Борьба за солнышко

Киношита напряжённо молчал, сжав кулаки и глядя в пол, не в силах смотреть на своих товарищей. Карасуно молчали, и это был идеальный момент для разговоров, особенно для таких личных, потому как Такеда-сэнсэй ушёл в учительскую, чтобы проверить тетради своих учеников, а Укай-сан отлучился по своим делам буквально на пять минут. Мрачность вокруг них пугала всех проходящих мимо учеников. Всех, кроме одного… — Асахи-са-а-а-ан! Ас Карасуно успел только удивлённо выдохнуть, когда Хината на скорости света забрался на его спину. Ногами обвив его торс, а руками шею, омега уткнулся лбом между лопаток аса, издавая какие-то непонятные звуки, похожие на рыдание. Нишиноя рядом спрашивал, что произошло, хотя, благодаря Кинношите, знал, что это связано с Ойкавой, а Хината ещё сильнее начал рыдать, буквально прилипнув к асу, отказываясь слезть с него. Азумане, кажется, даже тяжести не чувствовал. Ноя и Танака попытались, конечно, вырвать Асахи из крепких объятий омеги, но тот ни в какую не шёл. Так и застал их тренер Укай: ас, который держался за решетки окна, приманка, прилипший к его спине всеми конечностями, и двое самых шумных второгодок, которые тянули изо всех сил за джерси омегу. Зал буквально погрузился в тишину. — Я зайду попозже, — неловко выдохнул тот и, достав из кармана сигареты, пошагал в другую сторону. Молчание продлилось ровно секунду, прежде чем Ноя снова попытался отцепить Хинату от Асахи. — Если я слезу, то вы все заставите меня говорить, — слегка высоким тоном высказал свою мысль Хината. Когда он обернулся на своих сэмпаев, те поняли, что он не плакал, но всё же он был испуган и чем-то обеспокоен. — Это уж точно! — с лёгкой хрипотцой Танака развернулся на месте, чтобы удобнее было тянуть за джерси Хинаты. Как эта часть одежды ещё не порвалась, никто не знал, но она оказалась крепче, чем что-либо другое. Сугавара подошёл неожиданно, махнул рукой второгодкам, мол, прекращайте, а потом, обвив руками грудь Хинаты, отчего тот издал какой-то смущённый звук, легко отцепил от Асахи приманку. Но стоило ему с какой-то лёгкостью развернуть к себе Шоё, как тот тут же обхватил его так же, как Азумане, отличие было в том, что прицепился Шоё спереди. — Эй, что случилось-то?! Хината чувствовал на своей спине руки Сугавары, который простым движением успокаивал его. Он видел перед собой Ною-сана и Танаку-сана, которые обеспокоенно заглядывали в его лицо, отчего Шоё уткнулся носом в плечо Сугавары и ощутил, как он вздрогнул всем телом. А потом, сжав кулаки, он полез левой рукой в свой собственный карман, после чего передал вещь Танаке. — Что это? — задал логичный вопрос Танака, прежде чем фильтр из его рук вырвал Ноя, а с его рук Энношита, который благоразумно передал Даичи. Капитан команды осматривал подаренную Ойкавой вещь, позволяя остальным окружить его, чтобы тоже посмотреть на это. Сугавара всё ещё ходил с Хинатой в руках, но, кажется, ему это совсем не мешало. — Это фильтр, — тихо ответил Шоё. Каждый замолчал, чтобы получше услышать голос приманки. Хината всё ещё не показывал своего лица, но всё же пытался объяснить ребятам полезность этой вещи: — Ойкава-сан позвал меня после школы, чтобы передать мне это. С помощью этой вещи я могу не чувствовать запах альф и играть, не боясь ничего. — Что он потребовал взамен? — раздался тихий голос Тсукишимы сзади, и Хината еле пересилил себя, чтобы не обернуться на очкарика. Тсукки же хороший, он всегда ему помогает, так почему же Хината чувствует себя таким виноватым? Будто какая-то распутная девица идёт на свидание с кем попало. Сначала с Куроо-саном, но Тетсуро действительно понравился Хинате, но почему тогда… Почему тогда он согласился на свидание с Ойкавой? Цыкнув сквозь зубы, Хината снова уткнулся в плечо своего наставника, как-то наплевав на то, что молчание вокруг них длится очень уж долго. — Почему все стремятся быть с омегой? — вздохнул Хината, и с небольшим трудом он слез с Коуши. Чёлка спадала на его глаза тенью, и, вздохнув полной грудью, омега прошествовал в сторону выхода. — Я немного пробегусь. Никто не стал мешать ему.

