Чай с мелиссой

Заметка №1 — Драко Малфой — 29 января 2002 год Знал ли я, чем обернется знакомство с этой ведьмой? Конечно же, нет. Однако она всегда мне казалась очень сильной, уверенной и способной идти ради близких на все. Неизменно была старшей сестрой всем нам, странной группе школьников разного возраста и факультетской принадлежности. Ее сила духа, внутренний стержень держал всех вместе несмотря ни на что, она была тем, кто объединил всех нас и поддерживал в трудные минуты. Я прекрасно помню день нашего знакомства. Будучи маленьким мальчиком, выросшим на сказках о девочке-которой-выжила, я представлял ее как нечто возвышенное, даже несмотря на то, в какой семье родился и как к этому относились родители. Мелисса оказалась совершенно другой — со своими недостатками и преимуществами, она никогда не была идеальной, тем не менее, была и остается источником вдохновения для каждого, кому о ней известно чуть больше, чем жалкие сплетни Пророка. Знал ли я, что произойдет однажды? Конечно, нет. Но я ни разу не жалел, что встретил эту поистине Великую волшебницу.

Первое сентября. Как много в этих двух словах… Одни с ненавистью надевают форму, берут всунутые заботливыми родителями в руки цветы и идут на каторгу, по их мнению, разумеется. Другие спешат в долгожданное место, где хотят поскорее встретить друзей, которых не видели несколько месяцев. Что касается меня, я даже не знала, что думать обо всем этом. С одной стороны — магия. Прекрасная, невообразимая, невероятная и непредсказуемая. Бесконечные возможности, таинственные места и неповторимые знания. С другой — как представлю, что меня ждет, так становится действительно страшно. По-настоящему жутко, ведь Реддл, Дамблдор, философский камень — все это, вероятней всего, ожидает меня уже на первом курсе. Это больше не детская книга с простым выходом из любой ситуации и везением на каждом шагу. Меня могут убить. Быстро, легко, и я даже не успею ничего сказать, сделать или просто вздохнуть. А я очень хочу жить. А началось все утром, когда я, как всегда, встала и, приготовив завтрак, а также перекусив по ходу дела, отправилась на пробежку. Легкая разминка, проветривание мозга помогает разложить все мысли по полочкам, обдумывая дальнейшую линию поведения. Все вещи были упакованы, ожидая своего часа, обе палочки надежно закреплены на предплечьях, а кольцо покоилось на пальце под чарами невидимости. — Поторопись, если хочешь, чтобы я отвез тебя в Лондон. — раздался бас Вернона, когда я вернулась домой после утренней прогулки. — Конечно, дядюшка. — ответила я, поднимаясь в свою комнату. Там стоял мой черный чемоданчик, который я незамедлительно взяла, и клетка с вороном. Тот сразу приветственно каркнул. Взяв в другую руку клетку, я, напоследок окинув взглядом комнату, вышла и стала спускаться вниз. Дурсль уже собирался выходить, так что я пошла за ним прямиком к машине. Вокзал, что неудивительно, был шумным, ведь каждый куда-то торопился, а машины повсюду то въезжали, то уезжали. Суета придавала неповторимый шарм этому месту, создавая особенную атмосферу. Только услышав звук отдаляющегося поезда, как диспетчер объявляет о прибытии очередного экспесса, а кто-то в стороне обязательно закричит: «Поторопись! Напомни, какая платформа? А вагон?». — Выходи давай. И чтобы раньше лета тебя не видел. — проговорил дядя, прерывая мои размышления. — И я буду скучать по тебе. Пока, — со смешком ответила я, мгновенно вываливаясь из машины, чтобы Вернон не смог ничего ответить, и побежала к платформам. Там, кстати, уже находилась рыжая семейка. Что я могу о них сказать? Не подружимся, определенно. Неряшливый вид, и не важно, что нет денег, руки и магию никто ведь не забирал. Громкие вопли, что исходили от них, раздражали. Было сразу видно, что тишины рядом с ними не дождешься. В некотором роде я могла быть необъективной, тем не менее, действительно не люблю подобных людей. Не верю, что Уизли, приложив усилия, не имели возможности поправить финансовое положение. Отсутствие желания — возможно, обыкновенная лень, уверенность в том, что им все должны, что деньги обязаны падать с неба — во все это поверить могу, но не в невозможность волшебнику заработать. И именно поэтому я незаметно проскользнула мимо них, проходя сквозь стену между платформами «9» и «10». Узнать меня тем, кто ищет худенькую девочку в тряпках, практически невозможно, так как