Ударь меня, если сможешь

arctic monkeys — do i wanna know

На следующее утро Лука снова столкнулся с Элиоттом. На этот раз в автобусе. Высокий парень стоял облокотившись на поручень и залипал в телефон. Лука заметил его сразу. Трудно не заметить. Следом за Лалльманом заходили несколько женщин, заставив потесниться как раз к тому, кого Лука хотел видеть меньше всего. Мало того, когда автобус двинулся, Лука не удержался и буквально впечатался в Элиотта. Демори среагировал быстро, он аккуратно подхватил парня под руку, чтобы тот не упал назад, и каково было его удивление, когда он увидел перед собой Луку. — Убери руку, — проскрипел Лалльман. — Это у тебя вместо спасибо? — Элиотт усмехнулся, но руку убрал, хотя отстраняться не спешил, потому что иначе Лука снова бы свалился. — Если не хочешь еще раз упасть, советую взяться за поручень. — Без тебя разберусь, не маленький, — огрызнулся Лука, всё-таки хватаясь за поручень. — Что тебе опять не так? Этот автобус не твоя частная собственность и я имею полное право находиться здесь. Не веди себя так, будто я специально сел на этот рейс, просто чтобы побесить тебя, — парировал Элиотт, помещая свою руку немного выше руки Лалльмана, наблюдая за его реакцией. — Ты можешь просто заткнуться? — Лука поднял свой испытывающий взгляд на Элиотта, а затем перевёл на их едва соприкасающиеся руки. Он чувствовал тепло исходящее от ладони Демори. — Раздражаешь. — Да пошел ты, — не выдержал Элиотт и отшатнулся от Луки, тем самым лишая того опоры. — После тебя, — Лука фыркнул в след и не малой силой удержался от падения, не ожидая такой реакции парня. Не многие позволяли себе послать его. Но Элиотт по всей видимости еще не был осведомлён об этом. Они вышли на одной остановке, в пяти минутах от школы. Лука собрался перейти дорогу, чтобы пойти по другой стороне, подальше от Элиотта. Вот только он не заметил за отъезжающим автобусом машину, которая вылетела из-за угла на бешеной скорости. Благо Демори научился смотреть по сторонам и вовремя схватил Лалльмана за руку, чтобы увести с проезжей части. — Ты совсем больной? Жить надоело?! — завопил Элиотт. Он был терпеливым, но у всего есть свой предел. — Может и надоело! Не твоё дело, пусти, — Лалльман вырвался из цепкой хватки и с вызовом посмотрел на Элиотта. — Если не думаешь о себе, то подумай хотя бы о своём соулмейте, придурок, — было видно как Элиотта немного трясёт. Лука и сам испугался, но виду не подал. Еще несколько секунд и он мог бы оказаться под машиной, которая пролетела мимо, даже не обратив внимания на происходящее на обочине. — У меня нет соулмейта. А даже если бы и был. Меня он не волнует, — Лука покачал головой. — И вообще думай о своём соулмейте. А о себе я как-нибудь позабочусь сам, — не дожидаясь ответа, Лалльман двинулся в сторону школы, чтобы не ляпнуть чего лишнего. — Вот именно, как-нибудь, — в догонку бросил Элиотт. Он не стал ничего говорить о возможности того, что они с Лукой были соулмейтами. — Если бы не я, тебя бы сейчас пришлось отскребать от асфальта, — подметил парень, пытаясь придать голосу шутливый тон, чтобы разрядить обстановку. — Если бы не ты, я бы и не попал в эту ситуацию, идиотина, — не оборачиваясь ответил Лука, показал средний палец и пошел дальше. Элиотт же остановился и провел ладонью по спутанным волосам, приглаживая, а затем несильно впился короткими ногтями в кожу головы, чтобы отвлечься от ноющего чувства внутри. Лука был прав. Если бы не Элиотт, такого скорее всего не произошло бы. Может и правда стоит не приближаться к нему, раз уж он так этого не хочет и психует? Может так будет лучше для них обоих? На данном этапе Элиотт решил для себя оставить Луку в покое и просто посмотреть что из этого получится.

