Монстр внутри меня

      Я, конечно, сказала такую громкую фразу, но если подумать логически, что я могу сделать Саске, кроме как хорошенько втащить ему, чтобы отплатить за слова, сказанные в сторону брата и остальных? По сути, ничего другого. Однако врезать — уже что-то… Ладно… об этом можно подумать и позже. Злость и недовольство оставим на потом.        — Будь добр, — продолжила я, поставив руки на бока, — не забывай, что мы вчетвером — команда, а Какаши — наш сенсей. Иными словами: все мы — единое целое. Если тебе что-то не нравится или тебя что-то не устраивает… — я нахмурилась, слегка прищурившись. — То мне абсолютно плевать. Поэтому, будь добр, засунь своё недовольство в свой зад и начни уже нормально общаться, грёбанный отступник!        — Ты в последнее время только и делаешь, что оскорбляешь меня, — в голосе Учиханутого звучала лёгкая обида.        — Потому что ты меня выбесил!        — Да когда я успел?!        — Ещё в моменте твоего ухода! — я сжала руки в кулаки. — И только скажи, что ничего не помнишь, врежу прямо сейчас, эгоистичный и самовлюблённый придурок!       «Как же тебя задел тот поцелуй, после которого Саске ушёл, ничего не сказав и не объяснив…», — подал голос Дэсукира.       Чёрт возьми, ДА!!!        — Эм, Дэс… — это был Узумаки.       Я посмотрела на него с лёгкой злостью во взгляде.        — Э-э… думаю, сейчас не время обсуждать это…       А ведь он обо всём знает…       В чём прав, в том прав…       Я сделала глубокий вдох, медленно выдохнув, стараясь при этом не обращать особого внимания на уставившегося на меня Учиханутого.        — Возвращаясь к насущной проблеме… — от которой отдалилась я сама, ну-ну. — В настоящее время техника Мадары уже вступила в силу. Это чрезвычайно мощное гендзюцу… Каждый, кто остался снаружи, уже подвержен его влиянию.        — И, скорее всего, мы единственные, кто защищён от него, — заметил Учиха, вздохнув.       Я тебе вздохну так тяжело, придурок…       «Какие импульсивные и энергичные отношения!», — посмеялся биджу.       Замолчи!        — «Вечное Цукуёми»… — проговорил брат.        — То есть, — уточнил Узумаки, — сейчас все…        — В мире грёз, — ответил обладатель риннегана.       — Не факт, что только мы в безопасности, — возразила я. — В плане, все живые, конечно, спят и видят прекрасные грёзы, ни о чём не подозревая. Но вот воскрешённые Хокаге, вполне вероятно, ещё ходят по этой земле в полном одиночестве…        — Что за лирический писатель в тебе проснулся?.. — Харуно слегка наклонила голову набок, уставившись на меня во все глаза.        — Самой бы знать… — профырчала я, пожав плечами. — Не столь важно. Мысль моя ясна. Правда, не уверена, что кто-нибудь из Хокаге нам поможет. Ещё бы знать, куда делся Минато… и в какой момент он вообще пропал?        — Пока вы сражались с Мадарой, — ответил Какаши, — он защищал нас с Сакурой, и во время одной из атак его отбросило куда-то в сторону…       По всей видимости, далековато, раз я не могу его почувствовать. Чёрт… помимо того, что в голове теперь на треть пусто, Минато и рядом нет. Придётся как-то тебе одному справляться, Дэсукира, в поддержании моего морального состояния.       «Пора бы самой научиться контролировать свои эмоции», — усмехнулся биджу.       Не думаю, что ты хочешь огромную мысленную тираду, направленную в твою сторону. Да и я этого особо не хочу, времени не так уж и много, чтобы думать о том, о чём не следует в данный момент.       «Тише, тише. Я же пошутил, — он хмыкнул. Уверен, ещё и головой недовольно покачал. — Я рядом, Дэс. Об остальном не беспокойся».       Легко сказать… но спасибо. Мне это и нужно.        — Понятно, — я кивнула, приложив ладонь ко лбу и тяжело вздохнув. — Что ж… и того мы имеем: «Вечное Цукуёми», отсутствие сил объединённой армии шиноби, неизвестно где шатающихся Хокаге, вновь выросшее древо и Мадара с Чёрным Зецу. И против всего — мы пятеро. Точнее, четверо и половинка. Уж извини, Какаши…        — Да что уж… — он грустно посмеялся. — Я ведь сам сказал, что сейчас ни на что не годен.        — Луше отдыхай. Мы со всем справимся сами.        — Дэс права! — Узумаки приобнял меня за шею. — Можете не беспокоиться ни о чём, Какаши-сенсей. Мы одолеем Мадару и вернём всех в прежний вид!        — Ещё бы знать, как его победить, — заметила Харуно.        — Используем всё, что у нас есть в арсенале, — предложил мой блондинистый друг.       Что-то у меня плохое предчувствие насчёт следующей битвы… Как будто нас продолжают водить за нос, а мы этого в упор не видим. Чёрт… и меня всё ещё не покидает чувство непонимания, как мы победили и остались в живых. Честное слово, я сейчас не вижу никаких выходов. Только если действительно палить по Мадаре всем, что у нас есть. Осторожно и обдуманно, конечно… А ещё бы хорошо вытащить всех хвостатых, так было бы куда проще. Как же бесит…        — У тебя до невозможности недовольное выражение лица, — сказал Учиханутый, смотря при этом прямо на меня.        — Шестое чувство подсказывает, что мы в полной жопе, — я пожала плечами.        — Мы уже давно в ней, нет? — уточнила Харуно.        — Сейчас — куда глубже. Но это не столь важно, — я покачала головой. — В любом случае, ситуация не из самых приятных. Учитывая, что мы не можем выбраться из Сусаноо и вступить в бой.        — Как я понял, гендзюцу распространяется при помощи лунного света, — пояснил Учиха. — И этот свет временами ослабевает… но пока он яркий, мы не можем выйти.        — Ну да-а… логично, что всё зависит от лунного света… с луной всё было связано с самого начала, — с моих уст слетел тяжёлый вздох. — Интересно… сколько нам придётся ждать? — я подняла взгляд к небу, через Сусаноо наблюдая за сияющей своей красотой луной.       По сути, вся история началась с Ооцуцуки Кагуи. С того самого момента, как она решила вкусить плод с Божественного древа… а потом и вовсе соединиться с ним, чтобы стать Одиннадцатихвостым… Может ли быть так, что всё повторится вновь? В плане… что Кагуя вернётся, и нам придётся сражаться против неё, помимо Мадары? Ведь вероятность есть… но вот… насколько она высока?        — Дэс, — до моего плеча дотронулся Учиха, — пора.       Ах… я и не заметила, как свет луны погас. Что ж…        — Да, — я кивнула. — Давай.       Учиханутый убрал Сусаноо, тем самым выпуская нас на свободу и давая возможность вступить в бой.        — Саске, — я посмотрела на него краем глаза, — какова вероятность, что мы сможем пробудить всех от гендзюцу с помощью твоего реннигана?        — Думаю, большая. Скорее всего, техника, созданная риннеганом, может быть развеяна только им.        — Вполне логично.        — Значит, нам понадобится твой левый глаз, Саске, — сказал Какаши, и…       Его перебил Чёрный Зецу.        — Я вам этого не позволю… Осталось только избавиться от вас.       Что неудивительно. Мог бы придумать что-нибудь более оригинальное.        — И я, как спаситель мира, позабочусь об этом! — выкрикнул гордо Учиха-древний, оказавшись прямо перед нами.       Ну да, кто бы сомневался, что он окажется здесь, чтобы остановить нас. «Спаситель мира»… отвратительно.       — Мадара! — выкрикнул зло Узумаки, готовый к бою.        — Этот глаз на лбу… — шёпот Харуно развеялся по всей местности.       Либо я слишком отчётливо услышала её слова. Что тоже, в принципе, возможно. Но в чём она права, так это действительное появление Ринне Шарингана на лбу Мадары. Древнейшее доудзюцу, а также предок Шарингана и Риннеганаю. Замечательно. Чем дальше, чем всё запутаннее и «интереснее».        — Будьте осторожны, — сказал Учиха-младший, — со всех сторон мы окружены его четырьмя тенями.        — Знаю! — цыкнул Узумаки.       