Давай влюбимся?!

-Что за вечеринка?- Соня завязывала ленты сандалий у порога. Одернув сарафан, она поправила плетеный поясок под грудью. С утра позвонил Эдик и сказал собираться на какой-то праздник. С Яном останется няня.-Я совершенно не смогла сделать ничего с волосами. -Я помогу,- к ней подошла Лена, и парой легких движений и заколки изобразила на сониной голове красивую ракушку. Из свободного узла мило вились тонкие пряди вокруг лица. Образ получился очень нежный и прическа очень молодила Соню. Сейчас ей можно было дать лет семнадцать. В отличии от Сони, Лена была тонкой, как тростинка и довольно высокой. Светлые волосы гладкой волной лежали на ее плечах. Зеленое платье-мини с небольшим «водопадом» ладно облегало стройную фигуру. Она обула босоножки и стала еще выше. Соня рассмеялась: -Не позволяй этой дылде околачиваться рядом со мной, а то меня просто укатит толпой ее поклонников в сторону, где меня никто не заметит. -Вот наивная, а почему, по твоему, я нацепила платье с таким воротом, который зрительно увеличивает грудь? Да чтоб плоскодонкой рядом с тобой не выглядеть!-тоже хохотала Лена. -Ладно-ладно, девушки, хватит нахваливать друг друга. Круче всех все равно буду я. Ведь это меня сопровождают две такие обалденные красотки! Эдик жестом предложил им выходить. На улице, на детской площадке играл Ян Сон. Увидев мать, он вскочил с места и побежал к ней. -Мама, титю!- и уцепился за грудь. -Что?- Эдик даже покраснел немного.-Титю?! -А ты не знал? Соня до сих пор кормит его грудью. Педиатры в России очень рекомендуют, чем дольше, тем лучше,-Лена пожала плечами, как будто вести разговоры о грудном вскармливании с мужчинами для нее самое простое дело на свете. Эдик увидел, как Соня взяв Яна на руки отошла с ним к шезлонгу с навесом, села и отогнув край сарафана, приложила мальчика к груди. Тот маленькой ладошкой похлопывал по мягкой плоти. Ян Сон довольно быстро отцепился и Эдик понял, что это скорее ритуал связи матери с ребенком, чем возможность поесть. Щемящая нежность охватила его. Для него открылась еще одна восхитительная сторона этой семьи. -Извините за задержку,- Соня поправила платье и поцелова сына, затем передала его в руки няни.-Мы можем пойти уже. Когда они вышли за входные ворота, Соня ожидала увидеть машину, но ее не оказалось. Она вопросительно подняла брови. -Мы идем в гости к соседям,- и махнул в сторону ворот, которые находились в паре десятков метров от их дверей. -Это дом моих друзей,- и взяв Соню за руку, он потянул за собой. Лена пошла следом. Двери им открыл какой-то мужчина и Эдик протянул ему что-то. Видимо, приглашения, решила Соня. Они вошли. В принципе, это была обычная домашняя вечеринка, потому что разодетого народа не наблюдалось. Эдик потянул поближе к столу. Все это время он крепко держал ее за руку и не отпускал ни на минуту. Поэтому, когда его кто-то окликнул и он обернулся, вместе с ним обернулась и Соня. Перед ними стоял Тэк. Он обнялся с Эдиком: -Я рад, что ты пришел,-он повернулся к Соне.- Ну, привет, соседка. Говорят, мы теперь живем рядом? -Да,-протянула Соня. Тут Эдик ее приобнял, слегка прижимая к себе. У Тэка от этой картины глаза стали большими. «Смотри, смотри внимательно. И скажи ЕМУ, чтобы он на меня не смотрел. Я слаба, не смогу удержаться!»- и она прислонилась спиной к плечу Эдика. Тут раздался женский вскрик и они все обернулись. Возле другого стола стоял Чан Сон. В его сжатых пальцах остался кусок разбитой тарелки. С его пальцев капала кровь. Рядом стояла невысокая симпатичная девушка и причитала над его раненой рукой. Вместо того, что бы быстрее пойти и обработать порез, Чан Сон не сводил жесткого взгляда с руки Эдика, лежащей на талии Сони. И столько эмоций былов этом взгляде. Казалось, что внутренне он еле сдерживает себя, словно клетка голодного зверя. Столько гнева, ярости и злости, даже ненависти, Соня не видела у него никогда. Он продолжал побелевшими пальцами сжимать осколок. " Господи, что же ты делаешь?! Беги отсюда! Беги от меня!"