Чарли

В тишине, нарушаемой лишь предсмертным хрипом радиоприёмника, сидела девушка. На её раскрытые дрожащие ладони лихорадочно капали слезы, искусанные от непрекращающихся волнений губы дрожали, а на лице, кажется, навсегда застыла гримаса величайшего горя. Внутренний дискомфорт, доставляемый лишь собственными домыслами, только добавлял в её состоянии несколько баллов к безысходности, а сердце колотилось так, будто она пробежала марафон в несколько сотен миль. Но споткнувшись и упав, так и не увидела финиша. Теперь все её мечты и планы чётко возникли перед её заплаканными глазами, — то был последний раз, когда они виделись. Восстав перед ней во всей красе и яркости, отличный колледж в Балтиморе, работа в больнице и счастливое будущее будто бы объединились, чтобы с презрением взглянуть на Сару и в немом укоре покачать головой. А затем всё это исчезло, уступив место чему-то тёмному и страшному, с огромными лапищами, вытягивающими из неё все жизненные силы и всю энергию. Это называлось одиночество и безысходность, бедность и отчаяние, горе и вечное скитание в поисках лучшей жизни. Представляя, что её ждёт, Сара боялась. Ей было так страшно, а тошнота подступала к горлу, и, честное слово, саму себя хотелось задушить. Но такое иногда случается. Девушки влюбляются в парней, они занимаются с ними сексом, а затем оказываются беременны. Вот только парни в большинстве своём бесследно исчезают, узнав эту пугающую и безысходную правду. Ах, ну почему мир так несправедлив? Ведь Сара все на свете бы отдала, только бы тоже исчезнуть, только бы от самой себя сбежать и от своего ужасающего положения. Мама её убьёт. Друзья перестанут с ней общаться. Никакого колледжа, никакой работы, только вечные пелёнки, слезы и наверняка зелёные глаза её будущего ребёнка, которые каждый день и каждую секунду будут напоминать ей о Майкле Тёрнере. — Сара, ты плакала? Обеспокоенный мужской голос неожиданно вырвал девушку из своих нерадужных мыслей. Сара шмыгнула носом и поспешила отвернуться, чтобы стереть мокрые дорожки от слез, но Майкл в мгновение ока оказался рядом, обхватывая её раскрасневшееся лицо ладонями. — Маленькая, что случилось? Она не могла поднять на него глаз. Сердце заколотилось от страха: может быть, оборвать все сейчас? Сказать ему и сбросить, наконец, с себя этот груз бесконечных переживаний? Нетрудно даже представить его реакцию на её беременность: кровь отольет от его красивого лица, взгляд нервно забегает по всем предметам в комнате, и, в конце концов, резко встав с её кровати, Майкл уйдёт и больше никогда не вернётся. Мама словно в воду глядела, проведя с ней этот «важный разговор для подростков» пару недель назад. Зачем капитану футбольной сборной, всеобщему любимчику и парню, что только и делает, что собирает приглашения из ведущих колледжей, ребёнок? Но, самое главное: зачем ребёнок ей? Сара нервно сглотнула и накрыла ладони Майкла своими. — Послушай, я должна тебе кое-что сказать, — дрожащий голос совсем невовремя сорвался на шёпот. — Я... Майкл, я... Нет, ей не хватит смелости просто взять и разрушить их отношения сейчас. Нужно подождать, нужно просто подготовиться к тому, что её ждёт. И подготовить его. — Ты расскажешь, что произошло? — нервно спросил Майкл. Девушка кивнула. Слезы снова хлынули из её глаз, и она бросилась в родные объятия, будто в последний раз вдыхая его запах. — Ничего, — отчаянно прошептала она, с силой прижимаясь к любимому Тёрнеру. — Я просто очень сильно тебя люблю.

***

Кэнди смотрела так, будто видела её насквозь. Будто в эту самую секунду она читала все её мысли подобно интересной книжке, иногда хмурясь, а иногда удивлённо вздыхая. Саре было тяжело под этим взглядом, и она с силой закусила губу, смотря на яблоко точно на своего самого главного врага. Пять минут назад она хотела это яблоко. — Может, ты расскажешь мне, почему ты такая бледная? — наконец, не выдержала Кэнди. Сара подняла на лучшую подругу испуганный взгляд и поспешила покачать головой. Никто не должен об этом знать, ведь после бессонной ночи у О'Нил, наконец, появился план. Когда начнёт появляться живот, девушка, никому ничего не сказав, уедет к своей религиозной бабушке в Балтимор. Она её поймёт, поможет с ребёнком и ни о чем не расскажет маме. Да, так Сара и поступит. Наверное. — Привет, малышка, — Майкл обошёл стол, поцеловал девушку в макушку и сел рядом, хватая её яблоко. — И тебе привет, Кэнди. Нельсон кивнула Тёрнеру, не сводя с лучшей подруги глаз. Сара посмотрела на яблоко в руках своего парня, представила его вкус, и к горлу неожиданно подступила тошнота. Изо всех сил сдерживая рвотные позывы, девушка сорвалась с места и побежала в уборную, оставляя Майкла и Кэнди в немом шоке. Недолго думая, они оба сорвались за ней.

