My ghost, where'd you go? What happened to the soul that you used to be?

- Так какой план? – Тони бросила мимолетный взгляд на Джонса младшего, тут же склоняясь обратно над столом, чтобы написать «посетитель 2» на самоклеющемся бейдже. - Мой отец позвонил заведующему тюрьмой и рассказал липовую историю. Мы Джейсон и Шерил Блоссомы, которые приехали навестить дядю. Топаз уставилась на друга, как на умалишенного. Она сначала решила, что ей послышалось. - Оказалось, что здесь понятия не имеют о смерти близнецов, даже о том, что они близнецы, поэтому всем будет всё равно. Я на это надеюсь. – Тони удрученно выдохнула. Только Джагхед мог придумать такой отстойный план. Они даже не выглядели как родственники, не то, что как родственники Клавдия Блоссома. Надзирателям нужно быть глухими и слепыми, чтобы пропустить их к «дяде» без вопросов. - Они сразу поймут, что что-то здесь не так. Тем более, когда информация о посещении дойдёт до Клавдия. Он явно знает, что его племянники не то, что прийти к нему не могут, вообще ходить больше не способны. Надеюсь, нас просто вышвырнут отсюда. Теперь розововолосой стало действительно страшно. Она уже сто раз по дороге сюда (которая вообще-то заняла очень много времени, и несколько пропущенных звонков от мамы) успела пожалеть, что не послушалась мудрого предложения Шерил. А теперь ей ещё и по полной влетит от мамы, если она доберется до дома живой. - Я то… - Шерил и Джейсон? – Они резко повернули головы, отчего лицо Тони перекосила болезненная гримаса, ведь она явно защемила нерв таким резким движением головы. - Да, это мы. – Джаг неуверенно протянул Тони руку, чтобы походить на милых брата и сестру. Но скорее это походило на «умирать, так вместе». Видела бы их сейчас Бетти, явно не обрадовалась бы. Тони даже забыла спросить парня о том, как его милый блондинистый груз отпустил его так далеко наедине с Тони. - Прошу пройти со мной. Ваш дядя уже ждет вас. Они шли по темным коридорам, множество из которых преграждали всевозможные решетки. Тони ещё не доводилось быть дальше полицейского участка из-за одного глупого инцидента, поэтому сейчас всё казалось декорациями какого-то фильма ужасов. Ей так не хотелось умирать в этом месте, но воспаленный и взращенный на ужастиках мозг, то и дело, подкидывал ей страшные картинки того, что может случиться через секунду. Но ничего не произошло. Они просто остановились у невзрачной серой двери. - У вас есть пятнадцать минут, потому что шериф Джонс очень настаивал на этой встрече. Вообще-то, к нему запрещено кого-либо пускать, так что… - Надзиратель многозначно взглянул сначала на Джагхеда, потом на Тони, слегка повел бровями, давая понять, чего именно он добивается. Тони пошарила по карманам, вспоминая, что оставляла пару купюр в этой куртке. Джонс сделал то же самое, и через несколько минут, довольный мужчина шагнул вперед, отпирая дверь и приглашая их внутрь. Ребята буквально выдохнули от облегчения, когда дверь позади них закрылась, а мужчина остался снаружи. Им явно не нужно было обсуждать что-то с Клавдием в присутствии постороннего. Тони обвела взглядом маленькую комнату, которая всё также была выложена серым бетоном. Напротив двери стояли лавка и стол, поделенный крепким стеклом посередине. На той стороне уже сидел седовласый мужчина в ярко-оранжевом комбинезоне. Он слегка прищуривался, но не выглядел изумленным, будто сразу догадался (оно и понятно, он явно знал, что его племянников давно нет в живых), что к нему придут посторонние. Топаз немного передернуло, когда она всмотрелась в лицо мужчины, подходя чуть ближе. Да, она уже успела узнать, что Клиффорд и Клавдий были близнецами, но она провела так много времени, ненавидящим взглядом испепеляя изображения Блоссома старшего, что увидеть его копию прямо перед собой, было, как минимум, непривычно. Мужчина поманил