***

— Хината! Испуганный вскрик младшего менеджера заставил каждого посмотреть в сторону выхода, где стоял Хината. Насквозь мокрый рыжик, с волос которого всё ещё капала вода, держащий в руках свою джерси, он был похож на мокрого котёнка, но сияющая улыбка на его лице не вписывалась в картину. Ячи прибежала с полотенцем в руках, протирая волосы омеги, который не решался входить таким мокрым в спортзал. — Ты упал? — вопросил Укай, подходя к омеге. В такую жару он мог упасть либо в бассейн, либо быть атакованным. Хината отрицательно махнул рукой, выжимая воду из футболки и шорт. Киёко принесла ему ещё полотенца, чтобы Хината смог вытереть открытые части тела, после чего, сняв мокрые кроссовки, он оставил их на улице, чтобы сушились. Хорошо, что у него были сменные. — Встретил ребят, которые играли на улице с водяными пистолетами, — во время процесса вытирания отвечал Хината. Ямагучи сзади прыснул, уже понимая, почему Хината такой мокрый. — Сначала они приняли меня за младшеклассника и решили так прикольнуться надо мной. Я, конечно, был зол, но потом вспомнил слова Бокуто-сана и решил тоже поиграть с ними. — Какие слова? — растерялся Даичи. Бокуто разговаривал с капитаном Карасуно во время летнего лагеря слишком много, поэтому во время разговоров с асом Фукуродани Савамура на время отключался от мира сего. К счастью, ему с лихвой хватало того, что Акааши, оказывается, не любит Убугаву. — «Пока есть возможность — делай». — Это объясняет все его безумные поступки вместе с Куроо-саном, — прокомментировал Тсукишима прежде, чем заблокировать атаку Танаки. Тот досадливо закричал, но не сдался. — Отлично, давайте играть! Бакагеяма-а-а! Хината замер истуканом, Кагеяма тоже. С первого раза в первом же сете получилась странная быстрая. Они оба посмотрели друг на друга прежде, чем хором закричать: — Ещё раз! Никто тогда не решался спросить у Хинаты, что потребовал взамен на фильтры Ойкава. Даичи перевёл взгляд на Киёко, которая всё ещё держала в руках этот чёртов фильтр. Без них Хината будет всё время чувствовать себя виноватым.

***

Хината смотрел на мяч. Казалось, что он крутится очень медленно, взлетая с рук Кагеямы и направляясь в его сторону. Хината видел мяч, поэтому подбежал и прыгнул, заметив, что он уже около его доминирующей руки, на миг замерев. Хината видел полностью другое поле за сеткой и ударил с такой силой, что даже Укай-старший не успел это увидеть. У них получилось. — Да! После этого они пробовали ещё, ещё и ещё, в конце концов доработав технику до автоматизма, и во время матча они могли спокойно её сделать, а не облажаться, как раньше. Дедушка Укай принёс им после этого пару мясных булочек, похвалив и отправив домой, потому что было поздно. Карасуновцы шли в молчании, беря наслаждение от простого отдыха. Уже завтра весенний отборочный турнир, а значит, надо хорошенько сегодня выспаться. Помнится, в прошлый раз они точно так же гуляли вместе не в силах заснуть из-за предстоящего матча с АобаДжосай. Правда в три часа ночи, но не суть. Хината смутился, когда не вовремя мозг подкинул ему воспоминания, связанные с тем поцелуем в спортзале, поэтому, когда раскрасневшийся омега отвернулся от альфы, Кагеяма забеспокоился: — Что-то не так? — Н-Ничего! От смущения Хината бросил в сторону Кагеямы сумку с волейбольным мячом, а Тобио, не ожидав такого, словил мяч лбом. Шоё испуганно икнул, за один миг забравшись на велосипед и дав дёру прежде, чем Тобио опомнился и погнался за ним. — Хината, придурок! — Это ты виноват!