***

— Сара, открой или я выбью эту чёртову дверь! Кэнди побагровела. — Майкл, это женский туалет! — Мне плевать. Он не просто переживал, он был в панике. Нет, с его любимой Сарой, определённо, что-то не так. Сначала она его избегала, потом не отвечала на звонки, а теперь и вовсе убегает от него, заперевшись в школьной уборной! Она была не в себе, и если это не значит, что О'Нил хочет с ним порвать, тогда Майкл вообще не понимает, что могло случиться с его любимой девушкой. Ведь у них не было ни одного, даже малейшего повода разорвать отношения. Они всё своё время проводили вместе, они понимали друг друга, они защищали и оберегали друг друга, занимались сексом, целовались, смеялись, шутили, ходили на вечеринки и напивались вместе до беспамятства. Чтобы сейчас вот так взять и всё разрушить? Майкл был не готов к этому. Он не собирался отступать. — Пожалуйста, прекрати колотить, ты сломаешь дверь, — тихо сказала Кэнди и коснулась плеча Тёрнера. Это его не остановило, но на долю секунды заставило отвлечься. Нельсон взяла парня за руку и с силой заставила его отойти от двери. — Майкл, послушай, — девушка явно нервничала. — Возможно, есть что-то, о чем я догадываюсь. Она сейчас ничего не скажет. Но если ты оставишь нас, она во всём сознается мне. И тогда я, обещаю, все расскажу тебе.

***

Её лихорадочно трясло ещё несколько минут. Осев на холодном полу, Сара обхватила себя руками и горько разрыдалась. Делать больно Майклу — последнее, что она хотела в этой жизни. Но ей было бы в миллион раз больнее, если бы она во всем ему призналась. Видеть его лицо, смотреть ему вслед и безнадёжно ждать, когда он вернётся... пустая надежда — худшее из чувств. — Сара, Майкл ушёл, ты можешь меня впустить? Когда голос подруги коснулся слуха девушки, она мгновенно поднялась на ноги. Пусть Кэнди знает. Пусть будет в этом мире хотя бы один человек, который её пожалеет, который обнадежит её и скажет о том, что жизнь ещё не кончена. Дрожащей рукой Сара открыла дверь, нервно оглядываясь по сторонам и впуская подругу внутрь. — Ты в порядке? — в ту же секунду напала Кэнди. На самом деле, Сара не была в порядке. Она выглядела ужасно с этим бледным заплаканным лицом и синяками под глазами длиною в несколько ночей. Кэнди заботливо схватила лучшую подругу за руки и посмотрела в её глаза. — Пожалуйста, расскажи мне. — Я беременна, — как на духу выдала Сара и крепко зажмурилась. — Я беременна, Кэнди, у меня будет ребёнок от Майкла... Господи, какой позор, какой же это кошмар, я не представляю, что будет... У Кэнди отвисла челюсть. Она схватила девушку за плечи и с силой прижала её к себе, — это не было объятие-поздравление или объятие-утешение, — так она хотела скрыть свою ошеломленную мину от такой сокрушительной новости. Конечно, конечно все симптомы лежали на поверхности, и разумеется, Кэнди догадывалась о чем-то подобном, но услышать это наяву было шоком. И когда Нельсон отстранилась, она в первую очередь спросила: — Ты его оставишь? Сара в удивлении распахнула глаза, машинально касаясь ладонью своего живота. — Конечно, Кэнди, — с губ слетел жалкий всхлип. — Я слишком сильно люблю Майкла. И я не хочу убивать его ребёнка. Но Кэнди Нельсон сама была ребёнком. Ей трудно было всерьёз оценить сложившуюся ситуацию. Ещё труднее было Саре. — Ты должна рассказать ему обо всем, — тихо сказала она, сжимая плечи подруги. — Я знаю, Кэнди, я знаю. Но я так не хочу его терять, боже мой, я не представляю свою жизнь без Майкла... Девушка снова бросилась в рыдания, пытаясь хоть на секунду визуализировать свое будущее. Но оно во всех случаях без малейшего исключения было печальным. Оно во всех случаях было без Майкла. — Почему без него? Что ты такое говоришь? С губ Сары слетел горький смешок. Она заботливо пригладила светлые волосы лучшей подруги и с болью в голосе пробормотала: — Потому что он бросит меня, как только узнает правду. Самый популярный парень в школе, к тому же, ещё и один из Чёрных Драконов. Ему уже прислали несколько приглашений в ведущие колледжи страны. Зачем ему такая обуза? — Но ведь это его ребёнок... — с грустью прошептала Нельсон, упорно не веря в такой печальный исход. — Не будь такой наивной, Кэнди.

