, что с ней связано. А ещё любит музыкальный вкус Тэхёна. Тэхён любит человека по ту сторону экрана. Может быть, личность этого парня всегда была известна Тэхёну. Возможно, Тэхён мог догадаться до этого раньше, будь он внимательнее. Он смог бы остановить свое мучение. Чонгук своей нелюбовью к ONI перестать мучить себя не может. Их музыка слышится отовсюду, а их лица даже в продуктовом на пачках хлопьев. Каждый выход из дома превращается в испытание, в котором Чон Чонгук должен пытаться игнорировать то, что игнорировать практически невозможно. Дело не в группе совершенно, дело в самом Чонгуке, который за все эти годы так и не научился справляться со своими эмоциями. Игнорировать всегда сложнее, чем ненавидеть. И парень определённо пытается, но окружающие будто бы специально хотят довести до той крайней точки. Игнорировать самую популярную группу задача непосильная, а Чонгук глупец раз думал, что сможет. Чонгук отчаянно надеется, что потом, когда-нибудь, станет лучше и он без труда сможет реагировать на упоминание ONI спокойно. Но сам он знает, что обречён, что лучше точно не станет. Уехать из страны только потому что не переносишь на дух одно лишь название группы? Слишком просто, да и кому Чонгук нужен без высшего образования за пределами своей страны. Ему бы сожалеть о том, что все-таки не пошёл в университет за своими далёкими мечтами, но, по правде говоря, ему уже все равно на эти самые мечты. Непостижимые, забытые, они хранятся на пыльных полках его сознания, обречены там на вечное пребывание. Мечты, какая глупость. — Чонгук. Мечты не всегда стоят того. Может поэтому многие так несчастны? Не потому, что они не могут сорвать с неба заветную звезду, а потому, что они, приложив кучу усилий, сорвали её, и она обожгла их руки. Они ошиблись, и это не та звезда, которую они так страстно желали в детстве, или дело в том, что в те времена она казалась им чем-то иным, чем-то утонченно особенным. Красивые и далёкие вещи способны причинять боль. Поэтому иногда мечты нужно хоронить в своём сердце, без единой веры в то, что те когда-нибудь сбудутся. Чонгук, в надежде уберечь себя, так и поступил, тогда почему ему так больно? Мечтающий стать известным фотографом, начал фотографировать то, что не всегда ему нравится, для того, чтобы было на что проживать жизнь, которая его тоже особо не впечатляет. Ради чего? — Чонгук? — Чон возвращается в реальность, когда его плеча касается рука Тэхёна. Пепел недокуренной сигареты приземляется на пол. — Я просто задумался, — младший тушит сигарету и кидает окурок в жестяную банку, которая здесь как раз для этого. Его глаза на взбудораженном Тэхёне, который держит свой телефон с включённым экраном. — Он ответил. Чонгук не скрывает удивления, вскидывая брови, и двигается ближе, чтобы была возможность прочитать сообщение. джин: «хорошо.» «если ты не занят завтра, напиши свой адрес, я пришлю за тобой машину». — Твой парень бизнесмен? — хмыкает Чонгук, отодвигаясь. Тэхён грустно улыбается и в ответ пожимает плечами. — Даже этого не знаю. — тон голоса где-то на грани отчаяния. — Что будешь делать? Чонгук уверяет себя, что на месте Тэхёна не поехал бы, а потом вспоминает один момент из своей жизни. Чон поймёт, если Тэхён без раздумий согласится. — Мне нужно увидеть его. Младший как-то тепло улыбается, поджимает нижнюю губу и тихонько кивает. Он когда-то поступил почти так же.