***

Следующие две недели Демори старался минимизировать количество встреч между ними. Но полностью избегать Луку не удавалось никак. Хоть парни и учились в параллельных классах на разных направлениях, общие уроки всё равно у них были. Элиотт всеми силами сдерживал себя, чтобы не оборачиваться назад, на последнюю парту, за которой всегда сидел Лалльман. Но также Элиотт чувствовал прожигающий взгляд парня на своём затылке через всю аудиторию. Неужели он настолько вызывал отвращение у Луки, что тому было противно банальное нахождение в одном помещении? Разве не должно быть все наоборот? Они всё-таки соулмейты, должно же быть хоть какое-то взаимное притяжение! Только в столовой Элиотт позволял себе беглые взгляды в сторону Лалльмана, потому что ему уже было физически трудно удержаться. На Луку хотелось смотреть. А еще хотелось его обнимать, вдыхать запах его волос... Целовать в конце концов. Демори буквально чувствовал как его сердце разрывается от простого желания хотя бы коснуться. И каждый день он задавался вопросом, почему Лука не испытывал того же. А ведь Лука испытывал. Может быть даже сильнее, чем Элиотт. Но Лалльман не понимал природу этого чувства. Он до сих пор убеждал себя, что Демори точно не его соулмейт. Что это просто временное помешательство. И Лука проклинал себя за него. Он не мог позволить себе поддаться этой слабости ради коротких мгновений счастья, которое потом обернётся крахом. С одной стороны, Лалльман был безмерно рад, что Демори отвязался от него. В конце концов именно этого он и добивался. А с другой стороны, его до чёртиков бесило, что Элиотт так быстро отказался от возможности добиться расположения Луки. Потому что Элиотт был не таким как все. Он не знал о всех проступках Луки и не вел себя с ним так как остальные. Элиотт не боялся его. Мог огрызнуться в ответ. Не был предвзятым. Хотя об этом можно уже было поспорить. В последнее время Лука начал замечать, что Элиотт тусовался на переменах ни с кем иным как с Артуром. А значит можно быть уверенным на сто процентов, что тот точно рассказал всё плохое и самое худшее о Луке, да еще и наверняка в ярких красках. Поверьте, Артуру было, что рассказать. И от этого Лука постоянно чувствовал злость, она скапливалась внутри него и пульсировала, грозилась вырваться наружу. Луке безумно хотелось выместить её хоть на ком-нибудь. И случай подвернулся как некстати. После длинного учебного дня, Лалльман вышел с Яном и Базилем из школы и парни решили не идти сразу домой, а завернуть за здание, чтобы покурить. Там было что-то вроде небольшого парка, с несколькими столиками и лавочками для учеников. Какой удачей оказалось то, что за одним из этих столиков сидел Бруссар, уткнувшись в конспект. Вот ему то Лука и хотел вломить больше всего. За то, что он позволял себе находиться так близко к Элиотту, позволял себе дружить с ним. Луке это не нравилось. Поэтому Лалльман уверенным шагом направился к блондину, Ян и Базиль без особого энтузиазма плелись за ним. По правде, им немного поднадоело кидаться на прохожих. Парни по большей части были лишь наблюдателями того, как Лука издевался над кем-нибудь. Но сказать ему, чтобы он прекратил это делать никто из них не решался. Базиль и Ян были единственными, кто от части знал, что на самом деле происходит с Лукой и почему он так поступает, поэтому и относились к происходящему как к должному. Все попытки вразумить друга закончились еще в прошлом году. Оставалось только смириться. Подойдя к столику, Лука лениво достал сигарету и подкурил, нависнув тенью над Артуром, который не спешил поднимать голову.

