Борьба за солнышко

Кентаро цыкнул языком. Мысль о том, что ему придется идти в волейбольный клуб собственной школы, не особо его радовала. Ещё надо было дойти до неё, когда он переночевал у своего так называемого брата, чтобы избежать встречи с отцом. Мать, должно быть, очень расстроена его поведением, но Кьётани очень уж не хочет встречаться лицом к лицу именно с тем человеком, который когда-то разрушил их семейную жизнь. Как мать его простила, до сих пор не уляжется в голове: может, просто любила, может, просто дура, но тем не менее он был уверен, что она собственноручно разрушает свою жизнь. Кентаро был уверен, что волейбольный клуб АобаДжосай наверняка забыл о нём, а нет, Ойкава Тоору — нынешней капитан клуба — нашёл его вчера вечером, когда он один тренировался в спортзале со взрослыми, и предложил тренироваться сегодня вечером. Чёрт его дёрнул тогда согласиться, но сказанное не вернуть, а Кентаро свои слова на ветер не бросает. — Осторожно! — Хината! И стоило ему хоть на пять минут погрузиться в свои мысли, как его сбивает с ног рыжее существо. Кентаро не выдал болезненного вздоха, хотя было очень больно, но всё же из-за оставшегося уважения к тому малому количеству людей, которыми когда-то он восхищался, он приподнялся на локтях, чтобы заметить сначала велосипед рядом с собой, а потом этого рыжика, который испуганно смотрел ему в глаза, невесть когда успев вскочить. — Ты в порядке? — спрашивает этот парень, и Кентаро почему-то замирает, когда его мозг окончательно перестаёт работать. Этот пацан… Кентаро принюхался, не почувствовав запаха, и сразу же догадался, что он бета, но что-то в нём настораживало, а Кьётани слишком сильно доверял своему чутью. — Не ранен? Прошу прощения. — Хината, — слышится второй голос, и рядом с этим рыжим встаёт какой-то брюнет, явно старшеклассник, и Кентаро невольно думает, что они братья, хотя совсем не похожи. Кохай и сэмпай? — В норме? — Да, спасибо. Форма Карасуно бросается в глаза сразу, когда этот мелкий под внимательным взглядом старшего начинает рыскать в своей сумке. Кентаро фыркает и встаёт самостоятельно под удивлённым взглядом брюнета, когда тот хотел ему помочь, одним рывком поднимая потом велосипед. — Прости ещё раз, — извиняется этот Хината, вытащив из сумки какую-то еду — Булочка! — завернутую в салфетки, и она была явно горячая, если судить по исходившему пару. — Прими в качестве извинения. А то у тебя такая кислая мина, что ты напоминаешь мне одного сеттера. — Ох, прости- Старший не успевает закончить своё предложение, когда Кентаро выхватывает из рук Хинаты еду, потому что его начинает что-то привлекать в этом парне, и поспешно уходит под удивлёнными взглядами от тех двух. — Какой грубиян. — Да ладно Вам, может, у него плохой день, — слышится голос той малявки. — У меня ещё булочка есть. Хотите, Даичи-сан?

