Старый дневник

      Наступил последний день пребывания СССР в деревне. Ровно в полдень они уедут. Из-за ночных похождений, Союз проснулся поздно, даже слишком. И с плохим настроением от ожидаемого отъезда. Он перевернулся на бок и посмотрел на часы. Увидев, что уже 10 утра, он подскочил с кровати, снося всё с пути, падая сам вместе с одеялом. Конечно, этот шум не остался в стороне и вскоре пришёл РИ. Он нисколько не удивился и подошёл к сыну.        — Ты только что встал? — спросил Российская империя. Союз кивнул и попытался распутаться из плена одеяла. К счастью, у него это получилось.        — Если ты думаешь, что сможешь проспать, то ты сильно заблуждаешься.        — Попытаться стоило, — сказал СССР и надул губы. — Нам точно нужно отсюда уезжать?        — Да, мы и так тут задержались дольше, чем планировали. Я тоже не хочу уезжать, но надо. Дела ждать не могут, — говорил РИ, пока Союз опускал голову. — Когда-нибудь ты меня поймёшь. — после чего империя потрепал Союза по голове и направился в сторону кухни. — Поторапливайся. — сказал РИ, ненадолго остановившись у двери.        — Хорошо, — грустно сказал Совок, после чего пошёл заправлять постель. В голове всплыла прошлая ночь и их прогулка. Пару моментов заставили Союза вновь посмеяться над ними. Например, как Рейх, изображая собаку, упал прямо в траву. Его реакция была бесценной: то, как тот пытался отряхнуться, хотя, как таковой грязи на нём не было. Как сам Союз изображал обезьяну, смеясь сам и смеша друга. Союз хихикнул и продолжил своё занятие. Как только он закончил с постелью, русский пошёл проверять рюкзак на наличие всех необходимых вещей. Всё это заняло у него полчаса. После того, как закончил, он побежал на кухню, где уже сидел РИ в ожидании сына.

***

Уже будучи на улице, Союз просто бродил. Рейх был ещё дома, с ЯИ общаться не хочет. И навряд ли захочет. Что было взаимно. В ожидании немца, СССР шагал по деревне, иногда приветствуя её жителей. Погода была хорошая, потому на улице было много людей. Кто-то стирал вещи, кто-то в огороде копал. А кто-то дома сидел. Задумавшись, Союз и не заметил, как с кем-то столкнулся.        — Ой, простите! — извинился он, и посмотрел на лицо того, с кем он столкнулся. Это была обычная старушка, что несла воду из колодца на окраине деревни. Но из-за столкновения, вода вылилась. — Вам помочь?        — Нет нужды, Союз. Скажи, а где твой друг? — сменила тему старушка. Союз немного удивился вопросу. Только после до него дошло, что они с Веником и так узнаваемые, так как дети правителей двух стран, так они ещё и шумят, что уже каждый их узнает за километр.        — Он сейчас дома, потому я просто гуляю, — ответил Союз. Он посмотрел в сторону дома Рейха. Он не нашёл возле него друга и повернулся обратно к бабушке.        — Слышала, что вы с Российской империей сегодня уезжаете.        — Да, осталось меньше часа, — ответил Союз, и старушка усмехнулась. Русский приподнял одну бровь, не понимая причину усмешки.        — Да так, себя вспомнила в детстве. Не обращай внимания. Не буду тебя задерживать, беги, — сказала старушка, разворачиваясь обратно к колодцу. Союз немного постоял и вновь предложил помощь. Бабушка лишь помахала головой и сказала, что сама управиться. СССР пожал плечами и пошёл в противоположную сторону. Пришёл он в итоге на детскую площадку. Союз сел на качели, и слегка покачиваясь, задумался о будущем.        — «Если мы сейчас уедем, то мы точно с Рейхом встретимся? А вдруг нет? Что если мы сегодня встретимся в последний раз? Да не, навряд ли. Батя же сказал, что, если получится он будет брать меня на встречи с отцом Рейха. Так, успокойся, СССР, что ты так завёлся? Батя сказал, что мы ещё встретимся, значит встретимся. Это лишь вопрос времени. Так что…» — Мысли Союза прервали руки на плечах, которых секунду назад не было. Он повернулся назад и увидел причину его размышлений и грусти. Рейх стоял за ним и улыбался, показывая свои острые зубки.        — Что грустить, Совок? — спросил немец, убирая руки с плеч и отходя от качелей. Вслед за ним сполз и Союз.        — С каких пор я стал «Совком»? — спросил Союз, ставя руки на бока. Своей кличкой он был не доволен, а потому придумывал Рейху что-нибудь этакое в качестве клички. Сам Рейх пожал плечами.        — Не знать, просто подходить к, эм, — Рейх ненадолго замолчал, пытаясь вспомнить, как сказать правильно. — Забыть, как правильно, — ответил он, на что Союз только фыркнул.        — Ты хотел сказать «подходит тебе»? — поправил того он, на что Рейх кивнул. — Так вот, оно мне не подходит! — сложил руки на груди Союз. — Если я Совок, то ты, хм, дай подумать.        — Как придумать, так сказать, хорошо?        — Слышь, я тебе такую кличку дам, ты у меня в ноги падёшь, лишь бы я тебя так не называл! — угрожал СССР, из-за чего Рейх только посмеялся. — Что ты смеёшься?! Так и будет!        — Хорошо-хорошо, — согласился Рейх, чтобы Совок не возмущался пуще прежнего. — Сменить тема? — Союз кивнул. — Ты через сколько уезжать?        — Через полчаса, — ответил он. Только сейчас до него дошло, что осталось только полчаса до того, как они с Рейхом расстанутся. Значит, это время надо провести не за разговорами, а с пользой. — Во что поиграем?        — Давай в… Так и прошли те полчаса, что оставались до отъезда. За это небольшое время, ребята успели поиграть в салки, догонялки, прятки и многие другие игры. Сейчас они играли в крестики-нолики на песке, используя небольшие упавшие палочки. Чаще выигрывал Рейх, что удивляло Союза. Он всегда считал себя мастером в этой игре. Его мог обыграть только отец. Но сейчас и не только он. От проигрышей, у Союза только нарастал азарт, и он играл, пытаясь сравнять счёт. К слову, Рейх обгонял его на добрые 10, а то и больше очков. Веник тоже не опускал планку, не давая поддавков Союзу. Так, на одной из партий, пока он ждал, пока Союз походит, он заметил позади него знакомую фигуру.        — Совок, это не твой отец? — спросил он, из-за чего Союз отвлёкся от игры. Он посмотрел по сторонам. Вскоре, он повернулся и нашёл отца.        — Он.        — Союз, вот ты где. Пора уезжать, пошли, — сказал РИ и протянул сыну руку, предлагая встать с песка. СССР грустно положил палочку на землю и встал, хватая РИ за руку. Вслед за ним последовал и Рейх, бросая палочку рядом.        — А вы точно не, мм, можете остаться ещё? — спросил Рейх, следуя за Совком и империей.        — Прости, нет, — ответил Союз и посмотрел на друга. Немец расстроился сильней, как и Союз. Так они дошли до дома Союза, где их уже ждала машина и шофёр. — Что ж, пока?        — Пока, — сказал Рейх, и обнял друга на прощание. Союз этого не ожидал, но обнял в ответ. От объятий, Союзу стало теплее, и он заулыбался.