james arthur — impossible

— Ну и чего это ты сидишь тут один? Где же ты потерял своего нового парня? — ядовитым тоном произнес Лука, стряхивая пепел прямо на раскрытую тетрадь Бруссара, не заботясь о том, как искорки прожигали тонкую клетчатую бумагу. Артур молчал. — Эй, я с тобой разговариваю, ботан, — Лука толкнул парня в плечо, заставляя поднять испуганный взгляд. — Я не понимаю о чём ты, — промямлил Артур, снова опуская голову. — Не прикидывайся, ты прекрасно знаешь о чём я, а если быть точнее, о ком, — церемониться Лалльман не планировал, он выбросил сигарету на землю, схватил блондина за грудки и поднял на ноги. — Он не мой парень! — в защиту взвизгнул Артур, делая шаг назад и тем самым загоняя себя в ловушку, практически упираясь спиной в стену. — Правда? А мне показалось, вы хорошо спелись, — толкнул Артура к стене Лука и сжал кулак, готовясь к удару. Но его отвлек тихий голос Яна. — Лука, он идёт сюда. — Кто? — необорачиваясь спросил Лука, с ненавистью и ревностью глядя на сжавшегося паренька перед ним. — Эли... — не успел договорить Базиль, потому что в этом не было нужды. Демори возник будто из ниоткуда, загородил собой Артура и с нескрываемым разочарованием во взгляде посмотрел на Луку. — А вот и бойфренд подоспел, — фальшиво улыбнулся Лалльман. Он пытался не показать того, как в этот момент с него слетела вся спесь. И как злость, скопившаяся в нём за всё это время, рассеялась только от одного взгляда на Демори. — Отойди, если не хочешь получить по своему милому личику вместо него, — Лука указал подбородком за спину Элиотта и заметил, что Артур успел выскользнуть оттуда и уже бежал со всех ног подальше. Кулаки Лалльмана снова сжались. Он хотел ринуться за блондином, но рука Элиотта, опустившаяся на его плечо удержала горе-хулигана на месте. — Что он тебе сделал? Зачем Артур тебе нужен? Можешь нападать лишь на тех, кто слабее тебя? — провакационно спросил Демори. — Могу и тебя разукрасить, если ты так этого хочешь, — рявкнул Лука, сбрасывая руку Элиотта. — Да? — вскинул брови Демори и наклонился вперёд, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с лицом Луки. — Ну так давай, — уверенный взгляд, — ударь меня. Ударь меня, если сможешь, — с вызовом в голосе произнёс Элиотт. Это уже было дело принципа. Лука не хотел бить Элиотта, но он не привык трусить перед такими очевидными выпадами в свою сторону. Лалльман занёс руку назад, чтобы рассчитать силу удара и удивился про себя тому, что Элиотт даже не двинулся с места, не попытался увернуться, просто стоял и ждал, когда на него обрушится удар. Что ж, это его выбор. Лука дёрнул руку вперёд, собираясь въехать в челюсть стоящего перед ним парня и понял, что ничего не произошло. Он нахмурил брови и замахнулся снова, в этот раз планируя удар в солнечное сплетение, но рука просто замерла в нескольких миллиметрах от цели и Лука не мог ей пошевелить. Будто какая-то неведомая сила удерживала его. — Какого хуя?! — возмущенно воскликнул Лалльман, растерянно оборачиваясь на застывших в изумлении друзей. Ян и Базиль ошарашенно смотрели на Элиотта, который одним своим взглядом показывал, что им пора съебаться, что они и сделали, поспешно, спотыкаясь на ровном месте. Лука и Элиотт остались наедине. Рука Луки все еще находилась в замершем состоянии, он боялся ей пошевелить, пока не услышал голос Элиотта, выводящий его из оцепенения. — Что с тобой не так? — спокойно задал вопрос парень и посмотрел прямо в глаза. — Долго еще будешь делать вид, что ничего не понимаешь? — Элиотт закатал рукав своей толстовки и продемонстрировал Луке надпись на своём запястье. Лука немигающим взглядом смотрел на дату своего рождения и на него наконец-то в полной мере обрушилось осознание. Осознание того, что Элиотт действительно его соулмейт. И того, что Лука ужасно облажался перед ним. На глазах Лалльмана неосознанно выступили слёзы, впервые за последний год. Крупная дрожь пробивала всё тело и в лёгких не хватало воздуха. Луке казалось, что он задыхается и его накрыла истерика. Неконтролируемые рыдания вырвались наружу вместо злости, которую он хотел вымесить минутами раннее. Элиотт осторожно, словно боясь спугнуть раненного зверька, коим и был сейчас по сути парень, обнял Луку и притянул к своей широкой и тёплой груди, позволяя уткнуться в неё. На этот раз Лука не отталкивал и не просил убрать рук. Он только закрыл глаза и прижался ближе, упираясь ладонями в стену, боясь прикоснуться ими к Элиотту. — Меня все ненавидят, так почему ты... — Потому что мне не плевать на своего соулмейта, — Элиотт не дал договорить Луке, он только успокаивающе поглаживал парня по спине. — Но я не хотел этого, — всхлипнул Лука с силой зажмуривая глаза, до цветных пятен перед глазами. — Не хотел, чтобы я оказался твоим соулмейтом. Ты не заслуживаешь такого соулмейта как я, — срывающимся голосом произнёс Лалльман. Он отрицательно замотал головой из стороны в сторону, и кажется его рыдания стали еще сильнее. Лука попытался оттолкнуться от стены, чтобы вынырнуть из объятий Элиотта. Но крепкие руки удержали его, не позволили. — Тш-ш, тише, ну куда ты собрался в таком состоянии? — Демори перехватил ладони Луки и бережно переплел их пальцы. Он отчего-то был уверен, что сейчас Лука не станет сопротивляться.