Ещё и его тени…       Что-то на меня навалилась усталость от всего происходящего, даже как-то спать захотелось. Повлияла ли на меня так луна или в этом виноваты мои мысли о прошлом и Ооцуцуки Кагуи? Это не столь важно сейчас. Надо бы приходить в себя, иначе оплошаю и только усугублю ситуацию.        — Теперь вы бессильны, — уверенно произнёс Учиха-древний, поднимаясь на ноги. — Я оборвал связь между этим миром и судьбой. Освободил людей от страха… боли… пустоты.        — Но это всего лишь громадная ложь! — зло выкрикнул Узумаки.       Чего точно сделать не стоит — так это злить Наруто. Точнее, доводить его до такого уровня злости, что даже вечно сияющая улыбка на его лица перестаёт не то, что сиять… она исчезает вовсе. А это значит… всем хана, даже если это «хана» наступает и не сразу.        — Наруто… кто ты такой, чтобы вмешиваться в личное счастье каждого? — в риннегане Учихи-древнего так и горит недовольство.        — Ты сейчас пытаешься затирать про вмешательство в личное счастье каждого, — подала голос я, — но при этом самолично и прервал счастье каждого из людей, живущих в этом мире. Люди сами должны строить своё счастье, натыкаясь на препятствия, спотыкаясь и выходя из безвыходной ситуации самостоятельно. Ты не Бог, Мадара, а твои действия — далеко не божья милость.        — Незрелый Мост Между Мирами… — прошептал мужчина моё звание. — Сколько за этот день тобой было сказано громких слов? И сколько из них ты смогла воплотить в жизнь? Будучи Мостом, ты должна была поддерживать равновесие и мир во всех мирах, однако… ты не смогла ничего. Так имеешь ли ты тогда право что-либо говорить?       Бьёт по больному, гад…        — Всё закончится здесь… — продолжал новый Мудрец Шести Путей. — Я превратил этот ад в рай. Поймите… это конец.       То, что произошло дальше, воплотило в жизнь мои недавние опасения. Стоило ли это предугадать с самого начала? Думаю, да. Однако… я всё-таки хотела до последнего верить, что именно Мадара будет нашим главным и заключительным врагом. Что ж… лёгкого пути нам не видать.        — Ошибаешься, Мадара… — с усмешкой проговорил Чёрный Зецу, делая дыру в теле мужчины с помощью руки, как раз-таки в том месте, где должно находиться сердце. — Ты не спаситель, а это — не конец. Как ты можешь с такой уверенностью заявлять, что отличаешься от Обито? Что понимаешь суть вещей? Для тебя так абсурдно допустить, что ошибаешься только ты?       Не гори во мне страх перед дальнейшими событиями, я бы ещё ляпнула что-то наподобие: «Ну, хоть кто-то догадался ему об этом сказать», — при этом подумав, что и сама могла высказать это «фе» в сторону Мадары. Жаль только, не додумалась раньше. Да и… шестое чувство подсказывает, что оно уже ни к чему. А раз оно ни к чему уже сейчас, значит, и до этого не было необходимости говорить подобные слова. Всё-таки… корень зла был куда глубже, чем мы себе представляли.        — О чём ты, Чёрный Зецу?.. Ведь это я тебя создал! В тебе живёт моя воля!        — Опять ошибаешься… — в какой-то степени, взгляд Чёрного немного пугал. — Во мне живёт воля… Кагуи…       Ну вот, мои самые ужасные опасения оправдались.       Я тяжело вздохнула, покачав головой.       Сейчас начнётся самый настоящий ад для нас пятерых…        — Вот только её нам и не хватало… — вкинула я, нахмурившись.        — Кого? — уточнила Харуно. — Кагуи? Кто такая Кагуя?        — О ней говорил Мудрец Шести Пути, — пояснил Учиха-младший, при этом смотря на Узумаки. Видимо, это пояснение обозначалось именно ему.       А тем временем… Мадара издал оглушительный крик, а его тело начало покрываться странными чёрными полосами.        — Чего это с ним?! — вдруг выкрикнул Наруто. — Его чакра невероятна!        — Окружающие нас тени Мадары внезапно исчезли! — выпалил самый младший представитель клана Учих. — Сейчас что-то должно произойти!        — Дэс? — брат посмотрел на меня, желая найти во мне ответ.        — Что я могу вам сказать?.. Держитесь!!!       После собственного крика я выставила над всеми купол, тем самым не давая выливающейся из-под земли чакре достать нас, а все разрушения, что понёс за собой этот выплеск, обошёл нас стороной.        — Нам нужно остановить его до того, как…        — Нет, — перебила я Узумаки. — Никто не выйдет из-под купола. Нам сейчас его всё равно не остановить, потому что… Мадара исчезает, а заместо него появляется Кагуя. Это если объяснять максимально просто и грубо. Я права?! — при этом мой взгляд был направлен на Чёрного Зецу.        — Ещё как! — он усмехнулся, злобно хихикнув. — Но вы можете не беспокоиться… У меня нет намерения кого-либо убивать. Кагуя собирается держать их всех под действием «Вечного Цукуёми» и оставить в живых… для того, чтобы из них можно было создать солдат.        — Создать?.. — уточнил Учиха-младший. — О чём ты?!        — Белые Зецу, — пояснила я.        — В чём был Мадара ещё не прав, так это в твоём уме, Мост Между Мирами, — хмыкнул Чёрный. — Ты права. Понимаете ли, обыкновенных людей нельзя использовать в битве. Поэтому я превращу их всех в Белых Зецу, — на его лице (а точнее, на лице Обито, учитывая, что именно его телом владел в данный момент этот гад) появилась злобная улыбка. К слову, он начал покидать тело Учихи, что не предвещало ничего хорошего. — Как только «Вечное Цукуёми» вступает в силу, от людей остаются лишь оболочки… Они-то и будут Белыми Зецу. Всё, что надо, это расслабиться и подождать, пока трансформация не завершится.       Чакры, исходящей из-под земли, стало ещё больше. Сдерживать этот купол невыносимо тяжело… но иного выхода у меня нет. Надо продержаться… как минимум, до момента, когда появится Кагуя.       Тело Обито было освобождено, Чёрный Зецу же начал медленно подниматься вверх и менять свою форму. Признаться, это не сильно меня волновало. Необходимо быстро придумать, как забрать друга брата…       Я перенесла удержание купола в левую руку, ощущая, как та начала гореть, словно под неистовым пламенем. Правую же руку выставила вперёд, устремив свой взгляд на Учиху Обито, и начала шептать технику.       Ещё чуть-чуть… ещё совсем немного…       Дотянуться до Обито у меня получилось. Свет чакры Моста Между Мирами обхватило тело парня. Осталось лишь потянуть на себя и вкинуть его под купол. Чёрт… как же… тяжело…        — Я помогу! — выкрикнул Узумаки, тут же оказавшись рядом.        — Не списывайте меня со счетов! — недовольно фыркнул Учиха-младший.       Схватившись руками, на ладонях которых были высечены солнце и луна, парни потянули свет моей чакры на себя, тем самым заталкивая тело Обито к нам под купол. Несколько мгновений, и я смогла вернуть контроль над куполом в две руки.        — Спасибо… — прошептала я, посмотрев на друзей с лёгкой улыбкой на устах.        — Почти закончилось! — выкрикнула Харуно, смотря на изменяющегося Чёрного Зецу.       Если быть более точным, то от него уже не осталось ничего. Перед нами появилась фигура высокой женщины с длинными волосами и тремя глазами, в точности, как у Мадары несколько минут назад. И тот глаз, что «сиял» во лбу, открылся первым, показывая всем Ринне Шаринган.       Мгновение — и перед нами появилась самая настоящая, во всей своей красе, Ооцуцуки Кагуя. Я резко сняла купол, поскольку разрушения в округе прекратились. Мой взгляд был направлен на женщину невообразимой красоты. Она же, в свою очередь, посмотрела сначала на Узумаки, затем — на Учиханутого. Скорее всего, пыталась понять, как они связаны с Мудрецом Шести Путей. И только после всего этого… её взгляд устремился на меня.        — Ты… — чисто белые глаза, без зрачков и радужки, раскрылись от удивления. Или же злости?.. — Ты — не Аделия.