***

— Тсукки! — Не называй меня так, — раздражённо выдохнул Кей, когда Ямагучи рядом лишь прыснул. Хината не обратил на это никакого внимания, под любопытным взором альфы и беты взяв руку блокирующего. Тсукишима смутился, Тадаши кашлянул, и взоры некоторых альф скрестились на них, с удивлением смотря на Хинату. — Что с твоей рукой? И тут до каждого дошло, что пальцы Тсукишимы были забинтованы, скрывая за собой раны. Кей сглотнул, но руку убирать не стал, когда Шоё осторожно начал касаться раненой конечности. — Ты думал, что я обойдусь без травм, когда тренируюсь над блоками? — хмыкнул блондин. Хината смущённо покраснел, когда вспомнил о своём пари с Тсукишимой, и поспешил отпустить его руку. Наигранно бодро воскликнув, что утро сегодня прям доброе, Хината поскакал в сторону Кагеямы. Хината как раз позвал его, когда связующий отвлёкся на него и приложился об перила выхода спортзала. Сначала была полная тишина, и Тсукишима, не выдержав, захохотал первым, а за ним подключились остальные, пока Киёко-сан, прибежав так быстро, насколько смогла, осматривала лоб кохая. Даичи-сан подозрительно покосился на Хинату, когда, переодевшись, они все вместе шли в сторону школы. Омега без умолку болтал рядом с Кагеямой, активно жестикулируя руками, и Тобио спорил с ним, явно доказывая свою точку зрения. Они орали чуть ли не на всю школу, поэтому, когда Сугавара попросил их вести себя тише, они начали бурно обсуждать поднятую тему уже шёпотом. Главное, чтобы никто не пострадал. В этот момент Хината смешно крякнул, пытаясь отцепить от своей головы руку Тобио, который с лицом маньяка прожигал его взглядом. Даичи вздохнул, понимая, что сглазил спокойную атмосферу, когда эти двое начали драться. Никто уже не обращал на них внимание, если только любопытно следили за тем, кто победит. Сугавара успел поймать Хинату, придерживая за плечи, когда Кагеяму за шкирку держал Энношита. Они спорили о том, чья подача круче — Кагеямы или Ойкавы — и, как уже было понятно, из вредности Хината встал на сторону зла, на что Кагеяма очень бурно отреагировал. Сэмпаи лишь закатили глаза на выходки своих кохаев, подняв за шкирки, как нашкодивших котят, не замечая то, как эти двое дёргались, пытаясь дотянуться друг до друга, хотя невооружённым глазом было видно, что они не дотянутся с такого расстояния. Без труда подняв Хинату одной рукой и всё ещё держа за шкирку, что даже сомнения на возможность такого сразу улетучались, Сугавара с улыбкой пощекатал его бок другой рукой, и Хината, не выдержав, захохотал в голос, шуточно моля о пощаде и пытаясь отпихнуть руку сэмпая. Когда его опустили на землю, а Кагеяма составил компанию Энношите-сану, к Хинате подошёл либеро команды, воспользовавшись моментом, когда Суга-сан отвлёкся на Даичи-сана. — О, Шоё, не забыл, что завтра фестиваль? — Нишиноя покраснел, но взгляда не спешил отводить. Хината широко улыбнулся, качнув головой, пока Танака-сан рядом с интересом посмотрел на них. — А ты наденешь кимоно? — как бы невзначай спрашивает Хината, вспоминая, что данной вещи у него как раз-таки и не было. Лишь мамино зачем-то лежало в его шкафу. Не наденет же он его, ведь так? По крайней мере, Шоё постарается вытащить маму сегодня с работы, чтобы купить кимоно, если Ноя-сан сам наденет. О том, что это свидание, он не забывал ни на секунду, но со временем он привык, хотя всё равно было неприятно от самого себя. — Не знаю, — почесал затылок сэмпай, отводя взгляд, и Танака рядом с ними улыбнулся широко. — Если ты хочешь, я могу надеть, и было бы классно, если бы ты тоже надел… В смысле! Если ты хочешь, конечно, потому что это ведь твоя жизнь и ты сам решаешь, но я думал, что ты в кимоно классно бы смотрелся, то есть я не хочу, чтобы ты надевал, то есть хочу, то есть- Хината хихикнул, не выдержав, а Танака тактично сделал вид, что он ничего не слышал. Доигровщик лишь хлопнул друга по плечу, прежде чем опередить ребят, направляясь прямиком к Киёко-сан. Нишиноя-сан, смущённый, отвернулся, закрыв свой рот рукой и пытаясь скрыть красноту. — Думаешь, мне подойдёт оранжевый цвет? — неожиданно спрашивает Шоё, и Ноя удивлённо переводит на него взгляд. — Хотя я, скорее, буду похож на мандарин с моими-то волосами, — хихикнул Шоё, и Нишиноя отзеркалил его улыбку. — Тебе подойдёт оранжевый.