их пальцем, поднося телефонную трубку к своему уху. Ребята переглянулись. Им явно было не по себе, но и другого выбора, кроме как пойти до конца, у них не было. Тони первой присела на лавочку, беря трубку в руки и держа её посередине, чтобы подоспевшему Джагхеду тоже было хоть что-то слышно. - Вы не мои племянники. – Клавдий не выглядел и не звучал растерянно, но было в его голосе что-то странное, что-то не понятно Тони. - Разумеется, нет. Мы просто неравнодушные люди, которые хотели помочь вам выбраться отсюда. – Джаг практически прошептал, будто боясь, что кто-то может их подслушать. Тони бы не удивилась, честно говоря. У неё не было причин доверять мужчине за стеклом от них. Возможно, он виноват во всём также, как и Клиффорд, просто ему повезло чуть меньше. Тони всё-таки придерживалась стратегии никому не верить, пока не убедится в их искренности. - Кто вы такие, и почему выдаете себя за Шерил и Джейсона? - Мистер Блоссом, мы всего лишь хотим узнать, что произошло с вами. – Тони слегка переняла внимание на себя. Она не могла сказать, что ещё четыре часа назад рыжеволосая клялась ей, что её дядя самый безобидный человек на планете, но ей нужно было как-то расположить его к себе. - Если вы знакомы с моим делом, а вы знакомы, иначе не приехали бы сюда, то итак всё знаете. – Тони закатила глаза. Этот мужчина явно принадлежал к роду Блоссомов, даже несмотря на его уже давно не рыжие волосы. Упрямства ему было не занимать. - Скажем так, - голос Джагхеда стал серьезным. –У нас есть причины, по которым мы хотим, чтобы ваш брат оказался на вашем месте. И нам бы не помешала помощь. - Чем вам насолил мой брат? И откуда мне знать, что вы не лжете? - Мы здесь из-за Шерил и Джейсона. – Тони сглотнула. Ей совсем не хотелось приплетать близнецов в который раз, но ей также нужно было понять, какую позицию в этом вопросе занимает Клавдий. Считает ли он, что близнецов убили, верит, что это глупый подростковый суицид или же помог это подстроить? - Почему вы не были на их похоронах, мистер Блоссом? Оба мужчины уставились на Тони непонимающе. Джаг, явно не понимал, откуда девушка располагает такой информацией, а вот выражение лица старшего мужчины Топаз идентифицировать не смогла. Он на мгновение расслабил пальцы, девушке даже показалось, что трубка сейчас выпадет из его руки, но он тут же пришел в себя. - Что ты сказала? – Его голос сел, а глаза заслезились. Тони заметила, что он до конца не хочет принимать то, что она сказала. - Два года назад, после смерти близнецов, почему вы не пришли на их похороны? Разве вы не были достаточно близки? – Тони ходила по тонкому льду. Она могла расположить к себе Блоссома, но навсегда потерять доверие Джагхеда, который практически сидел с открытым ртом. Он явно осознавал, что просто в интернете такую информацию не найдешь. Топаз заметила, как мужчина украдкой вытирает мокрую дорожку со щеки, тут же прижимая к ней телефонную трубку. - Это он сделал? Тони даже не нужно было уточнять. Она просто кивнула, надеясь, что это поможет развязать Клавдию язык. - Я всегда осознавал, что Клиффорд – болезнь нашего родового древа. Он с самого детства был ужасным человеком. Он был злым, неблагодарным, самодовольным и напыщенным индюком. Он думал, что ему всё позволено. А когда отец сказал, что передаст компанию мне, он буквально с цепи сорвался. Я нисколько не удивлен, что он так жестоко поступил, ведь тридцать шесть лет назад, он чуть не пристрелил меня из отцовского ружья. Я был вынужден бежать, и бежать подальше. Стал моряком, лишь бы реже бывать на суше, лишь бы больше не иметь возможности с ним встретиться. Но потом у меня родились племянники, и я не мог оставаться в стороне. Я думал, что обиды забылись, ведь, в конце концов, Клиффорд получил компанию, а я ушёл. Я всего лишь хотел иметь возможность навещать мать и