-простонало что-то внутри нее. Простонало и смолкло. -Неужели ему никто не поможет,- Соня вырвалась из рук Эдика и двинулась к Чану. Преодолев эти несколько шагов, она резко взяла его за руку и потянула в дом. Войдя, она не оборачиваясь, спросила: -Где аптечка?-он покачал головой.-Лекарства,- повторила она на английском. Он мотнул головой на шкафчик. Соня, не отпуская руки Чана направилась к нему. Там она попыталась дотянуться до полки, но роста не хватало. Продолжая тянуться, она отпустила его руку, чтоб зацепиться за нижний ящик и вдруг почувствовала, как к спине прижалось горячее тело. Он с легкостью дотянулся до коробки и снял ее. Обе его руки оказались по сторонам от ее тела. Соня стояла, закрыв глаза и боялась дышать. Если они и дальше будут так близко стоять, ей придется обернуться, а если она обернется, ситуация станет двусмысленной, хотя она и сейчас была не лучше. Соня тихо выдохнула и, набравшись смелости, развернулась в его руках. Ей было страшно посмотреть на него. Перед глазами была только широкая грудь, которая вздымалась от глубокого и резкого дыхания, на шее сильно билась жила, а кадык ходил как сумасшедший от частых сглатываний. Соня собралась с силами и положив ему руки на грудь, хотела оттолкнуть, но в этот момент свет погас. Судя по всему, погас он везде, потому что с улицы послышался дружный вздох и света в доме не стало совсем. Он не просачивался даже сквозь плотные шторы. Было такое ощущение, что она ослепла. Или поглупела, потому что ладони ее против воли вместо того, чтобы оттолкнуть медленно стали спускаться вниз по мужской груди, затем по животу. Чан Сон с силой втянул воздух в легкие. Темнота сделала свое дело. Он не видел ее, не видел прекрасных голубых глаз, значит, он не сможет увидеть укора, который в них отразится. В одну секунду он прижал ее бедрами к столу, вдавливая себя изо всех сил в ее мягкое нежное тело, почувствовал, как маленькие ладошки смяли футболку на его животе и подумал, что сейчас, прямо сейчас она оттолкнет его и уйдет, а другого шанса не будет. Поэтому он обхватил ее лицо ладонями, стараясь не причинить боли, и прижался губами к ее губам с такой силой, будто хотел выпить ее всю. Он легко надавил языком на зубы и Соня сдалась. Мягкие ладошки скользнули по его телу и обняли за шею, а маленький язычок смело встретил его, отвечая в поцелуе с не меньшей жаждой. Ее грудь прижалась к его торсу так тесно, что Чан ощутил крошечные камешки сосков сквозь тонкую ткань одежды. В этот миг раздался тихий стон. Больше сил на нежности не осталось. Чан схватил ее и подняв, положил на столешницу, не разнимая губ, стал стягивать одежду. Эластичные бретельки лифа легко поддались сильным мужским рукам и вскоре он уже целовал округлую грудь. Соня потянула футболку и он на секунду оторвался, чтобы стянуть ее через голову и снова коснулся ее тела. Он был ужасно горячий. Такой горячий, что обжигал. Стальные мышцы под гладкой кожей часто сокращались от усилий сдержаться. Почти грубо Соня обхватила его бедра ногами, чувствуя, как дрожь проносится по его телу. Чан Сон резко отстранился и потянул за молнию на джинсах. -Я не могу,-тихо прошептала Соня.-Я не могу... -Господи, это я больше не могу!Ты меня совсем замучила!-в его голосе звенела такая мука.-Я ни есть не могу, ни спать, ни думать, ни жить. Вся моя голова заполнена тобой. Все мое тело жаждет только тебя . И ты мне говоришь, что не можешь теперь, когда лежишь в моих руках, когда я уже готов...