***

— Это они, Карасуно. — Карасуно? — Те, кто сыграли полную партию на отборочном матче с одной из лучших команд префектуры: с АобаДжосай. Они ещё почти победили их. — Да ладно?! — Король Площадки из Китагавы Даити в их команде и Нишиноя Юу из средней Тодориямы тоже. — Которого в средней школе назвали лучшим либеро?! — Да, но, кажется, кроме либеро, там был ещё один парень, который принимал подачи Ойкавы. Кажется, это их капитан. — Но члены Карасуно не такие высокие? — У них точно был один ростом под сто девяносто сантиметров, хотя он особо не выделялся на отборочных среди старших школ. А ещё у них страшные левые диагональные. Можно сказать, сильные нападающие, но что важнее… — говорящий ненадолго замолчал: — Их менеджер просто милашка! — Вернее красавица! — Точнее секси! — а потом говорящий вернул себе нормальный голос. — А ещё этот парень… — кивнул он в сторону Хинаты. В этот момент стоящий рядом с Хинатой Сугавара бросил в их сторону какой-то непонятный взгляд. И никто из них не заметил, как большинство игроков из Карасуно ощутимо напряглись. — Маленький центральный блокирующий, проводящий ненормально-быстрые атаки. Десятый Карасуно. Говорят, что он тот омега-нападающий. — Омега? Редко их встретишь. — Вот и я… — говорящий замолчал, когда Хината повернулся к команде, открывая им своё лицо. — Что за?! Кожа да кости! Хината действительно выглядел не ахти. Сугавара рядом пытался ему хоть чем-то помочь, заботливой мамочкой крутясь вокруг него. Схватившись за свой живот, Шоё прошествовал в сторону их команды, как только подышал воздухом. Живот слегка болел, но терпеть можно было. — Хината, ты в порядке?! — вскрикнула только подошедшая с Киёко Ячи, обеспокоенно смотря в лицо бледного омеги. Шоё попытался улыбнуться, пока Сугавара-сан рядом держал бутылку воды. — Да, всё нормально, — кивнул он, всё же взяв из руки сэмпая воду. — Меня вывернуло по пути сюда, но мне уже лучше. — Конечно, вывернуло, ты съел миску свинины, — саркастичным тоном прокомментировал Тсукишима. Хината резко выпрямился, пролив чуточку воды на свою футболку. — Есть свиные котлеты в день игры — нормально! — А блевать в автобусах — тоже нормально? — Тупица, Хината, ты идиот! — Этим заканчивается оскорбительный словарь Кагеямы, — не удержался Тсукишима и на этот раз. Ямагучи рядом с ним подозрительно тихо молчал, и Хината, несмотря на своё состояние, наклонился к бете. — Я буду его расширять! — Меня тоже подташнивает, как только вспомню, что Хинату вырвало, — в момент, когда Хината наклонился, Ямагучи закрыл свой рот, сдерживая рвотный позыв. Тсукишима, видя состояние двух товарищей, испуганно воскликнул: — Идите уже в туалет! — Мои нервишки тоже шалят, — добавился к тем двум Асахи, с каким-то напряжённым видом смотря на пол, потому что посмотри он на что-то другое, его тут же вырвет. — Я думал, ты медитируешь, а ты рвоту сдерживаешь! — испуганно воскликнул рядом с Хинатой Сугавара. Ноя-сан и Танака-сан помогли Хинате встать ровно, с каким-то весёлым голосом спрашивая: — Шоё, это правда, что тебя вырвало второй раз в автобусе? — Нишиноя сунул прямо в руки Хинаты купленное на