племянников. Мужчина хлюпнул носом. - Пожалуйста, мистер Блоссом, нам нужна ваша помощь. Мы знаем, что Клиффорд причастен к смерти Шерил и Джейсона, но сейчас всё обставлено как несчастный случай, а он продолжает спокойно и счастливо жить. Клавдий кивнул. - Я был в дальнем плавании на Курильских островах, когда меня остановила береговая полиция. Меня тут же арестовали, даже не объясняя, за что меня остановили, и что я нарушил. При несанкционированном обыске они нашли контейнер, до отказа набитый пакетами с белым порошком. Меня тут же взяли под стражу, а в обвинениях указали распространение наркотиков. И я даже не удивился, когда в зале суда увидел Клиффорда, сидящего позади стола обвинения. Я как раз возвращался домой в то время, ведь мама прислала мне копию завещания, где оставляла мне усадьбу в Ривердейле и половину компании. Я плыл, чтобы отказаться, ведь лучше быть бедным моряком, но хотя бы живым. Видимо Клиффорд принял это завещание, как личную обиду, решив избавиться от меня раньше, чем я сам откажусь ото всего. - Мистер Блоссом, скажите, у вас нет ничего, что могло бы помочь нам в этом деле? Мы просто обязаны наказать Клиффорда за её убийство. – Джаг бросил на неё хмурый и недоверчивый взгляд. Тони тут же поняла, что оговорилась. – За их убийство, Мистер Блоссом. Топаз уже было всё равно. Её сердце взрывалось от возможной победы, от ожидания того, что Клавдий мог дать им какую-то полезную информацию. С Джагхедом она могла разобраться чуть позже, хоть её и достаточно напрягало его неожиданное молчание. - Вообще-то, Клиффорду было чего опасаться. Я всё же из семьи Блоссомов, поэтому всегда осознавал всю опасность, что приходит с этим родством. Перед тем, как уходить в последнее плавание, это было около трех лет назад, я связался со своим доверенным лицом, что работал в компании Клиффорда. Я всегда знал, что это сукин сын не оставит меня в покое, поэтому перестраховался, скопировав кое-какие данные на флешку, а потом спрятав её в потайном месте. Конечно, я и подумать не мог, что она когда-то мне пригодится, а когда пригодилась, у меня не было возможности ею воспользоваться. Как я узнал позже, мой человек в компании «попал в аварию», а брат позаботился о том, чтобы никто и никогда не посетил меня. Вы же понимаете, что совершили глупейшую ошибку, вот так просто заявившись сюда? Нет ни одного копа, который когда-либо ни был у Клиффа под каблуком, поэтому он определенно уже в курсе, что вы тут ошиваетесь. Но вот, что я вам скажу. Я безумно любил своих племянников, и если я могу смириться с тем, как он поступил со мной, обрекая на пожизненное заключение в этой мерзкой тюрьме, то с тем, что он отнял жизнь у детей, я никогда не смирюсь. Но мне нужна некая гарантия, все жё, я не дурак. Давайте заключим сделку, я расскажу вам о содержимом флешки, и о том, где она находится. А вы, в свою очередь, поможете мне отсюда выбраться. По рукам? Мужчина чисто формально протянул руку к стеклу, и Тони, совершенно не раздумывая, протянула свою ладонь к другой стороне. - По рукам. - - Подожди, Тони. Девушка изо всех сил спешила выйти на стоянку, дабы сесть на мотоцикл и поехать обратно, не выслушивая возможных вопросов, на которые она не сможет ответить уже в который раз. Но Джагхед был на удивление быстрым, когда ему это было нужно. - Да стой же ты. – Он легонько схватил её за плечо, вынуждая остановиться посреди темноты подземной парковки. - Какого черта, Джонс? Нам сейчас же нужно возвращаться, если не хотим нарваться на неприятности. Мы итак вернемся домой уже ближе к полуночи, и если твой отец частично в курсе происходящего, то моя мама думает, что я просто сбежала ни с того, ни с сего. Мне повезет, если она не вызвала копов, чтобы меня найти. - Почему ты, черт возьми, это делаешь? И перестань искать отговорки. Просто скажи мне прямо сейчас, иначе