-он замер над ней. В темноте не видно было даже блеска глаз, лишь слышалось дыхание с натугой вырывавшееся из них.. Соня медленно села и протянув руки, схватила его за пояс брюк, медленно расстегнула пуговицы и развела молнию, затем провела ладошками по мышцам пресса, груди и, наконец, обняв за шею, потянула на себя. Это движение было таким коротким, едва уловимым, но таким долгожданным, что Чан Сон не собирался больше ждать. Ему казалось, что если он сейчас же этого не сделает, то просто взорвется. Поэтому он резко положил ее снова на стол, задрал сарафан, не озадачиваясь просто разорвал белье и прижавшись скользнул в нее, такую влажную, пульсирующую. Соня хваталась за него, пытаясь удержаться в бешенном ритме, но ему показалось мало. Тогда он поднял ее со стола и прижал к стене. Зазвенела посуда в шкафчиках. Тела накалялись сильнее. Он схватил ее за руки, поднял их вверх и развел, прижав кулаками к стене. Как она удерживалась она сама не знала, но в этот момент Соня и не думала об этом. Она снова переживала моменты близости. Все, как три года назад. Оказывается, именно его ей не хватало, именно о нем она мечтала все это время, именно по нему томилась. Тут он коснулся у нее внутри какой-то невидимой точки, заставившей ее тело изогнуться в последнем толчке и опасть, совершенно обессилев. Следом она услышала его громкий стон и его тело так тяжело, даже немного больно придавило ее к стене. Огнем горело место, где тела их соединялись. Едва успев прийти в себя, Соня начала толкаться, пытаясь высвободиться. Вырвавшись, она быстро побежала. Натыкаясь на мебель, не разбирая дороги, она бросилась искать дверь. Но побежала в глубь дома. Вдруг из темноты первого этажа ее схватили чьи-то руки. -Это я, я,- Ленка сама тяжело дышала.-Что случилось? -Не знаю, не знаю я! А ты? -И я не знаю. Мы... Я была в комнате, как вдруг свет погас и так темно стало. Я вышла и услышала голоса... -Пойдем, пойдем скорее,- Соня снова потянула ее не зная куда. -Да не в ту сторону,- Ленка развернулась и ощупью повела через гостиную, дальше по коридору.-Там задняя дверь. Девушки выскочили на улицу. Луна освещала землю, поэтому остальное оказалось проще. Лена подвела Соню к узкой калитке, почти скрытой каким-то деревом. Открыв щеколду, он перешли с одного участка на другой и снова закрыли. Быстро добравшись до дома, они вошли внутрь. Было очень тихо. Видно, няня с Ян Соном спали уже в его спальне наверху. Только они пробрались в кухню, как внезапно включился свет. Сначала девушки зажмурились от яркого освещения, но потом обе уставились друг на друга. У Лены на голове, вместо гладких локонов, было воронье гнездо, губы распухли, а платье почти задралось на бедра. Даже простора для фантазии не оставалось, чем она занималась. -А что ты на меня так смотришь? Думаешь, сама выглядишь лучше? Иди-ка посмотри!- и подвела Соню к большому зеркалу. Да, видок страшнее некуда. Не волосы, а взрыв на макаронной фабрике,губы красные, платье порвано, не говоря уже о том, что все ее лицо и тело было перемазано кровью. -Тебя что лишили невинности второй раз? -О Боже! Я ж ему руку так и не перевязала! -Ты дура что ли? Какая рука?! Ты на себя посмотри! Ты выглядишь так, будто тебя изнасиловали. Кровь откуда? -Так это, Чан Сон... -Опять Чан Сон!!!Мозги твои где?-Лена была готова лопнуть. -Там же где и твои, видимо! Сама-то с кем была? -Не скажу!-и она загадочно улыбнулась, как женщина, которая получила что-то давно желаемое. -Ну, и ладно, твое дело,-Соня пожала плечами. Ей хотелось поскорее остаться наедине со своими мыслями.-Я пойду помоюсь. -А делать-то мы что будем? Нас ведь потеряют!-Лена дело говорила. -Тогда быстро приводим себя в порядок и возвращаемся. -Мы будем выглядеть по меньшей мере странно, переодеваясь по два раза на один вечер. -Выбора у нас нет,-твердо закончила Соня и, повернувшись, зашагала в свою комнату. Стоя в душе, чувствуя, как потоки воды смывают последние следы страсти с тела, она медленно приходила в себя. Надо же такое сотворить! Только дураки наступают дважды на те же грабли. А она, без вариантов, настоящая дура.