Возвращение Скайуокера

План, что и говорить, был превосходный: простой и ясный, лучше не придумать. Недостаток у него был только один: было совершенно неизвестно, как привести его в исполнение. Алиса, «Алиса в стране чудес»

      Дверная панель отъехала в сторону, и девушки вошли в тёмное помещение. Бен сидел на полу, прикованный наручниками к стене и выглядел довольно мрачным и уставшим. Но стоило Рей скользнуть внутрь комнаты, как он сразу преобразился. Каждый раз, каждая встреча — это было непередаваемое чувство внутреннего восторга, ощущение целостности, спокойствия, умиротворения, баланса. Рей однозначно стала тем самым лучом свет, который светил его путь во тьме. — Здравствуй Бен. Прости, что так долго, я прибыла как только смогла. Как ты? — Рей опустилась на пол рядом с Беном и провела рукой по его лбу, поправив выбившуюся прядь волос. Бен Соло устало поднял голову и посмотрел ей в глаза. — О, ты как раз вовремя. — Он слегка улыбнулся краешком губ. — Времени в обрез и я надеюсь, что успею рассказать все, что нужно. — Рей покачала головой и нахмурила брови, пристально посмотрев ему в глаза. — А о чем именно? — Рей отчетливо словила себя на мысли, что он вовсе не имел в виду ничего романтического. Ничего из того, что она на самом деле мечтала услышать. — Это длинная история, тебе лучше присесть. — Рей многозначительно взглянула на Алану. Ее подруга продолжала стоять рядом и лишь сказала, что времени не так много, но 15 минут у них точно есть. — Тогда стоит начать незамедлительно, правда Бен? — Рей ощущала, что он мнется и как будто оттягивает момент. — Конечно, Рей. То, что ты услышишь сейчас изменит все, что ты знала до этого. Скорее всего картина привычного мира перевернется с ног на голову. Ты готова? — Рэй кивнула в ответ, а Бен начал свой рассказ, погрузившись в глубины памяти. — Моя мать была гениальным политиком, но при этом она унаследовала, как и ее брат, силу настоящего рыцаря-джедая. Она была способна предчувствовать будущее и интуиция её никогда не подводила. Она рассказала мне, что после битвы при Явине большинство приняло новую реальность, которая существовала без Палпатина. Но Лею не покидало предчувствие, что эта история вовсе не закончена, и недооценивать Палпатина — это роковая ошибка. Как ты понимаешь у моей семьи были личные счеты с Палпатином, именно он разрушил орден джедаев и вверг Галактику в хаос и тьму. Тогда были неспокойные времена, а неспокойные времена, как известно, требуют отчаянных мер. Мать посвятила меня в свой план не сразу, но, со временем, я стал одним из ключевых его участников.       Бен плотнее прижался спиной к стене и закрыл глаза. Перед ним пролетали картинки его прошлого, пока он не остановился на моменте, который хотел вспомнить досконально.       В светлом помещении стоял угловатый подросток, с конечностями, которые были непомерно длинными для его худенькой фигуры, а волосы цвета вороного крыла торчали в разные стороны, и молодой человек тщетно пытался их пригладить рукой. Он стоял рядом с рабочим столом, за которым сидела женщина с замысловатой прической, сплетенной из густых каштановых волос и длинном светлом платье в пол, скрывающем все ее тело. — Вы вызывали меня, Сенатор Органа. — Бен Соло, я тебе не Сенатор, я твоя мать. Пожалуйста, прекрати свои шутки и издевки. Этот разговор очень серьезный. Ты даже не представляешь насколько. — Лея грустно опустила взгляд на свои руки, лежащие на столе, а Бен сложил руки на груди и закатил глаза, состроив матери недовольную гримасу. — Ты еще так юн, неопытен, но я не могу ждать, пока ты повзрослеешь! Времени нет совсем. — Нет, это неправда, я достаточно взрослый. Я уже отлично умею управлять кораблем и дядя Люк сказал, что у меня потенциал великого джедая. — Речь не о потенциале. Пожалуйста, я хочу чтобы ты отнесся очень серьезно ко всему, что я сейчас скажу. Сделай милость, присядь и запоминай. — Лея жестом указала на кресло, которое стояло рядом с ее рабочим местом, Бен нехотя повиновался и сел на его край, подперев подбородок рукой. Лея сделала глубокий вдох и начала рассказ. — У меня есть веские причины подозревать, что наступит день, когда Палпатин вернётся. Он будет мстить, и способы, что мы применяли ранее для победы, больше не сработают. Я не знаю как, не знаю когда, но этот день однажды придет и Галактика содрогнется. Мое поколение может