я сам поеду и заберу эту флешку, и мы с Бетти продолжим это дело одни. - Как ты смеешь? Если бы не я, вы бы не продвинулись ни на шаг. Не тебе решать, кому здесь быть ответственным. - Я просто не хочу ставить свою голову и голову Бетти на кон! – Они просто стояли напротив друг друга на пустой стоянке и кричали, как маленькие дети, не поделившие лопатку в песочнице. Они буквально упускали время на обнаружение заветной флеш-карты, на безопасное возвращение домой. – Прости, Тони, но у меня иногда складывается ощущение, что ты играешь в команде с кем-то другим, а не с нами. Почему бы тебе просто не назвать причину, чтобы я наконец перестал в тебе сомневаться? Неужели, ты не понимаешь природы моего негодования? Бетти борется за судьбу своей сестры, а ты просто незнакомка, которой, по сути, должно быть плевать на всех жителей, тем более тех, кого уже нет в живых. Так почему ты так рискуешь? Это явно не простой интерес и любовь к неразрешимым загадкам! - Я делаю это ради себя, Джаг. Я просто хочу спать спокойно в своей кровати, не волнуясь о том, что девушка, спящая в этой кровати до меня, была жестоко убита в той самой ванной, которую я принимаю каждый день. Это жутко, Джонс! Я буквально нахожусь на её месте, понимаешь? - Нет! Это всё глупые отговорки. Какого хрена ты вообще должна переживать об этом? Твои родители без проблем живут в этом доме, даже не задумываясь, что и как там могло произойти. Так что скажи мне сейчас, Тони, или мы больше не напарники. Девушка сдалась, её плечи опустились в поражении. Черт возьми, она не могла сказать правду, не показавшись в глазах этого парня ещё более сумасшедшей, но что она должна была придумать? Его угроза была вполне реальной, и стоит ему сказать Бетти о своих подозрениях, этот кашемировый свитер тут же забьет тревогу. - Я не могу сказать сейчас, Джаг, потому что ты мне не поверишь, но я могу показать, ладно? У нас с Ронни есть традиция, устраивать вечеринку в конце октября, по случаю Хэллоуина. Поверь, если ты придешь на эту вечеринку и увидишь всё своими глазами, тогда точно поймешь, почему я это делаю. - Ты просто в очередной раз пытаешься запудрить мне мозги и найти отговорку. Джонс покачал головой, разворачиваясь, чтобы уйти к своему мотоциклу, и навсегда оставить Тони одну в этом деле. - Нет, Джаг, стой. – Топаз правда не осознавала, как преподнести эту информацию. – Я правда всё объясню. Хочешь, тебе не придется ждать до Хэллоуина, я могу объяснить всё завтра, только не делай поспешных выводов. - Это будет сложно сделать, Топаз. Но, надеюсь, завтра у тебя найдётся оправдание получше, или нам придется попрощаться. А сейчас, нам действительно нужно возвращаться домой. - Тони изо всех сил старалась не шуметь. Обратный путь занял гораздо больше времени, чем они планировали. Мало того, что было темно, поэтому их скорость снизилась до минимума, так ещё и дорога была некоторое время перекрыта из-за аварии. Топаз до последнего не покидало ощущение, что их преследуют от самого здания тюрьмы, но сейчас оба они были в безопасности, поэтому придумывать всякие глупости не было нужды. Хотя, Тони не могла до конца сказать, в безопасности она или нет, особенно после того, как она застыла на месте, с одним ботинком в руке, когда свет в прихожей зажегся. Щеки и глаза её матери были красными от явно большого количества пролитых слез. Женщина была в одной ночной рубашке, что было не удивительно в первом часу ночи. Топаз даже не открыла рот, для того, чтобы начать оправдываться. Она понимала, что её уже ничто не спасет. Мало того, что она прогуляла школу (а это стало понятно, ведь в плохом самочувствии она бы не сбежала из дома), так ещё и скрылась непонятно куда без всякого ведома родителей, приезжая домой уже заполночь. - Ма… - Марш в свою комнату. – Тони вся сжалась под пристальным взглядом матери, её