я выгляжу, во-первых, немного старше первокурсников, во-вторых, на мне новая одежда, сшитая на заказ. Кольцо под надежными чарами, волосы уложены в аккуратный пучок, а шрам спрятан за косой челкой. В общем, к бою готова. На платформе шумели дети, обнимая провожающих родителей. Где-то мелькнула знакомая белобрысая макушка, в то время как Уизли громко кричали, выделяясь даже из такой большой толпы. Я же, не обращая ни на кого внимание, зашла в поезд и быстро отыскала свободное купе. Разговаривать ни с кем не хотелось, да и что можно обсуждать с детьми? Как бы того не хотелось, я прекрасно понимала, что никогда полностью не смогу влиться в компанию первокурсников, разве что, возможно, через несколько лет, когда те будут постарше, но уже будет поздно. Разумеется, наладить контакт стоит, постараться не превратиться в белую ворону или волка-одиночку, ну и, в первую очередь, полезные знакомства никогда не бывают лишними. Спустя некоторое время в купе без стука вошел рыжий паренек с веснушками, в котором легко можно было опознать ни кого иного, как самого Рональда Уизли. — Ты это, Мелиссу Поттер не видела? Она должна быть где-то в поезде, — проговорил тот. Поразительно, меня еще и специально ищут. И при этом, ни здравствуйте, ни до свидания. Беззвучно выдохнув, я вспомнила о том, что рядом все-лишь одиннадцатилетний ребенок, который желает подружиться с героем из сказок. Тем не менее, стоило сразу указать на нежелание общаться, ибо, судя по всему, потом от него без скандала не отцепишься. — Во-первых, здравствуйте, во-вторых, вы потревожили мой покой, за что следовало бы извиниться. И в-третьих, нет, не видела, — равнодушно ответила я, на что рыжий фыркнул и сразу ушел, пробормотав что-то вроде «точно слизеринка…». Минут через десять в купе постучали. И я абсолютно не удивилась, когда в купе вошел Его высочество Драко Малфой. — Здравствуй, Мелисса. Хочу представить тебе моих друзей, — произнес парень, по очереди указав на подручных. — Это Винсент Кребб и Грегори Гойл, — позади стоящие господа лишь кивнули, продолжая все также молча наблюдать. — Винсент, Грегори, это Мелисса Поттер. — Рада знакомтву, мистер Кребб, мистер Гойл. Проходите. Как думаете, куда вы попадете? Я бы хотела на Рейвенкло, — раздался в ответ мой голос. Пусть я и знала, куда хотят будущие однокурсники, это была хорошая тема для начала диалога. Малфой лишь фыркнул, словно нет ничего очевидней ответа на заданный вопрос, занимая место напротив. — Разумеется, Слизерин. Это лучший факультет! Там училась вся моя семья, и я буду. Такая уверенность в себе от мальчика одиннадцати лет вызывала лишь умиление. И так больно было осознавать, что этим детям, сидящим сейчас в поезде, обсуждающим шоколадные лягушки и квиддич, очень скоро придется быстро повзрослеть. Этот блеск в глазах Драко, его предвкушение, желание оказаться поскорее за зеленым столом, чтобы отец гордился им — как быстро все исчезнет, оставляя лишь муки выбора и совести, когда нужно выбрать между сторонами, между «правильно» и «необходимо». Я приподняла уголки губ, подумав о том, что этому мальчику не место среди змей, он же истинный гриффиндорец, однако говорить об этом, конечно же, не стала — жизнь еще дорога. — Семейная традиция? Как интересно. По этой логике мне дорога только на гриффиндор, — рассмеялась в ответ я, про себя отмечая как забавно закатил на это глаза Малфой. Вся дорога пролетела за разговорами, прерванными лишь однажды, когда в купе заглянула девочка и поинтересовалась, не видели ли мы жабу. Получив отрицательный ответ, она сразу ушла, даже не представившись, впрочем, догадаться кто это, было нетрудно. Так что, когда я к своему удивлению услышала голос старосты, оповещающей о скором прибытии, то подумала о том, что время пролетело до беспредела быстро. Драко, как истинный джентльмен, вместе со своими подручными, уступил купе, давая возможность переодеться. Когда я закончила со своей одеждой, то тоже вышла, чтобы и у мальчиков был шанс надеть школьную форму. Невольно я засмотрелась на вид из окна: деревья быстро мелькали одно за другим, а звезды будто мчались вместе с поездом, не перегоняя и не отставая. Мимо пробегали школьники, то перешептываясь, то громко переругиваясь между собой. Старшие старались помочь первокурсникам, особенно старосты, так что неудивительно, что несколько раз и меня спрашивали, нужна ли помощь. Каждый раз