alec benjamin — let me down slowly

Полные слёз глаза Лалльмана широко раскрылись от удивления. Лука искренне не понимал почему Элиотт всё ещё стоял рядом с ним и успокаивал, вместо того, чтобы уйти и больше никогда не возвращаться к такому придурку, как он. Когда Лука посмотрел на их переплетённые пальцы, он почувствовал как его дыхание постепенно начало выравниваться и приходить в норму, а слёзы прекратили свой безвольный поток. В груди зародилось что-то такое тёплое, что-то чего Лука раньше никогда не чувствовал. Ему стало так спокойно и хорошо, что он на миг забыл причину, по которой они находились в подобном положении. Так вот каково оно, касаться своего соулмейта. — Лука, — Элиотт смотрел на него со всей своей чуткостью во взгляде. — Пожалуйста, перестань меня отталкивать. Давай просто поговорим. — Ты правда хочешь разговаривать со мной после всего? — с надеждой спросил Лука, неверяще глядя на Элиотта. — Конечно. Я хочу тебя понять. Хочу помочь тебе, — Демори отпустил одну руку Луки и потянулся ладонью к его лицу, чтобы вытереть застывшие слёзы. У Луки защемило в груди от нежности, которую проявлял Элиотт по отношению к нему, не смотря на то, что он этого не заслуживал. — Я не знаю, как я смогу все исправить, — честно признался Лалльман, позволяя себе вновь уткнуться лицом в грудь Элиотта, чтобы только не встречаться с ним взглядом и не разреветься вновь. Слёзы, которые он сдерживал всё это долгое время так и просились наружу. — Вместе мы справимся, слышишь? — Элиотт оставил невесомый поцелуй на макушке парня. — Я этого не достоин, я тебя не достоин, — вновь замотал головой Лука. — Я был таким долбоёбом. — Не говори так, — Элиотт обхватил лицо Луки ладонями и поднял вверх. — Сейчас мы пойдём ко мне, — Демори осёкся, — или к тебе, если хочешь. Ты успокоишься и мы обо всём поговорим. — Ко мне нельзя. У меня соседи, они... — Лука тряхнул головой и заглянул в серые глаза напротив. — Я не... — Тогда давай ко мне, я живу один, никаких проблем не будет, — мягко улыбнулся Элиотт, а Лука кивнул в ответ. Элиотт еще не до конца понял, как нужно вести себя с Лукой. Но, казалось, сейчас тот пошел бы за ним куда угодно. Поэтому Элиотт заботливо взял ладонь Луки в свою и неторопливо повёл к дому. Он был уверен, что теперь всё будет хорошо.