Сянь-Сянь

Это были очередные думы старика. Он смотрит на своих племянников и видит свою гордость, свою семью. Как бы он не кривился и кашлял кровью, что его называют медвежьим родителем мальчиков, в душе мужчина расцветает от этих слов. Хотя время от времени его посещают другие образы при взгляде на детей. Ошибки его брата, глупая любовь к той женщине, презрение старейшин и их скрытый расчетливый взгляд. Ци Жэню требуются часы медитаций, чтобы успокоить свой гнев. Впервые все меняется в распорядке дня в Гу Су. Хотя это больше похоже на повторение прошлого. Вэй У Сянь точная копия матери. Хотя кровь его отца немного дала ему больше рассудительности. Мальчик такой же неугомонный и шустрый, но терпеливый. Нет! Он терпит под грозным взглядом его самого и его брата. Но ребенка хватает ненадолго. Как результат, почерк Вэй У Сяня хоть и пляшет, но более понятен. Сколько же бумаги и чернил он перевел на наказание? Однако он умен для своих семи лет. Случай на озере, о котором он вычитал в отчетах и услышал от Си Чэня, а также решения разногласий доказывают это. Лань Ци Жэнь мимолетом ворчит, что мальчишка не заботился о своей жизни. "Этот мальчик мог вызвать у себя отклонение ци в таком раннем возрасте!" Готов поставить свою жизнь на кон ради других. Ищет проблемы и сеет хаос. Может видеть последствия своих действий и дальнейшие перспективы. Вот что заместитель главы Лань думал о призрачном ребенке, поглаживая бородку.

***

Вот и наступил сезон дождей. В этом году он лил настолько сильно, что казалось это была сплошная стена из воды. - Дядя, - от работы мужчину прервал голос его племянника. Си Чэнь мягко улыбался и прятал за собой маленькую фигурку. Впервые на улыбчивом лице играла такая неуверенность и нервозность, когда он вышел вперед и помахал мешочком с чаем. Запах листьев говорил о любимом сорте напитка. Что это все значило? - Дядя, - мужчину сразу отвлекли от мыслей. - Мы занимались и решили сделать перерыв. Не хочешь присоединиться? У молодого господина Вэя был один вопрос, в котором ты мог бы помочь. Чуть позже Ван Цзи и господин Цзян тоже подойдут. Байхао дымился в чашках. Горячий напиток резко контрастировал с холодной погодой и согревал тело. Шум капель снаружи мягко сглаживал напряженную атмосферу. Вэй У Сянь был слишком тихим. Он казался каким-то не таким. Подавленным и грустным. Будто все его естество, что наполняло всех вокруг энергией, улетучилось. Спустя одну чашку чая пришли еще два гостя, о которых ранее упоминали. Цзян Вань Инь в утешающей манере положил руку на плечо брата, на что тот благодарно улыбнулся. Это вселило толику света в серые глаза. - У тебя было ко мне какое-то дело? - Лань Ци Жэнь решил перейти к тому, что волновало ребенка, пока Ван Цзи разливал новую порцию чая. - Нуу, вы как-то упомянули мою маму. Вы ее... знали? Учитель задумался на несколько вдохов, предаваясь воспоминаниям. - Конечно, я ее знал! - Какой она была? - малец уставился на него во все глаза. - Будто бы ты не знаешь, - фыркнул старик. - Я не помню своих родителей! - выпалил У Сянь. - Я немного помню мамин смех, что она пахла травами и землей. Она говорила помнить то добро, что дали тебе. Я знаю, что папа был очень высоким и теплым, всегда нес меня на шее, когда я просил. Но... Иногда мне кажется, что я это выдумал. Я не... я не помню их лиц! Отчаяние в голосе разрывает душу Ци Жэня. Это жестоко и больно. Даже Ван Цзи не так сильно преследовал еле заметный призрак его матери. Он просто ждал, а потом тихо скорбел. Неожиданно что-то щелкнуло в голове старика, и он поспешил к одной из полок, выудив оттуда книгу стихов. Среди страниц был ворох старых портретов, сделанных мастером. Два Нефрита тут же узнали среди них свою мать, а также дядю. Еще один изображал их отца в юные годы. Цзян Чэн заметил еще один лист, где вместе стояли его мать и отец. Юные и счастливые, хотя у мадам Юй даже тогда был ее гордый взгляд вперед. Лань Ци Жэнь берет нижний лист. Женщина с распущенными волосами, что торчат во все стороны, и очень широкой улыбкой стоит в объятиях высокого мужчины, руки которого бережно окутывают ее. Слишком счастливые, слишком яркие, слишком влюбленные. Заразительные! Вот какими они были, вспоминает А-Сянь. Дарили себя друг другу и отдавали все без остатка. Учитель Лань рассказывает о его знакомстве с этой женщиной.

***

Это были очередные думы старика. Он смотрит на приглашенного ученика, которому исполнилось восемь, и видит семью бродячих заклинателей, что извели когда-то весь запас его терпения на нет. А сейчас... - ВЭЙ У СЯНЬ! - впервые Лань Ци Жэнь нарушил правила в ГУ Су. Однако гладко выбритый подбородок учителя стал причиной посещения учениками холодных источников бессчетного количества раз.