***

Хината замер, словив себя на том, что выбирает себе кроссовки в спортивном магазине, хотя пришёл сюда за кимоно. Он тяжело вздохнул, стыдясь самого себя и направляясь к выходу из бутика, чтобы пойти в сторону традиционных одежд. Мама, конечно, была согласна на покупку и даже загорелась идеей купить и для себя что-нибудь, потому что на фестивале будет много угощений, но её не отпустили, хотя она честно старалась сбежать с работы посередине дня. Её босс — сорокалетний строгий мужчина* — пообещал ей, что сделай она так ещё раз, то он уволит её с работы мигом. — Шо-чан, купи ещё две пачки зефирок, — попросила она напоследок, отдавая деньги омеге. Хината кивнул, когда женщина улыбнулась при виде надутого лица. — Если выберешь что-то действительно вызывающее, я отправлю фото всем твоим друзьям. Она могла это сделать. Шоё не знал как, но она могла, поэтому, вздохнув полной грудью, Хината вошёл в магазин. Хината-сан всегда так говорила, когда он один покупал какие-то вещи, потому что ей нужно было хоть как-то подколоть его. Людей было предостаточно, и Шоё поморщился от этого. К нему тут же подошёл консультант, вежливо поздоровавшись, а потом спросив, хочет ли он купить кимоно или украшение. Консультант оказался даже милым парнем-альфой, и Хината сам не заметил, как начал разговор с этим парнем, сначала говоря о выборах в кимоно, потом медленно скатившись на разговор о спорте (Он оказался всего на год старше Хинаты и тоже увлекался волейболом. «Моя позиция — связующий», — ответил он, слегка подняв уголки губ), пока выбирали одежду для Хинаты. — Ты выглядишь нелюдимым, — замечает Хината, сам не заметив, как обращался к старшему на «ты». Блондин не был против, поэтому ничего не говорил, приподняв брови в вопросительном жесте, показывая Шоё очередное кимоно. Рекламировать и хвалить эти тупые одежды он совсем не хотел, и даже был благодарен Хинате за то, что тот оказался таким харизматичным. — Если бы я был таким, как ты, я бы пошёл работать на другую работу, как, — Хината пощёлкал пальцами, отрицательно качнув головой, когда блондин показал ещё одно кимоно. — Как официант! Они же просто здороваются, принимают заказы и относят их. Им не нужно постоянно говорить. — Это всего лишь подработка, — фыркнул собеседник, начав копаться в другом стеллаже, чтобы найти достойное кимоно. Раздражающая работа за разговорами с этим парнем проходила без привычной злобы, что на миг он сам даже удивился. — Поработаю ещё неделю и могу спокойно тренироваться. Главное, чтоб один идиот мне не помешал, — цыкнул он в конце фразы, явно вспоминая кого-то очень шумного. — О, — понимающе кивнул Хината, невольно вспоминая, как друзья в средней школе сбегали от него, чтобы не пасовать. — А что за идиот? — Да кохай мой один, — блондин взглядом зацепился за зелёное кимоно и, вздохнув, вернул его на место. Клиенту точно не понравится этот цвет, да и рыжий с зелёным как-то не так сочетаются по его мнению. — Вечно строит из себя невесть что, говорит, что будет асом нашей команды. Хотя прибавил бы он себе мозгов вместо этого. — Ты похож на одного моего друга, — хихикнул Хината и случайно заметил сзади неприметных и скучных кимоно одно яркое. — Он постоянно говорит точно так же, как ты. Но он всегда пытается помочь, будь то домашка или ещё что-то, и из-за этого я очень сильно его уважаю. — Фу. — Сам ты «фу»! — Хината фыркнул, подойдя к тому яркому кимоно и вытащив его сразу же. Блондин удивлённо приподнял бровь, когда заметил в руках парня кимоно именно оранжевого цвета. — Как тебе? — Неплохой выбор, — одобрительно кивнул он. — Я думал, ты выберешь что-то чёрное. — Я люблю яркие вещи, — блаженно улыбнулся Хината, почувствовав мягкую ткань под ладонями. Новый друг — а Хината не сомневался, что он друг — помог ему завязать пояс, и, смотря в зеркало, Хината понимал, что выбрал идеальное кимоно по своему размеру. Было уже с самого начала понятно, что Шоё купит эту вещь, поэтому, когда блондин пробивал ему товар на кассе, дождавшись своей очереди, Хината довольно улыбался. Если честно, был один вопрос: а работа этого парня позволяла ему находиться рядом с одним покупателем так долго? — Технически, я помогал тебе выбрать кимоно, так что я честно выполнял свою работу, — хмыкнул на вопрос второгодка. — И мы с тобой ещё не представились друг другу. Хината взял пакет левой рукой, протянув правую под удивлённым взглядом блондина, когда они стояли около выхода. В том, чтобы провожать клиента, было необходимостью самого бутика, Шоё сомневался, но всё же был не против новой компании. Этот блондин обещал ему быть хорошим другом, а такие шансы Хината не упускал. — Хината Шоё. — Кенджиро Ширабу. Они напоследок кивнули друг другу, и каждый просто разошёлся своей дорогой. Хината вытащил телефон в момент, когда тот завибрировал, и, увидев сообщение мамы, где она писала, чтобы он купил ещё пару сладостей, он закатил глаза. Ей точно тридцать девять?

