Порно—е молоко

      ты - опасная территория для всякого мужчины. Жить с такой женщиной как ты, значит иметь за пазухой заряженный револьвер, а в другой руке прятать грамм нежности.

       Кристофер Шистад привык просыпаться один, либо просыпаться первым, чтобы уходить от чокнутых блондинок и брюнеток. Он привык быть всемирным обожаемым красавчиком лишь заодно клише. Ему нравится жизнь мальчика-бабника, ебущего все, что движется. Крис привык к грубости, жадности и злости, а вот к нежности — нет.       Крис не знал, что можно получить огромный кайф от близости, если чувствовать хотя бы что-то к девушке. Он не знал, что можно желать лишь одно тело настолько, не ища другое каждый день. Кристоферу нравилось ебать плохих девочек в душе без презерватива, а потом заставлять глотать их противозачаточные. Но сейчас в данный момент ему нравится обнажённая Эва, её прохладное тело после душа и этот запах корицы, безумно приятный. И все было так нежно и аккуратно, что если бы Шистад наблюдал со стороны — сказал бы “ Че ебу дал?". Черт возьми.        — Проснись, придурок. — кричит Вильям своему сонному другу, а тот не сразу соображает, что происходит. —Пора вставать, долбаеб!        Шистад резко подскакивает от наката холодной воды в лицо, судорожно глотает ртом воздух и осматривается. Видит Вильяма, но не видит Эву. И все произошедшее, кажется, сном. Увы, красные следы на простыни не врут, Кристофер лишь тяжело выдыхает.        — Где она?! — грубо, как бы он не хотел обидеть своего лучшего друга, но получилось жёстко.        — Ты же девственности её лишил, а не я. — усмехается Магнуссон, садится на постель. — Может все было настолько хуево? Хотя я бы даже если бы ахуенно было, не остался.        — Заткнись. — протирает глаза руками, поднимается с постели и натягивает боксеры. — Есть её номер?        Эва Квиг Мун была достаточна хороша, чтобы понимать, что она не та. Не для Кристофера Шистада. Не для мальчика-бабника с третьего курса. И точно не для пенетратора. Эва не жалела, секс был прекрасным, и думаю, это было именно с тем человеком. Рыжая сразу поставила себя в положение не привязываться и не влюбляться. Сердце кололо, настроение было говняное, но Эва умная девочка. Второй раз — точно нет. Строить отношения с Крисом? Все мы знаем, что это невозможно. Ни потому что Крис не способен на это, а потому что Мун считает себя невыносимой. Ни он, ни она не умеют строить отношения, что из этого выйдет? Ничего.        Эва прекрасно понимает, что встреча с Кристофером неизбежна. Знает, что нет смысла прятаться в своей конуре, и в любом случае ей придётся пересекаться с Вильямом. А где Магнуссон, там и Шистад, чего таить интриги. Сегодня телефон разрывается от звонков, рыжая тяжело вздыхает, смотрит на экран смартфона, долго думает, а потом и вовсе выключает. Она снова в универе, здесь более менее нейтральная территория, и есть огромная надежда на то, что Шистад покажет свое полное безразличие.        После нудных лекций по истории Эва все таки решается включить мобильник, пока лишь охуевает от количества пропущенных, лишь потом добирается до сообщений. Следующее уголовное право, а это значит, что совместно с группой Кристофера. Черт возьми.        — Смотри куда идёшь, Эва! — рыжая слышит грохот, поэтому удосуживается оторваться от телефона. — Блять!        —Вильям? Черт, прости, ради бога, я не хотела! — наклоняется, чтобы помочь собрать книги. — А что ты здесь делаешь? — сталкивается с ним лбом, когда пытается подняться на ноги, смеются.        – Учусь, я на бизнесе, поэтому некоторые лекции проходят здесь. — все же забирает свои книги у Эвы, улыбается, когда она тоже поднимается. Понимает, что они привлекли большое внимание со стороны. — Ты в порядке? — и вопрос явно не про её ушибленный лоб, а про Криса. – Слушай, он может и мудак по отношению к девушкам, но точно не к тебе.        — Не нужно, Вильям, все в порядке, окей? — говорит тише, но подмигивает.        — Из-за него ты же не будешь избегать меня? Тем более я все ещё жду свои завтраки. — пытается рассмешить её, и у него это очень даже выходит. —Приходи сегодня на вечеринку.        — Получишь ты свой завтрак. — обнимает его на прощание и бежит в аудиторию, потому что опаздывает. — Насчёт вечеринки подумаю.        18:30        Пятница        Кристофер сегодня много курит. Много пьёт, а ещё настроение ни к черту. Много мыслей в голове из-за одной рыженькой, одной ночи.        — Криис, может уединимся? — сладкий певучий голос выбивает из колеи, а тонкие женские руки уже готовы залезть под боксеры, но те.        — Отъебись. — морщится, скидывает руки, та лишь хмыкает и удаляется, оставляя его в одиночестве.        Снова на крыльце, снова дрожащие руки берут ментоловую сигарету. Вычерченные скулы, горячие губы вдыхают никотин. Но только сегодня, это совсем не помогает расслабиться. Даже алкоголь сегодня лишь отрезвляет. Крис все ещё надеется, что она придёт. Всё ещё хочет поговорить, сам не зная о чем. Все ещё ничего не понимает. Но все летит в пизду.        Короткая чёрная кожаная юбка с толстым ремнем и белая водолазка, поверх серое пальто, а красные губы лишь дополняют образ. Кристофер подскакивает и тушит сигарету. Видит её улыбку, слышит смех, засматривается на доли секунд, но мужской голос позади неё заставляет придти в себя. Кулаки рефлекторно сжимаются.        Это не пожар, брат, это поджог.        — Может подождешь меня, мелкая? Куда бежишь? — незнакомый парень обхватывает за талию, двигая ближе к себе.       — Прекрати, Нейтон. — смеётся, убирая его руку. — Заходи в дом, мне нужно поговорить. — только теперь обращает свое пристальное внимание на Криса.        Нейт теряется за дверью коттеджа Вильяма, Эва делает небольшие шаги по ступеням, оказываясь рядом с самым опасным для неё человеком. Пытается привести дыхание в норму — не выходит. Хочет быть сильной и высокомерной сукой, но с ним это не работает. Зелёные глаза тянут на дно, как болото, медленно и плавно.        — Кто он, Эва? — заходили желваки, злость, вот, что именно испытывает Крис.        — Угостишь? — кивает в сторону сигарет, потом тянет руку без разрешения, но он перехватывает, крепко сжимая. —Это не важно, Крис.        — Для меня важно, черт побери! — немного повышает голос, крепче сжимая её руку. — Я не хочу думать, что ты девочка лёгкого поведения, окей? Тебе не нужно пить или курить, хорошо трахаться, чтоб кому то нравится.       —Давай расставим точки, Крис. —делает серьёзное выражение лица, но слова даются с трудом, что достаточно сложно утаить от его взгляда. — Эта ночь ничего для тебя не значит, для меня тоже. Сама попросила, ты сделал, сказала, что не буду плакать и уйду первой на утро. Все, ушла и не плачу, что тебя не устраивает?       — Нет, Эва, ты сама так решила в своей голове, не спрашивая меня. А я хочу тебя до сих пор, а ещё меня ебет кто этот парень, потому что мне хочется разбить ему нос. Моё нельзя трогать. Смотреть тоже нельзя. Видимо эта ночь дохуя значит для меня.        — И что ты предлагаешь?! — повышает голос, всплескивая руками. Данная ситуация наколяет. — Кристофер Шистад готов к чему-то серьёзному? Не смеши. Или может будем трахаться в определённый день недели, чисто для того, чтобы улучшить твоё моральное состояние?!        