Мамочка и крысы.

На мир падёт кара, отравим их реки Сожжем все поля, умирая на веки.

      В небольшой комнате темно. Книжные шкафы вмещают в себя пыльные книги, которые, казалось, никто не открывал достаточно долго.       В кресле, обитом темно-зеленым бархатным материалом, сидит женщина. Её рука свободно, неудобно свисает с подлокотника, а голова — того и гляди — опустится. Она одета в красивое белое кимоно, а на коленях лежит книга. Ее лицо, бледное, с впалыми щеками, не выражает ничего. Мамочка спит. Мамочка устала.       По прогнившим доскам передвигаются грызуны. Маленький крысиный народец несколько дней пытается подобраться к матери, чтобы оторвать лакомый кусочек плоти. Я не буду ей мешать — лишь отгонять нарушителей покоя. Но… если честно… Я бы тоже хотел вцепиться в её плоть — зубами, ногтями и почувствовать на кончике языка вкус чуть сладковатого мяса. Она ведь не будет против?

***

Нас спаси сохрани, молил черной Лилит Во тьме ее лик, голос гневно твердит Что я должен убить, крови алой испить Как теперь с этим жить, зло окутало в лжи

Я должен терпеть. Мамочка скоро проснется и мы пойдем есть. Желудок скручивает об одной мысли о пище. Мама выглядит как спящая красавица. Она очень похудела, а ее запах усилился. Сладкий, сладкий, сладкий аромат мяса. Всего один укус…

***

Танджиро стоял перед небольшим старым домом, что освещала блеклая луна. Рядом с жилищем разбит небольшой, заросший сад. Под ногами старшего Камадо трескались каменные плиты — настолько они были ветхими. Парень вздохнул… И зашёл внутрь.

***

Кто виновник сей пьесы, кто внес траур в наш сад Вас приветствуют бесы, зови Маркиз де Сад

Повсюду валялись трупы крыс. Свежие, старые — их было много. От их запаха мечнику хотелось плакать — настолько резким он был. Танджиро прошел в самую большую комнату, к которой вело самое большое количество мертвых грызунов. В старом, запылившемся кресле находилось обглоданное тело в грязном одеянии. В отличии от остальных комнат, в этом крыс не было. Парень осмотрелся. Послышалось рычание. Парень отпрыгнул, держа клинок наготове и разглядывая противника. Тело демона было невероятно тощим. На руках и ногах проступали уродливые вены, а глаза застилала слизь грязно-зеленого оттенка. Сзади бился огромный хвост, напоминавший мышиный. О́они стоял на четвереньках и грозно скалился. Его губы беззвучно шевелились. Камадо приготовился к битве.

***

Принесённый был в жертву напрасно, кровавый закат небо озарит красным

Мальчик аккуратно вложил почерневший от времени кулон в кровавую костлявую руку. Ему было жаль. Но он не колебался. Демоны — есть демоны. А людей, которых они убили, вернуть нельзя. Зато можно спасти еще много жизней. Если… Постараться. Как только Камадо Танджиро отошёл от дома, тот рухнул, а его история была погребена под завалами. Впереди юношу ждала ещё одна миссия.