***

Когда Хината возвращается в спортзал, оставив вещи дома и сразу в спортивке войдя в Карасуно, никто не удивляется. Все привыкли к тому, что Шоё не пропускает тренировки ни под каким предлогом, если это не что-то важное, конечно. — Шоё, ты идёшь завтра на фестиваль? — первая спрашивает Ячи, когда омега зашёл, направляясь в сторону скамейки, чтобы поставить вещи рядом с остальными. У них как раз был перерыв, и Хината с улыбкой потянулся, благодарно кивнув Сугаваре, когда тот подошёл помочь с растяжкой. — Да, а ты? — кивает Хината, вместе с Сугой-саном направляясь в более свободное место. Альфы мигом замолкают, не замечая, как губы Нишинои растягиваются в улыбке, а Танака лишь хихикает на это. — С Ямагучи и Кагеямой договорились, — отвечает Хитока, смущённо отводя взгляд, когда Хината удобно устраивается на полу. — Ты не против составить нам компанию? Вместе со своими друзьями? — Я-то не против, но ты у Нишинои-сана спроси, — хихикнул Хината, сразу же поморщившись, когда третьегодка слишком сильно надавил на плечи. Он сразу же начал извиняться, и Шоё махнул рукой, мол, всё в порядке. — Ты идёшь с Нишиноей? — как-то разочарованно выдыхает Коуши сзади, и Хината кивает, наблюдая за тем, как лицо Ячи краснеет. — Ага. Лица некоторых мрачнеют, когда сам либеро буквально светится изнутри.