Ему неприятно это слышать так же, как ей говорить об этом. Он перестаёт её слушать уже на том месте, где Эва говорит, что он конченный бабник. Просто концентрируется на губах, пухлых манящих губах, сладких, именно тех, которых ласкал этой ночью. Придаётся воспоминаниям, и уже становится трудно себя контролировать.        — Раздвинь ноги, Эва. — мягко говорит Крис, видя маленькую дрожь. Он знает, что она боится. Даже, если такая смелая и отважная при других. С ним, именно сейчас, в данный момент, маленькая девочка Мун перед ним.        Рыжая смотрит в его глаза и теряется на несколько секунд. Задумывается, а стоит ли делать это именно с ним? Точно, тот ли он человек? Закусывает губу, тонет в изумрудах и повинуется, потому что не попробуешь, не узнаешь. Он входит аккуратно, не хочет делать больно, чувствует её, как не чувствовал никого. Нежность. Ласка. Забота. Внимательность. В глазах и действиях. Перед ней сейчас настоящий Крис, даже если сам не осознает.        — Мы можем остановиться, если слишком больно. — фраза сама летит с языка, но Крис знает, что это все бессмысленно. Если не остановятся сейчас, дальше он не сможет сделать это.        — Всё хорошо, пожалуйста, Крис. — стонет, вымаливает его имя то, что нужно. Крышу рвёт конкретно, вновь целует губы вкуса вишни, проникает языком в рот и ласкает, ласкает.        — Нет, Эва, мы будем встречаться. Хочешь ты этого или нет. Но я знаю, что хочешь. — а потом не спрашивает, целует так, как делает обычно, без разрешения и потому что хочет. Сильно хочет.        Всё мы знаем, что Мун хорошая/плохая девочка. Всё мы знаем, что одна ночь стирает все границы. Всё мы знаем, что одно неправильное действие ведёт к последствиям. Рыжая маленькая девочка — рыжая высокомерная сука. И это все Эва Квиг Мун. Выстрелит в сердце, не поднимая своего взгляда. Ведь она тоже хочет дико, грязно и грубо. Ласка, нежность — это все прекрасно лишь до определённого момента. Если сексуальную жизнь не развивать, обычная личная жизнь полетит в пизду. Мун отрывается от горячих губ Кристофера, переводя дыхание. Здесь и сейчас она прижата к холодной стене коттеджа Магнуссона. Долбит музыка. Внутри ждёт лучший друг Нейтон. Коленки дрожат, живот в тугом узле, а мозг окончательно перестаёт работать, стоит Крису облизать свои губы. Она больше не думает о том, что хочет послать его далеко и надолго. Думает лишь о том, о чем хорошим девочкам не положено думать. Кусает губы. Молчит.        — Ты сейчас серьёзно? — остатки мозга все ещё здесь, поэтому Крису нравится Эва. Она не теряется под его натиском. Прекрасная девочка.       —Я хочу только тебя. Хочу доводить тебя до оргазма, хочу научить тебя кончать несколько раз. До сих пор думаешь, что я не серьёзен в своих намерениях? — злится, проводит ладонью по внутренней стороне бедра. — Меня другие не возбуждают больше, только ты в моей голове. Я не умею быть нежным и заботливым, но попытаюсь быть более внимательным к тебе...        — Заткнись уже! — сама затыкает поцелуем, потому что так хочет. Потому что он так научил.        Мы разные. Хотим любить/трахаться. Нужное вычеркнуть. Декаденство. Хорошая/плохая девочка. Неважно. Страсть. Похоть. Желание. Неважно. Главное, что ты рядом. Сейчас. Со мной.        — Мама, мама!— кричит малыш, делая серьёзный напущенный вид, дуя свои пухлые губки. — Когда я вырасту женюсь на Эве. Куплю огромный дом, машину. И ты будешь приходить к нам в гости, хорошо? Я её буду очень любить, но и тебя, мама, я очень люблю.