Don't Wanna Know

В этом году зима началась раньше обычного и уже в первую неделю декабря встретила снегом. Джебом в этот день остался дома, придумав отмазку для того, чтобы не видеться с Сонмином. Как суеверный ребенок, он был уверен, что первый снег нужно встретить с тем человеком, с которым не хочешь расставаться весь следующий год. И это точно был не Мин. С момента их минувшей ссоры всё пошло по наклонной, что совсем неудивительно. Джебом хотел понять, готов ли примириться с ситуацией и впустить-таки парня в свою жизнь, понадеявшись на то, что чувства ещё появятся когда-нибудь. Говорят, аппетит приходит во время еды. Но Джебом был будто из числа других. Тех, кто был готов вечно голодать, но не пробовать того, к чему не испытывал желания. Это чувство ни с чем не спутать и ничем не заменить, и теперь он знал это. Пытаясь привести мысли к единому решению, он чаще остаётся дома, а в день особенно мощного снегопада садится за синтезатор. Кажется, впервые за прошедший год. Поначалу всё ощущается странным, ведь он так давно не касался клавиш, что даже страшно. И отвлекает будто всё вокруг: и кошка, по старой привычке прыгнувшая на колени, и пыль, взмывающая в воздух при каждом прикосновении к инструменту, и пушистые хлопья снега, кружащие за окном прямо перед его глазами. Однако, проследив за их мерным движением, в душу закрадывается необъяснимое спокойствие. Джебом вновь пробегается глазами по тексту, что удалось собрать в некоторое подобие стиха, а затем переводит взгляд на нотную тетрадь. Способен ли он сделать это? Раньше он уже создавал собственные несложные мелодии, но это вроде как совсем другое. Хотя терять-то нечего, а попыток не увидит никто, кроме него самого, так что, пожалуй, всё не так уж страшно. Он пробует несколько нот, долго вслушиваясь в каждый звук, выжидая, когда внутренний голос подскажет, что это оно. На удивление, выходит именно так, и дальше мелодия складывается сама собой, как будто Джебом заранее знал, как сыграть её. Только бы успеть записать всё. Он не задаётся вопросами "зачем" и "почему", просто следуя ощущению, что вело его. Это приятно - слушать себя. На волне вдохновения Джебом записывает ещё один текст, заручившись поддержкой психолога. Тот говорил, что это может быть неплохим способом рефлексии и ещё одним упражнением лично для него. Забавно, ведь у него никогда не было тяги к стихам. Вернее, он любил их читать, но никогда не чувствовал себя тем, кто может красиво излить душу на бумагу. Живопись, поэзия - всё это казалось ему чуждым, будто он слишком.. обычный, чтобы создать нечто стоящее. Однако теперь его мысли перенаправились в другое русло. Не то, чтобы Джебом ощутил в себе много новых сил или способностей, но он определённо меньше думал о том, что чего-то не может или чего-то недостоин. Наверное, работа над собой в течение многих месяцев не прошла даром. Теперь он брался за новое без давящей тонны сомнений, ведь, попробовав, он ничего не потеряет. Он втягивается так сильно, что записывает что-то и за завтраком, и в редкие перерывы на работе, и по дороге домой, наблюдая очередной закат. Каждый был новым и особенным, ведь они никогда не повторяются, и Джебом был рад вновь заметить это.

"Небо озарено ярким светом, но почему моему сердцу холодно?"

Он снова стал чаще оставлять машину и больше передвигаться пешком или на метро. Так было больше возможностей остановиться и оглянуться вокруг.

"Я всегда боялся. Как же я выживу в этом мире без тебя? Смогу ли я преодолеть всё это в одиночку?"

Казалось, будто любые новые обстоятельства, места, буквально всё вокруг подталкивает к размышлениям, которые стремительно складываются в строки, стоит лишь вдумчиво переписать их пару раз.