голос никогда не казался таким холодным. – Ты наказана на ближайшие две недели. – Амелия протянула руку ладонью вверх. – Твой телефон и ключи от мотоцикла. - Но мам… - Быстро! – Женщина не кричала, но Тони испугалась до глубины души. Она действительно пересекла черту доверия, так что это была сугубо её вина. Она покорно отдала свои личные вещи, виновато глядя на мать, которая, больше не говоря ни слова, развернулась и ушла к себе в восточное крыло особняка. Теперь Топаз действительно запаниковала. Завтрашний день, конечно, был для неё не то, чтобы желанным, но она всё же хотела присутствовать на её первой футбольной игре, освещать события, будучи нормальным членом школьного сообщества – школьным фотографом, а не ищущей приключения на одно место. Но, честно говоря, сейчас перед ней стояла самая важная и насущная проблема: не недовольная Ронни, не сердитая мама, а расстроенная Шерил. Она уже предвкушала, что девушка либо в своём старом репертуаре начнёт на неё злиться, либо просто будет игнорировать, что в сто раз хуже. Тони слишком привыкла к её компании, к её теплым карим глазам, к нежным объятиям перед сном и по утрам. Она так привыкла, к тому, что первое, что она видит по утрам – шикарная девушка с огненными волосами. Ей было чертовски больно от того, что она могла лишиться этого. Но, в то же время, благодаря Клавдию они могли значительно продвинуться в деле, могли сделать хоть что-то для близнецов. Тони абсолютно не жалела о своём решении, хотя могла преподнести эти новости немного мягче, не создавая такого конфликта, и явно не сбегая в самый разгар ссоры. Девушка очень медленно поднималась по лестнице, будто оттягивая момент. Она даже не мечтала, что Шерил, пусть даже безумно злая Шерил, встретит её в комнате. От этого становилось ещё более тошно, ведь она не привыкла находиться в этих четырех стенах одна. Но то, что она увидела, лишь слегка приоткрыв тяжелую дубовую дверь, заставило её замереть на пороге. Рыжая определенно присутствовала внутри, было такое ощущение, что она никуда не уходила. Девушка лежала спиной к двери, но стоило той предательски скрипнуть, тут же повернулась на звук. Тони (благо свет из коридора немного попадал в комнату) заметила, как девушка поспешно вытирает глаза и шмыгает носом, а в руках у неё оказался тот самый лисенок в форме речных лисиц, которого Топаз не так давно нашла в вещах рыжеволосой. Она совсем не выглядела разозленной, как подумалось Тони сначала. Она была разбита и расстроена, и девушка прекрасно понимала, что она сама виной всему. Тони открыла было рот, но Блоссом в одно мгновение растворилась в воздухе, появляясь прямо перед розововолосой, и следующим, что Тони почувствовала, была обжигающая боль в её правой щеке. Ладонь девушки взметнулась к раненой плоти, которая тут же начала нагреваться, и, Тони была уверена, краснеть. - Как ты смеешь меня так пугать? – Шерил пыталась звучать строго и разозлено, но из её горла всё ещё вырывались отчаянные всхлипы. – Ты хоть осознаешь, что я успела подумать, пока тебя не было почти восемь часов? Ты осознаешь, что я уже несколько раз похоронила тебя за это время? - Шер, мне жаль… - Мне тоже жаль, что я так сблизилась с тобой! Своим детским поведением ты разбиваешь то, чего уже в природе не существует – моё сердце. Ты даже не представляешь, сколько раз его рвали на части и топтались по нему. Так почему ты сейчас находишься в одном списке с этими людьми? Я действительно подумала, что мой отец всё предусмотрел, и вы с бродягой лежите в какой-нибудь канаве, сбитые очередным посыльным Клиффорда. Я ненавижу тебя за это! Я так тебя ненавижу. Топаз задохнулась от возмущения, но потом, немного придя в себя, она нашла силы улыбнуться, через боль, которая тут же пронзила её щеку. Она прекрасно понимала, что Шерил не может говорить серьезно, её тело выдавало