собственные деньги молоко, свято веря, что это поможет. Шоё без слов приступил к питью, потому что мама с детства давала ему холодное молоко, когда живот болел. — Мог потерпеть, пока автобус остановится, но тебя вырвало на чью-то промежность. Ты вырос, Хината. После чего оба его сэмпая расхохотались, не обращая внимания на тех болтунов, что говорили невесть что о десятом Карасуно. Взгляд двух альф зацепился за главного сплетника, заставив того испуганно икнуть. — Это точно Карасуно? Ямагучи ушёл, оставив ребят одних, и никто, к счастью, не упомянул, что Хинату вырвало на промежность Тадаши. Бета закрыл свой рот, чтобы сдержать свой рвотный позыв. Хината вскоре последовал за ним, вздыхая полной грудью и, наконец, выйдя из-под опеки Суга-сана. Он полностью был сосредоточен на своём животе, и неудивительно, что он столкнулся с кем-то около входа в туалет. Хината действительно хотел извиниться, открыв рот, но, когда увидел перед собой волейболиста с устрашающим видом, он испуганно вскрикнул. — Ты куда прёшь?! — Простите! На его футболке было написано название школы — Иногинами. Хината сразу же догадался, что перед ним капитан их первого противника. Они уже выиграли первый матч, поэтому расслабляться не стоило. Парень с устрашающим видом перепутал его с кем-то из младшеклассников, и Хината, посчитав это оскорбительным, назвал свою школу, отчего лицо панка стало страшнее вдвойне. После короткого разговора с ним Шоё понял, что тот совсем не старается ради победы, как-то забив в своих мыслях, что Шираторизаву не победить. Тогда Хината изрядно напугал его своим видом, и, кажется, почувствовав какую-то опасность от омеги, альфа выпустил запах. Фильтры действительно помогали, и Хината совсем не чувствовал запах. Ойкава-сан не врал, и радость переполнилась внутри Шоё, отчего тот не смог сдержать улыбки, но капитан противника подумал, что он насмехается над ним, и, чтобы надавить на больное, тот решил оскорбить команду Карасуно: — Я слышал, что у вас там есть омега, — панк гордо поднял свой подбородок, пока Хината растерялся от такой злобы альфы. — Я не знаю, кто это, но советую ему уйти из команды, чтобы не быть балластом. Омеги должны сидеть дома и делать всё, что пожелает альфа. Омеги… должны сидеть дома? — Эй! — голос Ямагучи раздался позади Хинаты. Омега удивлённо оглянулся на своего товарища, заметив на его лице злобное выражение, будто среди них его чувство задели больше, чем Хинаты. Точно ведь, он омега. Он должен сидеть дома и не выделяться среди альф. — Кто сказал, что омеги должны кому-то?! — Ямагучи… — Нет, Хината, подожди, — махнул рукой Ямагучи, встав впереди Шоё, неосознанно закрывая его собой. — Омеги могут делать всё, что вздумается, не хуже таких альф, как ты. Если ты думаешь, что они слабы, то ты глубоко ошибаешься, альфа. — Хо? — панк с каким-то непонятным лицом повернулся к Ямагучи. Хината сзади был немного удивлен из-за слов беты, поэтому сначала не понял предложение, что сказал панк дальше: — значит, это ты тот омега из Карасуно? Тадаши жутко ухмыльнулся, заставив Хинату растеряться. Подожди, что? — И что, если да? Подожди, что?!