Сладкая месть

Не может быть. Это действительно реальность? Чимин поджимает губы, не в силах поверить в то, что видит перед собой. Рослый парень в гавайской рубашке обжимает за талию какую-то неродивую красотку, которая даже не стесняется нагло целовать его. Его. Чон Чонгука. У Пака в глазах давно застоялись слёзы. Ещё с прошлой недели он замечал чужой запах женских духов от Чонгука, следы губной помады на белом воротнике его рубашки, но, как порядочный омега, своему альфе не противоречил. Печально, что Чимин заметил слишком поздно, что о него буквально вытирают ноги. Он даёт своему любимому человеку пользоваться им, но в конечном итоге страдает в одиночестве, потому что Чонгуку плевать. Плевать на него. Плевать на его принципы и на его любовь. С этим надо что-то делать. Чимин достаёт кружевной платок, резко разворачивается от сладкой парочки на каблуках и выходит из маленького кафе, утирая набежавшие слёзы. Да почему? Почему он всё время страдает один?! Несправедливо, чёрт бы побрал этот несносный мир, это грёбанное общество, не ценящее друг друга. Однако не все люди такие лицемеры. Чимин знает одного хорошего человека, который живёт буквально через дорогу от кафе, поэтому торопливыми шагами направляется к нему, чтобы излить душу. Ведь знает, что тот выслушает всё до конца, не перебивая, будет держать его за руки и целовать их до тех пор, пока Чимин не обретёт полное спокойствие. Попадая в подъезд с помощью случайно вошедшего человека, Пак успешно проскальзывает в лифт и оказывается на шестом этаже, уже достигая знакомой квартиры. Но не успевает он и руки занести, чтобы постучать, как дверь тут же раскрывается, что заставляет Чимина отпрыгнуть на шаг назад и удивлённо уставиться вперёд. Тэхён запирает квартиру, оборачивается с серьёзным видом и застывает, переставая перебрасывать ключи из пальцев к пальцам. Чимин мягко улыбается. — О, привет. Ты куда-то собрался? Я помешал? Выражение лица Кима тут же приобрело светлые оттенки и лёгкую улыбку, стоило ему только завидеть друга перед собой. — Ах, привет… Нет, не помешал. Я как раз к тебе направлялся, — он прячет ключи в карман и поправляет манжет. — Ты хотел со мной о чём-то поговорить, булочка? Пак дуется, ибо не любит, когда его обзывают миленькими прозвищами. Ким это знает, но ему по приколу видеть эти пухлые надутые губы и сложенные крест-накрест короткие руки на груди. Слишком мило. — Да, я хотел бы… — Чимин вздыхает и отводит взгляд, снова наполняющийся слезами. — Я просто… Просто… — Эу-эу, — Тэхён поспешно обхватывает ладонями щёки парня и дует на его нос сложенными в бантик губками. — Малы-ыш, что такое? Чимин накрывает ладонями лицо, не в силах сдержаться от горестных всхлипов. Ему слишком стыдно перед другом. Слишком. Но травма душевная сильнее стыда… Ким умалкивает и прижимает к себе Чимина, кладя подбородок на его макушку и поглаживая по спине. — Давай зайдём ко мне в дом и всё обсудим, хорошо, кроха? Ответа не следует, поэтому Тэхён сам берёт Пака за руку и ведёт в свою квартиру, запирая дверь уже изнутри. Чимин без сил опускается на пуфик, вздрагивая от каждого шороха. Над его ухом тут же раздаётся тихое «тш-тш-тш», произнесённое одними губами, и альфа опускается на колено перед парнем, кладя ладонь на его руку. — Давай поговорим, хочешь? Пак кивает, шмыгая носом, и Ким принимает решение продолжить: — Почему ты плачешь? Кто тебя так сильно обидел, Чимин-а? — Чонгук… — нерешительно произносит омега. — Он изменяет мне на моих глазах… Уже давно… Ответ друга несколько шокировал Тэхёна, от чего он крайне серьёзно задумался, потерев пальцем свой подбородок. — Я, конечно, знал, что Чонгук тот ещё бездарь и слюнтяй… Но чтобы настолько, — он поднял голову и аккуратно утёр слезу с красной щеки Чимина. — Чтобы так задеть своего любимого человека… Не прощу. Его лицо изменилось в мгновение, когда он произнёс последние два слова. Чимина это слегка встревожило, но по своей мягкой натуре он не стал прерывать Тэхёна, на всякий случай взяв его за руку. — Чимин-а, зачем он тебе нужен? Зачем тебе нужен человек, который не ценит тебя? — Ким сел на оба колена и сжал ладонь Пака в своих, смотря ему в глаза: — Говорю тебе: уходи от него. Послушай меня. Даже если подождёшь — всё равно никогда не добьёшься его внимания. Слышишь? Никогда! Чимин испуганно поджал губы и всхлипнул так горестно, что сердце Тэхёна начало медленно таять. Чёрт, лучше бы он