не увидеть этого, и тогда все придется расхлебывать вам, нашим детям. — Мама, почему думаешь, что он вернется, все говорят, что он сгинул во время взрыва на Звезде Смерти? — Да, сгинул. Но разведка донесла иное, и поверь эта операция на Джакку унесла столько дорогих мне жизней, что мне даже думать об этом больно, не то, что говорить. Мы выяснили, что Палпатин готовил себе пути отхода. Он успел заготовить достаточное количество клонов и вырастить их до нужного возраста. Причем судя по тем клонам, которых удалось уничтожить, провернул он это давным-давно. Каким-то немыслимым образом он все это продумал еще будучи канцлером. — Это не может быть правдой. Я в это не верю. — Бен покачал головой. — Да, похоже больше на страшную сказку на ночь, но к сожалению, это правда. Сомнений больше нет. — Значит все речи о победе — это ложь? Почему ты не выступила перед Галактическим Советом и не рассказала им? — Лея встала из-за стола и принялась ходить по кабинету взад-вперед. — Если бы все было так просто. Когда мы узнали, я была поражена намного больше, чем ты можешь себе представить. Я пошла по всем, кого знала, но они лишь смеялись в ответ и говорили опасения по поводу моего состояния. Что я слишком многих потеряла на войне и от того, начала выдумывать небылицы. Что мне стоило бы больше проводить времени в отпуске. — Лея остановилась у окна и молча смотрела на улицу на протяжении нескольких минут. Потом она повернулась, подошла ближе к сыну и продолжила. — Они были так слепы, упивались привилегиями мирного времени, коррупцией, балами и пиршествами. Я поняла, что никто не поверит, не поможет, не поддержит. Я осталась одна. На Джакку я потеряла близких друзей, но это была их идея, наш запасной план на случай возвращения Палпатина. И я хочу чтобы мой единственный сын стал его частью. Бен тяжело вздохнул. Он все еще видел перед собой встревоженное лицо матери. Ее печальные глаза и безысходность, которая заставила ее привлечь подростка на свою сторону. — Хан знал об этом всем? — спросила Рей. — Нет, никогда. Мать не ставила его в известность по той же самой причине, что и остальных, любые попытки что-то доказать он поднимал на смех. — Похоже на Хана. — Рей улыбнулась, вспомнив искрометное чувство юмора Хана, как жаль что им не довелось пообщаться больше. Жаль, что его больше нет. — Тогда и появился тот самый план. Я хочу чтобы ты слушала сейчас очень внимательно потому что это изменит свое представление о первом ордене. — Бен задумчиво посмотрел на Рей, желая заметить то, о чем она думает сейчас.       Рэй напряглась и вновь покачала головой, пока она не понимала к чему он ведёт. Что именно из информации собирается сообщить, однако она понимала и чувствовала всем своим естеством, что это важно для него, это было важно для Леи. — Хорошо я готова продолжай, пожалуйста, — Так вот, когда начала зарождаться Первый Орден, Лея с единомышленниками увидели в этом не только опасность, но и возможность, что в будущем единственным шансом на спасение Галактики будет уничтожения Палпатиновой системы изнутри. Играть по его правилам, применять его же методы против него самого, в тот день зародилась Теневая часть Сопротивления.       Рей округлила глаза и посмотрела сначала на Бена, потом на Алану. Несколько секунда и вспышки осознаний начали до нее доходить. — Теневое Сопротивление? — Да, внедриться в ряды организации, которая была создана по приказу Палпатина и взращивать союзников не только снаружи, но и изнутри. Мать верила, что это единственный шанс победить, потому что в открытую больше не выйдет. Да, ты не ослышалась именно такой был план, а главная опасность — человеческий фактор. — Стоп. Я не понимаю, а в чем именно заключается работа Теневого Сопротивления? — О, это самая интересная часть. По плану Леи, мы должны были внедряться в ряды Первого Ордена и ждать подходящего момента до тех пор, пока не представится возможность разрушить его изнутри. Играть по правилам Ордена, поступать по правилам Ордена, быть готовыми даже убивать для Ордена. Жертвы были бы в любом случае, и Лея понимала это, но пожертвовать одной планетой или галактикой, она выбирала первое. Так внедрился я, и так внедрялись многие другие. Фокус был в том, что никто достоверно не имеет данных о том, сколько было завербовано человек, и я до сих пор не имею ни малейшего понятия о каком количестве идёт речь. С одной стороны, это удручает, но с другой стороны, вселяет надежду в то, что моя мать успела завербовать достаточное количество новобранцев. И что они успели привлечь на нашу сторону других не раскрыв себя.       