Откровения четы Лестрейндж

      Через маленькое окошко камеры для особо опасных преступников виднелось лишь тёмно-серое небо. Оно отражало всю тоску находившихся в стенах тюрьмы узников.       Беллатрикс молча смотрела перед собой, стараясь бороться с этим общим унынием. Сидела она с отсутствующем видом не первый час.       - Белла, - вывел её из своих мыслей голос мужа.       - Да, что такое? – хрипло откликнулась ведьма.       - Не могу больше смотреть на твои терзания.       - Жалкое зрелище, да? А ведь когда-то отсидка в Азкабане казалась мне почетным делом, да и вообще я была увереннее в своих силах… кричала что готова на все во имя войны, не задумываясь о том, что это всё не так просто…

1974 год, Лондон, Великобритания

      Продолжалась слежка за работником Министерства магии, он должен был привести Пожирателей к человеку необходимому Милорду.       Уже четвертый день с минимальными перерывами на сон и еду Беллатрикс, Рудольфус и Антонин Долохов караулили чиновника на своих позициях в расстоянии ста метров друг от друга.       Погода в Лондоне не радовала, но дождь к счастью всё-таки иногда прекращался.       Вот так и прогуливались в центре Лондона трое людей в чёрных плащах. Ничто не предвещало беды.       Первым преследуемого заметил Долохов. Мужчина неторопливо шёл по улице. Тони отправился по его следу. Когда же Антонин собрался нападать сзади и подал знак недалеко стоящей Беллатрикс, преследуемый резко выхватил палочку и обернулся к Пожирателю.       - Секо, - воскликнул преследуемый, Долохов от неожиданности ели успел отшатнуться.       Завязалась перепалка. Во все стороны полетели заклятья. Белла недолго думая кинулась на помощь.       - О. Как же без мадам Лестрейндж, - хмыкнул «преследуемый», который вернулся в свое обличие и оказался Аластором Грюмом, - круцио!       Дальше все происходило слишком быстро. Моментально со всех сторон появились авроры. Много авроров. Белла видела, как Рудольфус бросился на помощь, но был одарен режущем и отгорожен от них магической стеной. Сегодня не он цель аврората.       Беллатрикс и Антонин сражались плечом к плечу. И оба понимали, что битва идет скорее не на жизнь, а на смерть. Силы были не равны. Пусть бой вели и два сильнейших Пожирателя смерти, отражать атаки двадцати авроров со всех сторон долго было нереально.       Предпринимая бесчисленные попытки разбить стену и прийти на помощь, Руди, у которого при этом из плеча струилась кровь видимо понял, что сейчас самое время звать на помощь. Беллатрикс увидела, как Рудольфус трансгрессировал в холл, явно в надежде, что единственный способный как-то помочь человек окажется в поместье.

***

      - Мой Лорд! Неужели я до сих пор не доказала вам что отличаюсь от прочих барышень! – повысила голос брюнетка, – да, сегодня всё пошло не по плану, но это не значит, что так будет всегда!       Глаза Беллатрикс все ещё горели огнем битвы, через одежду были видны многочисленные порезы и ссадины. Но она была жива, сама не до конца веря в это.       - Белла сегодня ты заставила меня бросить все дела и нестись тебе на выручку! – прожигал её взглядом Тёмный Лорд, - мне не нужен Пожиратель, с которым нужно нянчиться!       - Да, не нужно со мной нянчиться! Моя магия превосходит по силе магию большей части членов Ближнего Круга! Вы сами говорили, что мой круциатус второй, после вашего! – отвечала ведьма.       - Прибавить бы к этому умение все это контролировать! – выдохнул Повелитель, - Беллатрикс, ты отдаешь себе отчет, что это война?       - Я готова на все во имя войны и Вас! Стерпеть пытки, погони, Азкабан. Все что угодно, сегодня я чуть не погибла, борясь за свои идеалы - проговорила ведьма с чувством, - пусть я молода и возможно слегка ненормальна, но я отдаю себе отчет о том, что происходит.       - Не пугай меня больше так, - только и ответил мужчина, прежде, чем накрыть её губы своими.

1986 год, Азкабан

      - Помню тот день, я волновался за тебя не меньше Повелителя, - серьезно проговорил мужчина, - да ещё отхватил круциатус от Милорда за то, что не сумел сам помочь тебе.       - Ох, сколько круциатусов ты получил только из-за меня?... Страшно представить, - с болью проговорила Белла.       - На самом деле не так много, как мог бы… Четыре вроде. Во имя войны я также, как и ты был готов на многое, и уж круциатусы не самое страшное, что произошло со мной из-за неё. Как-то ещё на свободе я рассуждал об этом с Малфоем.

1976 год, Лестрейндж-холл

      Рудольфус сидел в своем кабинете и разбирал министерскую почту. Белла предупредила, что задержится на задании, и Руди решил посвятить время работе.       Около восьми вечера домовик доложил о прибытии мистера Малфоя. Что ж, Люциус вряд ли почтил своим присутствием просто так.       - Добрый вечер, Люциус! Какими судьбами? – добродушно спросил Руди.       - Да так, ну, во-первых, принес обещанную Беллатрикс книгу, а во-вторых, не хочется сейчас идти домой к истерящей женушке, - ответствовал блондин.       - Что-то случилось? – вежливо уточнил Рудольфус.       - Не сказал бы, ну ты же знаешь Блэков? У нас с тобой одно проклятье, - хмыкнул Малфой.       - Не назвал бы так свою жену, но допустим, - кивнул хозяин дома.       - Может по стаканчику? – спросил Люциус.       - Без проблем, - Рудольфус приказал эльфу нести огневиски.       Под алкоголь беседа пошла легче. Мужчины обсудили многое, и дела в министерстве и предпочтения в алкоголе…       - Знаешь, не представляю, что ты чувствуешь на постоянных рейдах, да ещё и твоей жене постоянно грозит опасность! – вдруг высказался Малфой, - Я все же редко участвую в боевых операциях, чаще работаю политиком, да и жена дома ждет.       - За себя я спокоен абсолютно, хоть и нередко возвращаюсь домой с ранами различной степени тяжести, а вот за Беллу приходиться поволноваться ты прав, - согласился Лестрейндж, - в отличии от тебя не сказал бы, что люблю политику, но вынужден играть из себя чиновника.       - Да уж, не все зависит от наших желаний в этой войне, - кивнул блондин.       - Скорее наши желания значения не имеют, - вздохнул Руди.       Хотел бы он высказать Малфою истинные чувства и мысли о том, как изменила его война. Но маска не могла ему позволить этого. Для окружающих он был обычным аристократом. Холодность приходилось держать в большей или меньшей степени со всеми. И это тоже след войны.       Каково ему на самом деле уходить на задание, в любой момент готовясь не вернуться с него? Сколько сил стоит спокойно отпускать жену на не менее опасные миссии? Как можно работать агентом в министерстве, тихо ненавидя всех этих политиков и сохранять холодность к этому? Возможно ли спать лишь по несколько часов в день? А какого не видеть жену неделями? А самое тяжелое, не иметь возможности кому-либо обо всем этом рассказать.       Да, не такой Руди представлял свою жизнь будучи ребёнком. Но всё за него, его жену, близких и знакомых решило всего лишь одно слово: война.