КофешопАУ

"О, Лютик, ты совсем сошел с ума, кровь отлила от твоей головы слишком стремительно и направилась абсолютно не в те места, которые способствуют логичному строю мысли. Ну как ты мог согласиться на то, чтобы этот незнакомец... Безжалостно сексуальный, в безбожно облегающих кожаных штанах, и с таким крепким прессом, и широкой спиной... НЕЗНАКОМЕЦ увез тебя в какую-то глушь! Господи, он говорил про ножи и топоры - тебя расчленят..." - Лютик мотал головой из стороны в сторону, пытаясь разогнать панические настроения, и теснее прижимался к Геральтовой спине. Она была теплой, несмотря ветер и плотную куртку, пахла кожей и кедром — вкусный запах, к которому хочется привыкнуть. - Ты не заснул там? - Обещаешь, что поцелуешь меня перед тем, как соберешься расчленять? - Ты совсем дурак? Геральт снял шлем и Лютик снова не сдержал влюбленного вздоха. За который дал себе пощечину и вскрикнул, ушибив руку - про то, что ему байкер тоже заботливо выделил шлем, он забыл. И Геральт рассмеялся, и руку протянул так открыто, доверительно, мол: "Пойдем, дурачок, я защищу тебя от тебя самого". "Боже, пусть убивает", - подумал Лютик и вложил свою руку в протянутую ладонь. А вокруг было поле, травы казались серебристым морем в свете звезд и луны, живым и плещущимся от порывов ветра, дом неподалеку напоминал маяк и какой-то трактор никак не вписывался в живописную картину, нарисованную воображением Лютика. - Красиво... - Деревня. - Ты такой прозаичный! - Уравновешиваю, - Геральт приподнял бровь. Ему нравилось дразнить парня, смущать его, это было приятно. А уронить его вместе с собой в сено - просто восхитительно. - Это самое странное свидание в моей жизни, - улыбался Лютик, нависая над Геральтом, чувствительно потираясь о его бедра - поза способствовала. - Мне нравится. *** Никогда еще Лютик не исторгал настолько громкий и отчаянный вопль. Все было прекрасно: тело приятно саднило после ночи любви, сено, которое в приключенческих романах часто фигурировало как удобное и мягкое ложе, конечно, не соответствовало описанию, но искололо парню всего один бочок, потому как всем остальным телом он лежал на Геральте. Потрясающем, нежном, горячем... И вот, когда Лютик балансировал на грани сна и яви, что еще краше, что-то огромное шумно втянуло воздух над его головой и обслюнявило волосы. - ААААААААААААА! Даже окончательно не проснувшись, Геральт героически прижал любовника к себе и, схватив попавшиеся под руку вилы, вскочил на ноги. Надо сказать, лошадь осталась не впечатлена. - Ты чо орешь? - Что-то пыталось съесть мои волосы! - Плотва. - Что "Плотва"? - Это Плотва. Жеребец, о котором я тебе говорил, - вилы за ненадобностью были отставлены, а Лютик, стоявший на цыпочках, опущен на землю. - Ну и горазд же ты орать - всю округу перебудил, как пить дать. Обычно собранные в небольшой хвост на затылке волосы байкера сейчас свободно спадали на лицо и плечи. Мелкие соломинки торчали во все стороны и Лютик потянулся к одной из них, но передумал и притянул к себе скуластое лицо. Щетина ощущалась острее, а поцелуй естественнее первого, второго и десятка последовавших за ними в эту ночь. Лютику казалось он сможет любоваться Геральтом вечно и желание начало разгораться вновь, стоило только подумать о мозолистых пальцах, действовавших так аккуратно и нежно, о гулких ударах сердца, что Лютик чувствовал своей грудью, а потом и спиной, когда тяжелое тело толчками подавалось все глу... - Кто бы вы ни были, полицию я вызывать не собираюсь - сам вашу судьбу порешаю! И неизвестно, что лучше, - грянуло в улицы и Лютик едва подавил желание прикрыться, хотя был вполне себе одет. Как бы расхристанная одежда и раскрасневшееся лицо ни выдавали в нем человека, до рассвета трахавшегося на чужом сеновале, умирать за это все равно не хотелось, а голос снаружи был настроен крайне враждебно. - Геральт, что нам делать?! - А что делать? Это батя мой - чай пить пойдем. - Твой отец?! Ты не мог как-то раньше предупредить, что собираешься меня с родителями знакомить, - зашипел Лютик, но волноваться по сути было поздно. - Сколько раз говорил, в дом баб не водить! - Так мы и не дома, бать, - улыбнулся Геральт, смотря на очертания родной фигуры на фоне ослепительного утреннего солнца. - Как вижу, и на тему "баб" тоже есть что оспорить... Ладно, в ногах правды нет - пошли чай пить. Только разврат свой весь уберите и лошадь накормите.