Рэй повернулась и многозначительно посмотрела на Алану, как бы мысленно задавая ей вопрос, а ты в курсе происходящего, что ты здесь сделаешь? — Да-да, меня тоже завербовала Лея. — Все это время, вы все знали о том, что принадлежите одной организации? — Нет. Ответил Бен. — И никто не знал. Таков был план. Нельзя было сообщать ни родным, ни друзьям, нельзя было ставить в известность никаких знакомых, всех вербовали в отдельности и брали клятву, что они не расскажут никому из ближнего окружения. Вербовать можно было лишь абсолютных незнакомцев, тех с кем они больше не пересекутся. По плану Леи, все это должно было превратиться в сеть, которая тонко бы оплела Первый Орден и всю его структуру, и в нужный момент, смогла бы сработать все равно что взрывчатка, разорвав систему изнутри. Лея понимала, в открытую и практически с голыми руками не получится одолеть нового врага и действовать нужно абсолютно иными способами. Предлагая планы совету галактики, она слышала лишь насмешки и беспокойство, что на почве войны она начала страдать от шизофрении и стала терять рассудок. Здравый смысл покинул галактический совет давным-давно.       Рей слушала открыв рот и мысли, как части большой мозаики составлялись в целостную картину. Все становилось четко и ясно. Все вставало на места. Воспоминания пролетали в ее голове одно за одним и изменяли, перепрашивали прошлое. — Но Хан, я не понимаю.       Бен тяжело вздохнул. — Как только Сноук начал интересоваться мной, мы с Леей поняли, это была возможность для меня войти в ряды Первого Ордена и исполнить свою часть. Мы обсудили все мои действия, план, и выход был лишь один, я должен был беспрекословно выполнять все, что потребуется и до самого финала играть мою роль. Делать абсолютно все… Мы понимали, что моё участие обойдется дорого, что меня будут проверять. Что меня будут тестировать на верность самыми жестокими способами. — Лея понимала, что в жертву могут принести ее мужа, ее саму? — Да, абсолютно. Но для моей матери спасти Галактику было важнее, чем спасти себя. Чего, а вот смерти она совсем не боялась. Но боялась влачить бесполезное существование посреди дворцов и пиршеств. Моя мать долгое время была от меня далеко и не знала, остался ли я верен плану. Она думала, что потеряла меня навсегда и поэтому и отправила отца вернусь меня. Боялась, все было обречено на неудачу. Так мой отец и стал заданием, которое я должен был выполнить, чтобы заслужить доверие Сноука. Я принёс клятву сделать все, что потребуется, чтобы сохранить секрет. Я должен был принести миссию через все, что я делаю. Это было сильнее моей любви к отцу, потому что от этого зависели жизни всей Галактики. Палпатин отнял у меня все самое дорогое. — А ты оставался верен плану? — Да, всегда. Все это время. — Поэтому ты не пошел со мной, тогда в тронном зале?       Бен поднял глаза и посмотрел на Рей, в этот момент время как будто остановилось и начало течь очень-очень медленно, он вновь вернулся тот самый момент в тронном зале, когда они сражались против Сноука и его гвардейцев, тогда он понял, что встреча с Рей была предначертана судьбой и она должна была случиться. — Да, было еще слишком рано. Палпатин еще не проявил себя на тот момент, а я понимал, что это шанс встать во главе всего. Поверь, это решение далось мне тяжелее всего.       Рей улыбнулась. Тогда она испытала ужасную боль, когда он не пошел с ней. Ведь в тот момент она абсолютно точно чувствовала, что он хочет вернуться. Ее чувства не обманули ее. Люк бы сказал, что стоит больше доверять своей интуиции.       В дверь раздался стук и офицер оповестил, что время закончено и необходимо покинуть камеру. Рей посмотрела на Бена, осталось еще столько вопросов, но он лишь кивнул и тихо сказал, — Алана введет тебя в курс дела, идите. Помни, нельзя раскрывать себя до самого финала. — Хорошо, — кивнула Рей и покинула камеру вслед за Аланой.       Девушки поспешно вышли в коридор и молча направились в сторону личных покоев персонала. — Я жду объяснений Алана, Бен не все рассказал, я не понимаю как это вообще можно реализовать. — Продолжим позже, я все объясню. А сейчас иди и не оглядывайся.