Storm

Все, как один, ощущают, что в помещении становится душно. И дело даже не в надвигающейся грозе, из-за которой небо кажется низким, тяжелым и мрачным, а воздух влажным и липким. Между Джунмёном и Чондэ летают искры. Джунмён не скрывает эмоций: жестикулирует, сыплет словами, многие из которых не стал бы произносить, будь у него хоть немного времени, чтобы оценить последствия. Он взвинчен и напряжен до предела, как фейерверк с подожженным фитилем. Чондэ уже слышит треск и готовится обжечься о разлетающиеся во все стороны искры. - Ну вот что ты молчишь? – Джунмён стоит очень близко, смотрит снизу вверх и явно чувствует себя некомфортно. Чондэ превращает в свое преимущество и подоконник, на котором сидит, и угрожающе-сизое небо, и сгущающуюся в воздухе тревогу. Чондэ любит грозу и любит Джунмёна, который сегодня во что бы то ни стало решил испытать предел прочности их отношений. - Ну-ка пойдем, - Чондэ внезапно соскальзывает с подоконника, цепляет Джунмёна за запястье и ведет за собой, не оставляя ему ни секунды, чтобы опомниться и оказать сопротивление. Остальные выдыхают слишком явно, чтобы это не осталось не замеченным. Джунмён с опозданием злится и не знает, как ему быть. Попытки вырваться из захвата маленького хрупкого Чондэ кажутся такими же нелепыми, как и предыдущее выяснение отношений при всех. Чондэ настроен решительно: он не выпускает руки Джунмёна до тех пор, пока не убеждается, что тот сидит на пассажирском сидении и точно никуда не денется за несколько секунд, что потребуются ему, чтобы занять водительское кресло. - Куда мы едем? – осторожно интересуется Джунмён, словно рискует быть выброшенным из машины на полном ходу за излишнее любопытство. - Подальше отсюда, - Чондэ не стремится к конкретике. Он и сам не знает точно, где найдет то, что ищет. Чондэ ведет расслабленно, успевает следить за дорогой и немного за Джунмёном, который не знает, куда ему деть руки. Мрачные тучи неотступно ползут за ними, догоняют, как бы Чондэ ни выжимал газ. Джунмён как будто пытается сдержать панику: он сидит неестественно прямо, только взгляд затравленно мечется между небольшими часами на приборной панели, боковым зеркалом и тонким профилем Чондэ. - Прости меня, - хрипло шепчет Джунмён, которому ощутимо сжимает горло от страха и необходимости делать первый шаг. - Уже, - Чондэ чуть-чуть улыбается, приподнимая уголки губ, и кладет ладонь Джунмёну на колено. – Ты же не боишься грозы? - Не уверен, - честно сознается Джунмён, когда Чондэ внезапно разворачивается через полосу и паркует машину на обочине. В обе стороны, на сколько хватает взгляда, только ровная и пустая дорога. Поля, засаженные какой-то низкой травой, – и Джунмён, и Чондэ плохо разбираются в ботанике – только у самого горизонта подступают к лесу. Джунмёну кажется, что более открытого места просто не найти. - Ты специально? - Конечно, - Чондэ отстегивает ремень безопасности, перегибается через Джунмёна и открывает бардачок, выкладывает содержимое Джунмёну на колени. Тот ошалело вертит в руках квадратики презервативов и не знает, как так спросить, чтобы цензурно и по существу. - Расслабься. Я просто разложил эти полезные мелочи везде, где мы когда-либо занимались или можем заняться любовью, - хитро щурится Чондэ, а Джунмён с отчетливостью припоминает, что что-то такое похожее на смазку видел сегодня на кухонном столе между солонкой и перечницей. - Упаси тебя бог когда-нибудь перепутать, - Джунмён содрогается, а Чондэ смеется так открыто, словно и не было этого напряжения, повышенного тона и нелепого повода. - Давай, вылезай, - Чондэ первым выбирается из машины, скрещивает руки на груди и ждет. Джунмён моментально придумывает способ убежать, но пересиливает себя, открывает дверь и чувствует, что снаружи стало заметно холоднее. Темно-серую толщу неба разрезает яркой вспышкой, и Джунмён вздрагивает, напряженно вслушивается и шевелит губами: считает секунды до звука. - Еще далеко, - Чондэ не пытается утешать, просто констатирует факт. - Иди ко мне. Джунмён приближается осторожно, словно перед ним не Чондэ, а незнакомый и смертельно опасный хищник с блестящими от предвкушения глазами. - Ты уверен, что это хорошая мысль? - спрашивает