её, реакция на собственные слова (то, как её лицо перекосилось, когда она впервые это произнесла, и как её пришлось повторить дважды, дабы саму себя в этом убедить) явно противоречила сказанному. Топаз даже осмелилась протянуть свободную ладонь, дабы схватить тонкое запястье рыжеволосой. Во второй руке та до сих пор держала забытую игрушку. - Нет, ты не ненавидишь меня. Мне правда жаль, что я так поступила. Но ты слишком любишь меня, как и я тебя, Шер. Поэтому даже не говори такие слова. Блоссом наклонила голову в поражении, тут же начиная всхлипывать с новой силой. Топаз наплевала на свою боль, понимая, что причинила рыжей гораздо больше боли. Она сделала шаг вперед, притягивая девушку в свои объятия и кладя подбородок на её макушку, стоило той наклонить голову ей на плечо. - Нет, боже, нет. Я не ненавижу тебя, прости, Ти-Ти. Тони стиснула зубы, крепче прижимая своё сокровище к себе. Только эта прекрасная девочка могла извиняться перед ней за её же ошибку. Она не могла потерять её, пожалуйста, она не могла. - Не извиняйся, детка, пожалуйста. Я напортачила, поэтому сделаю всё, чтобы ты меня простила. Кстати, мы с Джагом кое-что добыли, но это разговор не для сегодняшнего дня. Не хочешь лечь спать, а завтра поговорить об этом? Шерил кивнула ей в плечо, потом покорно следуя за розововолосой к кровати. - Я быстро приму душ и приду, устраивайся поудобнее. – Тони быстро чмокнула девушку в губы, наслаждаясь ощущениями. Она серьезно думала, что ей больше не представится возможности коснуться этих прекрасных уст, поэтому она благодарила Бога за ещё один шанс. Позже, когда они уже лежали в постели, и Шерри, как ни странно (но Тони понимала, что после всех пережитых часов с такими мыслями в голове, Шерил просто хочет быть ближе, чувствовать, что девушка в ей руках жива) лежала у Топаз на груди, позволяя держать себя в крепких объятиях, сама отвечая тем же. - Прости меня за то, что я тебя ударила, Ти-Ти. – Тони уже практически заснула, впадая в легкую дрему, когда шепот Шер ударил её в ключицу. - Не думай об этом, детка. Я честно это заслужила. - Нет! Ты это не заслужила, и будь я проклята, если ещё когда-либо подниму на тебя руку. Поверь, я не понаслышке знаю, что такое жестокое обращение, и больше никогда не паду так низко. Просто я не умею выплескивать эмоции по-другому, особенно сейчас, когда они долгое время были скрыты внутри меня. Тони промолчала, зная, что ничто не переубедит рыжую, а она и не собиралась, честно говоря. - Так ты лежала здесь всё это время, пока меня не было? Тони прошептала в полусне, не желая прекращать разговор, но её тело противилось, желая отдохнуть. - Да. Я была слишком расстроена, чтобы видеться с Джеем, поэтому просто послала его обратно, когда он попытался со мной поговорить. Я нашла крошку Фредди в коробке наверху. Раньше он всегда помогал мне пережить сложные ситуации. - Это твоя любимая игрушка? – Тони оперлась щекой на макушку рыжеволосой, выводя незамысловатые узоры на её открытых плечах. Ей буквально приходилось просыпаться каждый раз заново, когда она слышала любой звук, и она боялась, что Шер это заметит. - Да. Джей подарил мне его после того, как я стала капитаном, и на какое-то время Фредди стал моим лучшим другом. Но когда я стала старше, я забыла про него, а потом и вовсе забросила, ведь призракам не нужны игрушки. Но я жалею об этом, ведь он действительно помогает мне. Не знаю, как вообще бы пережила это время, если бы не он рядом со мной. Тони молчала, и Шер слегка приподняла голову, замечая, что Топаз уже забылась в глубоком сне, слегка приоткрывая губы при выдохе. Девушка усмехнулась, оставляя нежный поцелуй на острой ключице латины. Она прижалась к Топаз невообразимо ближе, заставляя себя закрыть глаза и перестать думать о том, что девушка навлекла на себя большую опасность, хотя бы на секунду.