"Когда я стану лучше, мы встретимся снова. Я так желаю этого, что становится дурно"

Ещё пара недель в делах и заботах пролетают так незаметно, что Джебом даже удивляется, когда Джинён спрашивает, всё ли у него в порядке, наведавшись в гости одним из вечеров. - Я чего хотел-то, - удостоверившись, что беспокойство излишне, Пак уже по обыкновению наливал себе чай, - Какие планы на новый год? Югёму в голову взбрело поехать в Инчхон на горячие источники, представляешь? И он рассказал мне, когда уже всё заказал. А там же ценник конский на праздники, вот чем он вообще думает.. - А ты будто не доволен, - Джебом даже усмехается, смотря на то, как друг ворчит, а сам едва улыбку сдержать может. - Ну, знаешь, доволен не доволен, а выбора у меня уже нет, так что хотел предложить тебе съездить с нами. В том отеле даже места ещё остались, может, как раз познакомишь нас уже с этим своим. - Да я вроде как думал на праздники уехать к родителям. - В смысле один? - Ага, - видя, как Джинён уже открывает рот, он отвечает на опережение, - Мы разошлись. И здесь нечего обсуждать, это просто не моё. А дома я давно не был нормально, так что возьму недельку от отпуска и побуду там подольше. - Уверен, что всё нормально? - Полностью, - Джебом даже не пытался лукавить. Он до сих пор был многим озадачен, и также многое не мог понять, но, тем не менее, был в норме, - Сменю обстановку, я давно не ездил за город. Говорят, там воздух чище и всё такое. Ммм.. и мамина стряпня, конечно. - Если продолжишь так нахваливать, то я и сам к вам наведаюсь, - Джинён улыбается, вспоминая, как ещё в школьные времена нередко оставался в доме семьи Им на ужин, потому что подтягивал Джебома по учёбе. Тот, вообще-то, и сам был неплох, но вечно витал в облаках и легко отвлекался, - Передавай привет родителям. - Передам, - лица Джебома тоже касается улыбка. В этом разговоре будто витала нотка ностальгии тех "старых добрых", о которых принято вспоминать иногда. Может, тому способствовала предновогодняя атмосфера, хотя не то, чтобы Джебом ощущал её так же ярко, как годами ранее. Но праздники ожидались и правда приятными, он действительно давно хотел сделать это. Да и друзей хотелось оставить наедине, ведь весь прошедший год они только и делали, что крутились рядом. Старались делать это ненавязчиво, но Джебом видел всё. Каждый обеспокоенный взгляд, каждый жест поддержки и, конечно, то, как они старались не оставлять его в одиночестве. И он ценил всё это, отчего и хотелось сделать для них хоть что-то в ответ. Поэтому, заранее зная о планах Югёма, он и решил составить свой тоже, чтобы не мешать ребятам провести их "уикенд мечты". Последнюю неделю перед отъездом он проводит в неторопливых сборах. Нужно было позаботиться о теплых вещах, подготовить подарки родителям, включая доставку кое-чего из оборудования для фермы, а также договориться с коллегой, чтобы тот кормил кошек, пока ни его, ни Джинёна не будет в городе. Питомцев он балует тоже, раздав им лакомства и прикупив даже несколько новых игрушек, чтобы они не слишком скучали в его отсутствие. Последнее перед отъездом утро Джебом проводит максимально расслабленно. Завтракает в тишине, наблюдая из окна за тем, как солнце поднимается выше, заливая светом небольшую кухню. Затем он вовремя вспоминает о цветке. Нужно бы напомнить и всем, на кого он оставляет квартиру, что его нужно поливать. К этой обязанности он сам уже привык, поддерживая растение в хорошем состоянии, и не хотел, чтобы оно пострадало снова. До выхода оставалось ещё несколько часов, так что Джебом вновь усаживается за синтезатор, задумавшись о лирике, которую он писал последнее время. Да, он уже знал, что это не просто стихи, и написание музыки для них было лишь вопросом времени, которого вечно не хватало. Но даже в те моменты, когда строки только рождались в его голове, некоторые из них уже накладывались на определённый мотив как бы автоматически. Так что найти его по итогу было уже многим легче, чем в прошлый раз. Мелодия получалась интересной и нравилась Джебому уже с первых нот, поэтому остаток времени он занимался ей, обещая себе ещё вернуться к этому делу. Путешествуя на автобусе, можно наконец обратить внимание на удивительные виды из окон. Включив в наушниках что-то тоскливо-романтичное, подпереть лицо рукой и просто наблюдать за тем, как городские пейзажи сменяются бескрайними полями и плантациями, а также лесами на горных возвышенностях, что были особенно красивы сейчас, под лёгкой снежной насыпью. Здесь кажется, что ты совсем далеко от приземлённых проблем. Остаться бы так.