оставил такие резкие речи на личный разговор с Чонгуком, ведь тут совсем по-другому надо вести. — Чимин-а… Мне очень жаль за произошедшее, — после небольшой паузы парень смахнул серую чёлку, обнажив блестящие томные глаза. — Серьёзно, ты достоин намного большего, чем этот Чонгук. Постарайся выбросить его из головы хотя бы ради меня. Пак проглатывает остатки слёз и кивает несколько раз, как болванчик, чувствуя себя совершенно потерянным в этом мире. Однако после он заметил, что Ким нервно прикусывает нижнюю губу и постоянно мнёт край своего пальто, бегая глазами по полу. Чимин кладёт ладонь на его подбородок и приподнимает лицо на себя, спрашивая печальным тоном: — С тобой всё в порядке? Ким сводит брови домиком и разводит уголки губ в искренней квадратной улыбке: — Я просто хочу сказать тебе кое-что уже очень давно, да вот не знаю, подходящее ли время… — Ну-у, теперь ты меня заинтриговал. Говори уж, — Чимин убрал руку, но в глаза смотреть не перестал. А Тэхёну локти кусать хочется только от одной мысли, что перед ним сидит принц далёких стран, пусть и с зарёванным видом. — Что ж, Чимин-а… Ты всегда был для меня слишком близким человеком, — кладёт ладонь на чужую и сплетает пальцы, чем вызывает чужой удивлённый вздох. — Настолько близким, что я неосознанно влюбился в тебя. Я знал, что ты питаешь любовь только к Чону, но, чёрт возьми… Твои щёки, твои ресницы, твои глаза. Мне нравится в тебе абсолютно всё, даже минусы твои я люблю. Чимин окаменел. После слов «влюбился в тебя» по нему пробежал целый табун холодных мурашек, и он на секунду отключился, словно пребывая в какой-то другой вселенной. Но ему пришлось быстро вернуться на землю, чтобы понять, что это всё не сон. — Я каждый раз, когда прохожу мимо твоего офиса, машу тебе. Ты не замечал? — с улыбкой продолжает Тэхён и поглаживает большим пальцем чужую ладонь, замечая, что тот нервничает. — Я пытался оказывать тебе знаки внимания, чтобы ты понял, что я хотел бы от нашей дружбы чего-то большего… Ты преданный, чувствительный и очень-очень красивый, как тебя можно вообще не любить? Тут его голос понизился до траурного, а взгляд ушёл куда-то в сторону: — Не знаю даже, как такой идеальный ангел нашёл что-то в таком человеке, как Чонгук… Пак облизывает обсушенные губы и крепче хватает ладонь Тэхёна, резко склоняясь к нему: — Тэ, ты мне тоже симпатичен. Очень сильно. И… В эту секунду у Кима всё взорвалось внутри. Не дослушав Чимина, он впился в его губы нежным, но слегка дерзковатым поцелуем, норовя показать всю свою любовь через него. Омега не сдержал застоявшиеся слёзы, которые тут же потекли солёными дорожками по его щекам, закрывая глаза и притягивая парня к себе поближе за макушку. Выжидая момента, Тэхён ловко подхватил Чимина на руки, как принцессу, и наткнулся на стену боком, не намереваясь даже на секунду прервать этот волнующий оба сердца миг. Чимин взъерошивает чужие серебристые волосы, целуя с нарощенным темпом, пока Тэхён всё же добирается до спальни и бросает его на мягкую постель, снимая с себя надоедливое пальто. — Если Чонгук позволяет себе изменять тебе, то это не значит, что ты должен ограничивать себя в этом, — Ким размял шею и залез на ложе, уминая под себя Пака. — Но если ты запретишь, то я прекращу. — Нет… — Чимин сам хватает двумя руками того за шею и притягивает к себе для нового скользкого поцелуя. Тэхён чувствует под собой чужие обветренные губы, которые оказались такими же сладкими, как и в его мечтах, и невольно начал рычать, испытывая животный инстинкт недостатка горячего секса в организме. Чимин мысленно понимает, что сейчас буквально изменяет своему альфе, но, когда Тэхён вцепился острыми зубами в его шею для рисования новых засосов, мозг тут же отключился. — Я сотру все его метки, которые он посмел оставить на твоём красивом теле, — хищно оскаливается альфа и сдирает с худого тела Чимина невзрачную накидку. — Я буду обеспечивать тебя вниманием так, как он этого не делал. Я подарю тебе всю свою любовь… Он говорит так желанно и трепетно, словно всю жизнь к этому стремился, а Пак чувствует себя по-настоящему счастливым за последние несколько месяцев. Отдаться в постели бывшему лучшему другу — что может быть безумней? На пробегавшего мимо домашнего котика с кровати сваливается пара джинс и куртка Чимина. Тэхён хватается зубами за край персиковой кофты и задирает её вверх, оголяя твёрдые соски старшего. Пак прикусывает