***

Тёмно-синее кимоно определённо было выбором любимой тётушки. Нишиноя раздражённо выдохнул, придирчиво осмотрев свой внешний вид и на автомате коснувшись своих волос. Рядом проходили люди, не обращая на него никакого внимания, но всё же Юу чувствовал себя неуютно в этой одежде. Он хотел бы что-то яркое и классное, а не… это. Пришлось из вежливости надеть это безобразие, чтобы тётя не обиделась или не убила его, так что можно сказать, что с внешним видом при первом же свидание он остался недоволен. Хината должен прийти где-то через полчаса, и Нишиноя, как всегда, перенервничал, придя на час раньше. Юу вздохнул грудью, спиной оперевшись на стену и скучающим взглядом обводя проходящих мимо людей. Ещё вчера, когда они привычно собирались около магазинчика Укая, Хината сказал ему, что его настоящий запах будет пробиваться, и поэтому альфе придётся постоянно окутывать его своим собственным. Нишиноя всегда гордился своим запахом. Он любил море, и природа сделала ему такой же подарок. Они с Танакой часто шутили, что их запахи были созданы друг для друга, будто бы говоря, что вот он, твой брат. Юу всё ещё помнит, как, в первый раз почувствовав запах Рю, замер истуканом, потому что, ну, сами посудите, землистый запах Танаки и морской бриз Юу. Ухмылка тронула губы Нишинои, когда послышался удивлённый выдох со стороны. Либеро Карасуно с любопытством глянул в сторону и тут же вскочил с места, улыбаясь, как идиот, видя удивлённого Хинату. Они смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем рассмеяться, потому что до назначенного времени они пришли слишком рано. Шоё, как и обещал, надел оранжевое кимоно, и сейчас карасуновцы разглядывали друг друга, идя в сторону фестиваля. Чёрт, а ведь Нишиноя даже не был на свидании. Рядом с ним Хината был поопытнее из-за остальных ухажёров. Либеро нахмурился, вспоминая Куроо и Ойкаву, которые на данный момент были главными соперниками. Везде было шумно, людей было предостаточно, и отовсюду пахло разными лакомствами, когда они пришли. Нишиноя и Хината, позабыв, что они как бы на свидании, бросились к первой лавке, покупая яблоки в карамели и с интересом разглядывая другие товары. Старшеклассники ходили из лавки в лавку, разглядывая вкусности и покупая их, тут же съедая, дошло всё до того, что они начали соревноваться между собой, пока до них не дошло, что такими темпами они истратят все деньги на еду. Второгодка был первым, кто предложил пострелять в тире, и, начитавшись разных седзе-манг, он хотел эпично так, как крутой босс какой-то игры, выиграть для Шоё игрушку, но всё же промазал. Пять раз. Поэтому, заливаясь кровавыми слезами, позволил Хинате тоже пострелять. Омега тоже не попал, но тем не менее радостное настроение у того зашкаливало, и они целеустремлённо направились к другому развлечению. Они ловили золотых рыб в детском бассейне, поймав всего три и подарив их проходящим мимо детям, на что те крайне бурно отреагировали. Двое маленьких ребятишек так обрадовались новым рыбкам, говоря, что они станут новыми друзьями для других рыб в доме одного из них. Чтобы хоть как-то отблагодарить карасуновцев, один из них подбежал к какой-то парочке — кажется, его родители — и, взяв у женщины заколку с маленькими цветочками, прибежал обратно, попросив Шоё наклониться. — Сестрёнка, ты такая красивая! — воодушевлённо выдохнул ребёнок, когда нацепил заколку на волосы Шоё. Хината удивлённо выдохнул, после чего хихикнул, поблагодарив его, похлопав по голове. Юу замер, не зная, что сказать, когда омегу впервые на его глазах перепутали с девушкой. Когда дети убежали, радостно гудя про новых рыб, Хината смущённо повернулся к сэмпаю. — Пожалуйста, никому ни слова. Хината знал, что его тело меняется из-за омежьей сущности, и наивно полагал, что это не коснётся лица, но после слов этого мальчика, он не знал даже, что сказать. Шоё стоило тогда заорать, что он пацан, но из вежливости и любви к детям он просто улыбнулся. Юу несколько секунд помолчал, после чего рассмеялся в голос, заставив Хинату вспыхнуть. Они потом сидели за деревянным столом, делая оригами под надзором дедушки, который не переставал шутить. Он рассказал им, что он рыбак и его жизнь наполнена приключениями в открытом море. Он говорил им, что ловить рыб очень даже трудно и это требует немалых сил и опыта. Он говорил о красивом закате, запахе моря и о том, как укачивает юных матросов, когда они впервые выходят в путь. А Нишиноя слушал с приоткрытым ртом, заворожённый такими рассказами, и не замечая, что Хината тоже с интересом слушал. Дедушка вознаградил их двумя масками, и Хината сразу же нацепил подарок на себя, и Юу последовал за ним. И альфа и омега снова вернулись к поеданию вкусностей, время от времени отвлекаясь на красивые вещи на прилавках. Везде люди улыбались, и радостная атмосфера праздника дарила им ощущение спокойствия, и