Привет, дневник! Сегодня мы уезжаем и написать вечером я не смогу. Поправка. Мы уже дома. Отец опять чуть ли не издевается над бедными крестьянами, столько для них работ нашёл! Мне их жалко. Вместе с этим меня волнует ещё один вопрос: Как думаешь, как скоро мы с Рейхом встретимся вновь?

***

       — Вот и конец первого дневника. Мне казалось, в нём было больше записей, — сказал Союз, закрывая дневник. Он посмотрел на Рейха, что сидел и улыбался. Что скрывать, ни лице СССР была такая же улыбка.        — А ведь как хорошо тогда было! Играли целый день, ржали как кони, всю деревню на уши ставили. Эх, прекрасное было время, — сказал Рейх, облокачиваясь на руку на столе. Союз кивнул в знак согласия.        — Согласен. Но и сейчас неплохо. Или тебя что-то не устраивает? — прищурившись, спросил Союз у Рейха. Последний сглотнул.        — Да не, всё устраивает.        — Вот и славненько, — сказал СССР, вставая изо стола. Рейх посмотрел на того в недоумении. Совок подошёл к урне и выкинул туда тетрадь. — Не думаю, что это ещё пригодится.        — Твои воспоминания, не мне решать, — сказал Рейх, пока Союз возвращался к столу. Сев рядом, Союз задумался по поводу второго дневника. Стыд от того, что он туда записывал оставался. Нет, он мог сказать, что не хочет его читать, но так он мог бы и найти ответы на вопросы, которые он стеснялся спросить. Трудный выбор. Перейди стыд, и прочитать его вслух, узнав ответы на интересующие его вопросы, или не читать, оставшись без ответов, но при этом почти с чистой совестью потом смотреть Рейху в глаза. — Союз? Заснул что ли?        — А? — Союз понял, что молчит уже слишком долго. — Нет, всё в порядке. Знаешь, если мы так засидимся, то никогда не закончим тот беспредел в кладовой. Предлагаю сперва убрать всё там, после чего уже прочитать вторую часть.        — И то верно, — согласился Рейх, вставая изо стола. Вслед за ним встал и Союз. — Пошли? — после чего они оба вернулись в тот хаос, который Союз называл своей кладовой.