губу и от накала страстей раздвигает ноги пошире, что Тэхён находит уместным и располагается между ними. — Подожди секунду, — альфа нехотя отлучается от эстетичного вида под собой, только чтобы достать лубрикант и выдавить вязкую жидкость себе на ладонь. — Кроха? Ты не против? — Скорей… — умоляюще стонет Чимин, лаская самого себя за соски в нехватке приятных ощущений. Тэхён слушается и не тормозит, аккуратно раздвигая горячие стенки нутра Чимина пальцами, чем вызывает громкий стон у последнего. Ким неторопливо водит пальцами и целует изворотливого под ним омегу, оставляя между губами нитку слюны. — Господи, ты ещё краше, чем в моих мокрых снах… Пак сжал влажные губы и зажмурился, когда почувствовал, как его детородный орган буквально колом встал. Однако Тэхёна это ни разу не смутило: напротив он коснулся его пальцами свободной руки и начал поглаживать вверх-вниз. — Боже… Ким Тэ! — Чимин сдавленно глотает слюни, застоявшиеся у него в горле от предстоящего оргазма, и потихоньку насаживается на чужие пальцы, пытаясь расслабиться. — Будь терпеливей, Пак Чимин, — властным голосом процедил Тэхён и двинул пальцами так резко, что тот прогнулся в спине, поддаваясь аппетитными бёдрами вперёд. Убрав ладонь с паха, Ким медленно вытащил пальцы и провёл ими по груди старшего, оставляя на ней немного смазки, после чего вытер их салфеткой и раскрыл зубами упаковку от презерватива. — Не хочу, чтобы ты залетел на первый же день наших отношений, — пояснил он с ухмылкой и натянул резинку на свой орган, спустив штаны до колен. Чимин следил за всем этим с томно прикрытыми глазами и часто вздымающейся грудью, что не могло не зацепить внимание альфы. — Ты волнуешься? — Нет… Мне очень хорошо… — пробормотал Пак и облизнулся, получая кивок и ещё один жаркий поцелуй в губы, который на этот раз длился в течение более трёх минут. Ким встал на четвереньки, опираясь по обе стороны от чужой головы руками, и мягко вошёл наполовину в разгорячённое тело под собой, которое тут же начало содрогаться в непривычке. Но Тэхён насильно не выпускал Чимина из своих оков, всё норовя глубже просунуть язык в его рот, чтобы он мог забыться в чувствах и не обращать внимание на болезнетворные судороги. Чимин весь покрылся испариной, когда почувствовал первые толчки. Поддаваясь к изголовью кровати, он мычал каждые две секунды в губы настойчивого Кима, но не просил прекращать: чертовски приятно, хоть и дерёт больно. Да и неделю потом, наверное, не сможет сидеть на заднице спокойно. Да похер, особенно на будущее. Тэхён забрасывает длинные ноги Чимина себе на бёдра и начинает плавно ускорять темп, насыщая чужое нутро тягучей жидкостью. Ох, такого жаркого секса у него не было уже лет сто. Пребывая в состоянии эйфории, Чимин доверчиво высунул шершавый язык изо рта, за что получил лёгкий укус по его кончику. Жмурясь, он простонал звонче, на этот раз не затыкаясь Кимом. Второй выпрямился в спине, мокро облизываясь с довольным видом, и вскоре окончил «терапию», бухаясь рядом без сил. Пак накрывает ладонями краснеющее лицо и тихонько постанывает от незаполненности внутри, пытаясь тем не менее привести дыхание в порядок. Тэхён обратил на себя внимание лёгким укусом за сосок и повернул к себе лицо Чимина, вытирая пот с его лба салфеткой: — Фух… Ты как? — Это… Это офигенно, — единственное, что смог выпалить старший, отдыхиваясь и поджимая к себе ноги. — Давно меня никто так не ублажал… — Ха-ха, обращайся, — шутканул Тэхён и набросил одеяло на Пака, с усталой улыбкой оглядывая его. — Знаешь, а ты... Несмотря ни на что всё такой же ангелочек… — Перестань, какой я ангелочек? — смеётся Чимин и хлопает того по руке, накрываясь одеялом по шею. — Не нравится? Может тогда персик? — Не-ет, я ведь не девочка. — Малыш? Принцесса? Минни-Мани? — Аха-ха-а-ха, Тэ-э-э!

***

— Чим! Подойди сюда на секунду, — Чонгук свистит двумя пальцами, подзывая к себе своего омегу, мирно обедающего за столом. Но не успевает второй и голоса подать, как на его хрупкие плечи опускаются крупные ладони и серьёзный бас раздаётся над его светлой макушкой: — Он к тебе больше не подойдёт. Никогда. Чонгук опешил, пытаясь возразить, но Тэхён схватил Чимина за руку вместе с его сендвичем и, развернувшись к первому спиной, демонстративно показал средний палец. Пак оглянулся на шокированного Чона, но промолчал, загадочно улыбаясь ему. Отомстил.

***

— Тэ, я давно хотел сказать тебе… Я беременный.