как-то позабылись слова тренера о тренировках в выходной день. Встретить знакомого на этом фестивале было чем-то ожидаемым, когда Коджи и Нишиноя сухо кивнули друг другу, крепко пожав руки, а Азуми и Хината радостно щебетали. Столько лет не виделись, а тогда, когда они с Изуми помогали Коджи, Хинате нельзя было показываться перед ней. Через несколько минут они разошлись, потому что каждый понимал, что это свидание и парочкам нужно было быть наедине. Кто и о ком подумал, уже было ясно, поэтому, махнув рукой, каждый направился в свою сторону. Нишиноя нашёл где-то кафешку для свиданий, и Хината, смущаясь, кивнул головой, не обращая внимание на то, что щёки сэмпая тоже покраснели. Это была простая лавка, и парочки в ней кормили друг друга заказанным ужином. Загвоздка была в том, что первая парочка, которая закончит кормить своего партнёра, уйдёт, не заплатив, а остальные вынуждены были заплатить двойную сумму. Несправедливо, но эффектно, подумал Хината, когда заметил нескольких людей на очереди. Они сели как раз в тот момент, когда к ним подбежала официантка, начав объяснять правила. И Хината понял, почему было так сложно съесть блюдо сразу, ведь левая рука одного должна быть связана с правой рукой второго; принесённые блюда были огромных размеров, что даже становилось как-то жутко, но Хината был уверен, что с таким аппетитом, как у него, он справится в два счёта; кормить его должен партнёр, и Хината сейчас был до предела смущён, когда Ноя-сан сказал, кто будет есть, а кто кормить. Руки были связаны, и на съедение принесённого блюда у них было двадцать минут. Когда та официантка, которая принесла им ужин, громко прокричала «Начали!», Нишиноя, ловко схватив палочки, зубами открыл упаковку, так же ловко схватив первую порцию лапши. Хината наклонился вперёд, позволяя сэмпаю кормить его. Оба были слишком смущены, поэтому сначала получалось не так гладко, как надо было. Ноя-сан постоянно промахивался, попадая куда угодно, но только не в рот Хинаты, а тот краснел, пыхтел и пытался даже съесть блюда прямо с тарелки, а потом до каждого из них дошла истина: это ведь соревнование! Словно бы прочитав мысли друг друга, их настрой сразу изменился, и Хината, будучи соперником Кагеямы, начал есть всё, что скармливал ему либеро, не проронив ни кусочка, а тот старался взять палочкой как можно больше за раз. Карасуновцы вышли победителями, еле обогнав какую-то парочку, которые закончили свою порцию, опоздав только на две секунды. Выиграли они не только бесплатный ужин, но и мягкую игрушку в виде белого медведя, которого отдали Хинате, снова спутав его с девчонкой. — Теперь понятно, почему они пропустили нас без вопросов, — хихикнул Нишиноя, когда Хината бурчал себе под нос, недовольный тем, что его спутали во второй раз. — У тебя в волосах заколка, наверное, поэтому они думают, что ты девочка? — Может быть, — кивнул Шоё, но снимать заколку не спешил. Они встретили ещё некоторых друзей Юу, и сэмпай представил его как кохая, умолчав о том, что они на свидании. Хината в какой-то степени был благодарен ему, ведь, несмотря на свою громкую натуру, альфа честно старался скрыть его пол. Улыбка тронула губы Хинаты, и его даже не омрачил тот факт, что его снова спутали с девушкой. Когда они сели на свободную скамейку, найдя её в нескольких метрах от фестиваля, Хината непривычно дёрнул головой из-за раздражающего звука в ухе. Музыка до них доходила, но не так громко, как в самом фестивале. Уютное молчание затянулось на несколько минут, и омега блаженно зажмурился, только сейчас понимая, что улыбка не сходила с его лица всё это время. — Ты правда очень красивый, — улыбнулся либеро, не смотря на Шоё, и омега смог увидеть, как лицо сэмпая покраснело. Он сам покраснел от осознания того, что сказал Юу. — Знаешь, я так рад, что ты согласился на свидание, — продолжил Нишиноя, и Хината, видя, как его глаза начинают блистать, понимает, что сэмпай просто неимоверно рад. — Я ещё Рю доставал из-за этого, а он слушал, улыбался. Он такой хороший друг. — Как и ты, Ноя-сан, — хихикнул Хината, посмотрев на ночное небо. — Ты очень крутой, так что нам очень повезло с тобой. Нишиноя хмыкнул, и в этот момент с громким свистом в небо поднялся салют и взорвался, окрашивая и так красивое небо в разные цвета. Хината, безусловно, видел много салютов за всю свою жизнь, но он никогда не мог просто перестать восхищаться этим. Салюты взрывались так громко, так красиво, что Шоё чувствовал в груди биение сердца всё сильнее, от этого ему хотелось кричать во весь голос, а второгодка рядом смотрел на него, видя блеск в глазах приманки и понимая, что Хината действительно очень красивый. Юу выглядел счастливым и улыбался он так искренне, что становилось до одури приятно. Хината улыбнулся, и, когда на небе взорвался последний салют, губы омеги коснулись щеки альфы. Юу рвано вздохнул.