отвечая примерно одинаково, мол все в порядке, спасибо, что поинтересовались, я дождалась появления рядом Драко и постоянно молчаливых Крэбба и Гойла. На перроне первокурсников ожидал Хагрид, не заметить которого было невозможно. Тот оживленно махал своей гигантской рукой, громко подзывая детишек к себе. Я пропустила несколько ребят вперед, не желая привлекать внимание полувеликана, что не укрылось от внимания Малфоя, о чем свидетельствовал его многозначительный хмык. Рассаживаясь по лодкам, к нам присоединился еще мальчик по имени Теодор Нотт. Парни были явно знакомы, так что Малфой в своей покровительственной манере представил меня, не забывая про театральную паузу перед фамилией, на что захотелось вновь закатить глаза. Но больше впечатлило не знакомство с будущим слизеринцем, а сам замок. Он был действительно великолепным. Основатели этого места проделали просто потрясающую работу, и видеть воочию этот шедевр было завораживающе. Во тьме свет факелов отдавал какой-то таинственностью и атмосферой средневековья. Подсознание почему-то подсовывало запах книг и звуки перелистывания страниц. Вид с лодки на озере открывался поистине волшебный. Все остальное мне запомнилось довольно смутно. Драко, кажется, постоянно о чем-то тихо рассказывал, пока мы ожидали своей очереди на распределение. Где-то сбоку раздавался девичий голос, повествующий сто и один факт из истории Хогвартса, а какой-то мальчик — наверняка бедняга Невилл — продолжал искать жабу. Главный зал впечатлил не меньше чем весь остальной замок, хотя, казалось, что удивляться уже некуда. Я старалась держаться ровно, спокойно рассматривая преподавательский стол. Скорее всего до аристократической походки Драко мне еще далеко — все же, его учили с детства, тем не менее, думаю, я держалась неплохо. Хотя нервничала знатно, боясь, что что-то может пойти не так. И даже не факультет — какого цвета будет галстук меня мало волновало — скорее ожидалась очередная подстава в виде легилименции от директора со Снейпом или же какого-нибудь нехорошего зелья. Впрочем, факультет все же играл свою небольшую роль. Мне казалось, что стоило для начала оставаться в нейтралитете, так что Рейвенкло подошел бы как нельзя лучше — учиться я всегда любила. Забегая наперед, скажу, что страхи о проникновении в сознание не оправдались, и мне стоило бы перестать считать себя центром вселенной и целью всех вокруг. Или же я их — попыток — просто не заметила. На самом же деле, до того момента, как мое имя не назвали, ничего необычного не произошло, все попали на те факультеты, что и ожидалось. — Поттер, Мелисса. И тишина. Довольно забавно слышать, как со всех сторон начинают раздаваться шепотки в виде «Это она?», «Та самая Поттер?». Знали бы они как сложно далась мне эта уверенность во взгляде и движениях, пока я поднималась к табурету. Я чувствовала этот пронизывающий взгляд директора, внимательный с ноткой презрения Снейпа и любопытствующие других профессоров. Странный голос мгновенно заполнил разум, едва шляпа коснулась головы, выгоняя все лишние мысли о преподавательском составе из моей головы. Даже несмотря на то, что я знала, что нахожусь в чертовом мире магии, голос в голове показался шизофренией. Вот уж забавно выйдет, если на самом деле я тогда не умерла, а просто сошла с ума из-за травмы головы и лежу сейчас в психушке. — Меня, конечно, нередко сравнивали с шизофренией, однако с подобным я еще не сталкивалась, — задумчиво проговорила шляпа. — Не местная ты, девочка, однако не мое это дело. За секрет свой можешь не переживать, унесу его я собой в мир иной. — А есть рай для шляп? — я не хотела об этом думать, честно! Мысль сама пришла в голову, я тут не причем. — То есть, благодарю. Да. — Вижу страх в тебе я, вижу и любовь к жизни. Море злости, ненависти, жестокости, а сколько амбиций! Умна, бесспорно. И храбрости не лишена. Но есть и добро в душе, как и милосердие. Очень трудный выбор, однако. — Отправьте, пожалуйста, меня туда, уважаемая шляпа, где я добьюсь всего, чего желаю. Чего бы мне это не стоило, — почему-то именно эти слова показались мне наиболее уместными. — Будь по твоему, юная леди, однако не забывай о доброте в своем сердце, не утони в злобе, иначе погубишь всех вокруг, в том числе и себя, — эти слова почему-то запомнились мне на всю жизнь и еще много лет будут раздаваться в моем подсознании, словно мантра. — СЛИЗЕРИН!