Джунмён, когда Чондэ подталкивает его и заставляет присесть на нагретый капот. Забирает из его рук презервативы и смазку, небрежно сует в задний карман своих джинсов. - Нет, - Чондэ ладонями разводит в стороны его колени, встает между широко расставленных ног и опирается руками в гладкую поверхность капота. Джунмён откидывается назад и тут же приподнимается на локтях. Его пугает наползающая из-за спины Чондэ туча, буквально пожирающая чуть более светлое небо. Промежутки между вспышками молний и громовыми раскатами все короче, и не надо быть гением, чтобы прийти к выводу, что гроза движется прямо к ним. Чондэ уверенно ведет ладонями по худым бокам Джунмёна, задирая на нем майку и открывая живот. Джунмён вздрагивает от холода и мстительно сминает в пальцах футболку Чондэ. Тот только улыбается, кусает Джунмёна за шею, не сильно заботясь о том, как тот потом будет скрывать заметные следы. Джунмён никак не может сосредоточиться на ощущениях, которые ему дарит Чондэ: он смотрит то на пугающее небо, то на пустую дорогу, дергается от каждого раската грома, а потом и вовсе жмурится, чтобы не видеть ярких, ослепительных вспышек. У Чондэ внутри наверняка есть какой-то сверхточный часовой механизм. Он раздевает Джунмёна, расстегивает и приспускает собственные джинсы, и даже успевает немного подготовить Джунмёна перед тем, как на них обрушивается стена дождя. Вода кажется ледяной, Джунмён трясется от холода и чувствует, как все тепло концентрируется в нескольких точках: под пальцами Чондэ на его бедрах и внизу живота. Чондэ двигается и словно не замечает происходящего. Ему не мешает струящаяся по лицу и затекающая под одежду вода, не отвлекают грохот и вспышки молнии: он видит только мечущегося под ним Джунмёна, его закушенную губу и крупные дождевые капли, скатывающиеся с висков. Джунмёну кажется, что мир вокруг него рушится. Между ослепляющим светом и оглушающими звуками едва умещается "раз-два-три". Джунмён всерьез собирается умирать, но у Чондэ на него совершенно другие планы. Он делает их позу еще откровеннее, заставляет Джунмёна бесстыдно раскрыться для него и двигается в совершенно сумасшедшем темпе. Безумие, наконец, настигает и Джунмёна. Он все еще видит и слышит, что происходит вокруг, но думает только о том, что умрет, если Чондэ остановится раньше, чем нужно. Или просто замедлится, ослабит напор. - Чон...Дэ... Чен, - Джунмёну плохо даются слова длиннее одного слога. В приоткрытые губы с неба струится вода, и Джунмён задыхается, буквально захлебывается ей, пока Чондэ не догадывается его поцеловать. Когда Джунмёна накрывает оргазмом, ему кажется, что они с Чондэ все-таки притянули к себе молнию. Свет, цвет, звуки сливаются в общее хаотичное месиво, раскручивают Джунмёна, словно сумасшедшая карусель, а потом выталкивают в свободный полет. И единственное, что хоть как-то связывает Джунмёна с реальностью, - по-прежнему теплые руки Чондэ на его бедрах. Дождь слабеет, и Джунмён отстраненно думает, что связался с ненормальным. Чондэ улыбается с таким заметным самодовольством, словно лично срежиссировал это буйство стихии. - И что это было? - наконец решается спросить Джунмён, у которого в голове никак не укладываются в один ряд их утренняя ссора и такое странное примирение, которое могло бы стоить им жизни, встань звезды в другую позу. - Не знаю. Я не думал об отдельном названии, - Чондэ пожимает плечами, присаживается на капот и запрокидывает голову, ловя губами дождевую воду. - Но я могу точно сказать, что ни c кем больше... - ... у меня такого не будет. Ты прав, - перебивает Джунмён, кладет голову Чондэ на плечо и улыбается, когда тот притягивает его ближе к себе. - Я всегда прав, - Чондэ не хвастается своим превосходством, он констатирует факт, в котором Джунмён сомневался до последнего. - Тебе лучше не пытаться это проверять. - А если мне понравился твой способ примирения? - Джунмён изворачивается, чтобы заглянуть Чондэ в лицо. - Твои проблемы, детка, - Чондэ шутливо щелкает Джунмёна по лбу. - Ладно, хочешь, я подскажу? - Чондэ проявляет несвойственное ему благородство, когда выражение лица Джунмёна становится совсем уж печальным. - Просто скажи мне: Чен, я хочу... - Чен...