***

Хорошо, Шоё не знал, почему он это сделал. Просто в тот момент он не контролировал себя, и сейчас оба, смущённые до краев, шли в сторону дома Хинаты. Нишиноя решил проводить его даже без вопросов, знал ведь, что от омеги сейчас разит запахом малины, а его морской бриз хоть как-то успокаивал сущность омеги. После того, как Хината поцеловал его, карасуновцы не двигались несколько секунд, после чего синхронно отвернулись друг от друга, скрывая свои алые щёки. Старшеклассники ещё что-то говорили на скорости, что даже сами не понимали, что тут уж говорить о понимании собеседника. А потом они молчали, напряжённо уставившись кто куда, лишь бы не смотреть на лицо своего кохая/сэмпая. И, спустя несколько мучительно долгих минут, Нишиноя предложил вернуться домой, сказав, что было слишком поздно. До дома Хинаты альфа и омега дошли довольно-таки быстро. Второгодка прожевал губу, отводя взгляд в сторону и не замечая того, как Хината делал то же самое. Складывалось какое-то впечатление, что они идиоты, которые не знали, как попрощаться, поэтому, когда Хината распахнул руки, держа белого медвежонка в правой руке, Юу был благодарен как никогда. Они просто обнялись на прощание, и, махнув рукой, альфа удалился в сторону собственного дома. Хината простоял на улице ещё несколько минут, чувствуя, как щёки горят, и лишь потом зайдя в дом. До этого Хината соврал своему родителю, что на фестивале он будет с Коджи и Изуми, боясь рассказать хоть что-то насчёт альф Карасуно. Поэтому Шоё лишь спокойно вздохнул, заметив, как мама вверх ногами лежала на кресле.

***

 — Ты в курсе, что он омега и не прибежит к тебе по первому зову? — скрестил руки на груди Хаджиме, недовольно смотря на друга детства. Ойкава улыбнулся уголками губ, болезненно поморщившись, когда очередная девица выкрикнула его имя. Он сейчас как никогда был благодарен Яхабе и Киндаичи, когда те попросили её уйти. — Будешь в таком темпе думать дальше, его уведут. — А тебе это выгодно? — фыркнул Тоору, посмотрев на Иваизуми. — Зачем ты помогаешь мне, когда мог бы сам воспользоваться этим шансом. Ас АобаДжосай поморщился, вздохнул полной грудью и сделал такое лицо, будто он поверить не мог, что делает это. Ойкава уже который день с момента того тренировочного матча, когда они узнали, что в Карасуно есть омега, ходил как в воду опущенный. Его можно было понять — до этого времени девушки сами вешались ему на шею, и Ойкава привык стоять на месте, когда другие делали шаг за него. Но из зоны комфорта надо было выходить, потому что Чиби-чан уже действительно становился популярным среди других школ. Только недавно Иваизуми услышал предположения какого-то парня, пытающегося найти среди Карасуно того самого нападающего-омегу. Он подумал, что это второй номер — Сугавара Коуши — и Иваизуми был благодарен за то, что в Карасуно находились такие стройные альфы. — Ты понимаешь, что Хината не прибежит к тебе просто так? — издалека начал Хаджиме. — Вокруг него крутятся достаточно других альф, — из его горла вырвался звук, похожий на рычание собаки. — И я очень недоволен этим. Ты хоть и идиот, но у тебя будет побольше опыта, чем у кого-либо из нас. — Ты намекаешь на то, что я лучше тебя? — криво усмехнулся Тоору, послушно закрыв рот, когда Ива-чан раздражённо бросил на него взгляд. — Я хотел сказать: ты слышал о законах, распространяющихся только на омег**? — Иваизуми тяжело вздохнул, когда Ойкава хитро блеснул глазами, понимая, что этот идиот уже догадался. — Вот сейчас ты меня очень даже бесишь, Дуракава. — Ты не против жить со мной? — притворно удивился Ойкава, демонстративно схватившись за своё сердце. — Ты такой ми-и-илый, Ива-чан! — Заткнись, Идиотокава! — Хватит коверкать моё имя! — Так ты не против? — осторожно спросил Иваизуми, прямо смотря на друга, когда тот пил воду. Ойкава широко улыбнулся, и Хаджиме показалось, что он сам воспрял духом. — Лучше уж жить с тобой и Чиби-чаном, чем с кем-то другим, — кивнул он. Иваизуми улыбнулся, расслабленно вздохнув. — Но тебе придётся быть пассивом. Эй! Я пошутил! Я больше не буду! — Лучше уж думай, как позовёшь его на свидание, Тупогава! — Не волнуйся, — потирая голову хмыкнул Ойкава. — У меня уже есть одна идейка. Правда, не знаю, сработает ли она.