***

Тэхён не спешит заходить внутрь, буравя взглядом массивную дверь цвета грязного, мокрого асфальта. Он окидывает взглядом роскошное многоэтажное здание, перед которым его уже как пять минут высадил водитель. Тэхён понятия не имеет, где он и что это за небоскрёб перед ним, но чувство, что он приехал если и не в дорогущий отель, то в элитный жилой комплекс, его не покидает. Никаких вывесок и персонала отеля парень не наблюдает, а именно поэтому склоняется ко второму варианту. В его руках небольшой клочок бумаги, подкинутый водителем незадолго до прибытия. В голове множество вопросов, ответы на которые он может получить только в том случае, если наберёт номер квартиры. Больше всего в голове страхов, опасений и сомнений. Дурацкая идея, приезжать сюда — это дурацкая идея. Глупее и не придумаешь. Он ничего не знает об этом человеке. Он не знает, почему этот человек живёт здесь, не знает даже, черт возьми, как он заработал на это жилище. Может Джин вообще неправильно понял Тэхёна, пригласив для того, чтобы провести вместе ночь на шелковых простынях. Да, это точно очень плохая идея. Неосознанно парень тянется в задний карман своих черных узких джинс, ему хочется покурить перед тем как он развернётся и уйдёт отсюда. Тонкие длинные пальцы цепляют одну дешёвую сигарету из пачки. Второй рукой с зажигалкой между пальцами он подкуривает. Наверное, Тэхён выглядит забавно со стороны и, наверняка ущербно, курящий от волнения как девятиклассник на фоне этого здания в своих недорогих шмотках, которые пропитаны туалетной водой неизвестной марки. Телефон вибрирует в заднем кармане, а Тэхён недовольно вздыхает, вытягивая его из кармана. Одно новое сообщение. Только бы не от… Джина. джин: «Ты уличный ребёнок?»

«Что?»

джин: «Так и будешь стоять на улице? Или мне спуститься?» Мурашки пробегают по всему телу парня, страх поселяется где-то в груди. Тэхён оглядывается по сторонам, поднимает взор на здание, пытаясь найти то самое окно, ничего не выходит. Джин знает, что он здесь. Сбежать сейчас будет не самым смелым поступком. Внутри здание выглядит как что-то, что принято описывать словами «неземной» и «дорогущий». Тэхёну даже страшно знать, сколько в это здание вложено средств. Ему таких иметь на своём банковском счету и не светит. Вокруг всё словно сияет и переливается от проникающего сквозь огромные окна света. Чёртово современное искусство. Краем глаза Тэхён замечает лестницу по правую сторону, отдает предпочтение ей, а не лифту. Может быть потому, что лифт полностью прозрачный да и открывает взор на город, а может быть, потому, что появиться под заветной дверью так скоро не хочется. Медленными, неуверенными шагами Тэхён поднимается. Второй этаж. Четвертый. Десятый. Шестнадцатый и квартира 134. Время сбежать есть, а желания мучиться в неведении дальше уже нет. Он нажимает на звонок, не ожидая, что дверь раскроется мгновенно, словно кто-то ждал его. Парень, что стоит напротив, высокий и до одури красивый. Черные волосы уложены и открывают вид на широкий лоб, а закатанные рукава белоснежной рубашки открывают вид на загорелые, сильные руки. Но его безупречное лицо слишком знакомо. Тэхён вмиг отскакивает. Такого не может быть. Перед глазами плакат в метро, еще один у кофейни Чжиын, а еще тот, что он видел на остановке рано утром. — Чёрт, извините, я ошибся квартирой. — Ты не ошибся, — Джин подаёт голос и моргает, когда осознаёт, что секунд десять неотрывно смотрел на Тэхёна в неверии. Тэхён качает головой, а на губах появляется усмешка. — Ты наверно ждал доставщика пиццы или последних айфонов. Мы друг друга неправильно поняли. Мне нужна квартира номер 134, это выше или ниже? Джин смеётся, обнажая свои белые ровные зубы. — Это здесь. Привет, Тэхён. Я Ким Сокджин. Очень рад тебя видеть. Ким Сокджин забыл упомянуть в переписке, что он мембер известной группы.