***

Майкл впервые так сильно нервничал. Удивительно, что с его душевным состоянием может сделать один звонок от любимой девушки и её дрожащий голос, прошептавший в трубку: «Приходи сегодня ко мне, я должна тебе кое-что рассказать». Надо же! Он стоял перед дверью её дома и волновался, как мальчишка! Такого страха не было даже в тот день, когда решали, кто будет капитаном команды — он или Стив. Всё это значило лишь одно: Сара собирается с ним порвать. И Тёрнер совершенно не был к этому готов. — Привет, заходи, — Майкл даже не заметил, как открылась входная дверь, а перед ним появилась маленькая фигурка его маленькой Сары. — Мамы нет дома. Он медленно побрел за ней в гостиную. Обычно уверенный и весёлый, Тёрнер был молчалив и погружен в свои мысли. Он не мог поверить, что после всего, что между ними было, Сара собирается с ним порвать. Любую на её месте он бросил бы без раздумий сам, но только не её — девушку, которую он действительно полюбил всем сердцем. — Садись, — О'Нил коротко кивнула на диван. Майкл сел, сложил руки на груди и стал ждать. Молча ждать, когда она нанесёт этот удар. — Перед тем, как я тебе во всем признаюсь, ты должен знать, — девушка села рядом и взяла его руку в свою. Тёрнер ужаснулся — какая же ледяная её ладонь! А что, если она больна? Тогда они ни в коем случае не расстанутся. Что угодно, только не это паршивое «разлюбила». Хотя, конечно, лучше пусть она его разлюбит, чем заболеет. — Я очень сильно тебя люблю. Ничто и никогда не изменит этого. Что-то кольнуло в груди. Он собрал волю в кулак и сжал челюсти, подбирая слова. — Сара, если ты собралась со мной расстаться, то это очень... — Мы расстанемся, Майкл, — кивнула она. — Потому что я беременна от тебя. Сара быстро вырвала свою ладонь из его крепкой хватки и тихо заплакала, отвернувшись. На долю секунды ей даже показалось, нет, она позволила себе помечтать о том, что Майкл обрадуется или просто примет новость. Она ждала, что он коснётся её плеча и заключит в свои объятия, чтобы успокоить. Но этого не произошло. Тёрнер остался в ступоре.

***

Зелёные глазки, обрамленные густыми ресницами, кажется, изучают все вокруг: начиная от длины каждой травинки газона и заканчивая количеством клевера в саду. Он всё считает и считает, хмурится и морщит лоб, а затем в обиде дует губы и, недовольный, встаёт. Сара с улыбкой наблюдает за ним, сидя на веранде и разбирая письма, наконец пришедшие на их новый адрес. Она ещё не успела привыкнуть к этому дому, ведь здесь, наконец, было просторно, здесь, наконец, можно было наблюдать весну во всех её проявлениях. Чем и занимался маленький Чарли, не переставая исследовать природу и испуганно отскакивать от всяких букашек, взаимно проявляющих интерес к пятилетнему мальчику. — Мамочка, — он подходит к девушке и усаживается на её коленки, обвивая её шею маленькими ручками. — А кто мой папа? Сердце Сары пропускает удар. Она поджимает губы, так и не научившись за все эти годы лгать. И как вообще можно соврать этим зелёным глазам, в которые она влюбилась ещё подростком? Девушка вздыхает и с улыбкой признается: — Твой папа — супер-герой, малыш. — Ого! — мальчик округляет глазки и широко улыбается. — Он и летать умеет? И людей спасает? Как ты в больнице? — Ну конечно, Чарли. Только я всего лишь медсестра, а он настоящий герой. Чарли мгновенно оживляется. Видеть блеск в его глазах — настоящее счастье для Сары, пусть даже она так бессовестно врет своему ребёнку. — А где он сейчас? Когда я смогу его увидеть? Легкий ступор ненадолго овладевает девушкой. Она нервно поправляет волосы и сглатывает, снова погружаясь в свои выдумки. — Ох, он, видишь ли, боюсь, что он... он на важном задании сейчас. И кого-то спасает. Так что ты лучше... — А вот и неправда! — мужской голос за спиной Сары заставляет её судорожно обернуться. Молодой парень в костюме супер-героя с этим глупым развевающимся на ветру красным плащом уже присаживается на корточки и широко расставляет руки для объятий, куда и влетает радостный Чарли. — Папочка! Ты правда супер-герой! — радостно верещит он. Сара улыбается и качает головой, поднимаясь со ступенек и подходя к мужу. Майкл оставляет на рыжей макушке своего сына быстрый поцелуй и подхватывает мальчишку на руки, вставая и целуя жену. Едва сдерживая смех, миссис Тёрнер наклоняется к его уху. — Ты зачем весь сюрприз испортил? День Рождения ведь завтра, теперь Чарли не удивится. — Прости, маленькая, я просто не выдержал. Хотел порадовать его уже сегодня. Тебе ведь понравилось, да, сынок? Мне идёт этот костюм? Я так похож на супер-героя. Чарли смеётся и кивает, обвивая шею отца руками. Двое самых любимых и важных мужчин в её жизни улыбаются Саре, и она не может скрыть ответной улыбки. Две пары зелёных глаз буквально прожигают её своей детской мальчишеской радостью, возвращая тогда ещё будущую миссис Тёрнер на несколько лет назад. Это не Майкл должен был тогда просидеть целый час в ступоре у неё дома, узнав новость про беременность Сары, это должна была сделать она, совсем не подозревая, что родит своему парню маленького лучшего друга, а не ребёнка.