Истины не существует

Детектив Рид и офицер Чэнь постоянно друг с другом шушукались. Если поначалу это даже не интриговало, то к концу второго месяца знакомства с участком, коллегами и существованием в целом RK900 принял вызов, который ему, разумеется, никто не бросал. Несмотря на продолжавшую греметь революцию и на регулярные кровавые стычки эти двое обращали внимание на андроидов только при необходимости воспользоваться оборудованием. Коннор находил это возмутительным, RK900 это не волновало. Его профессиональный интерес вызвали провальные попытки подслушать. Детектив говорил невероятно быстро, офицер — очень мелодично, певуче, но неразборчиво. Часто они говорили одновременно, и слившиеся голоса превращались в шушуканье. Не то чтобы RK900 нечем было заняться. Но усталости он не знал, а работа быстро превратилась в рутину, в повторяющийся круговорот бессмысленной жестокости, беспощадной глупости и потребительской жадности. А случайно пойманная загадка манила своей нестандартностью. RK900 знал, что случайностей не существует, что абсолютно всё подчиняется строгой системе. Коннор уверял, что жажда упорядочить окружающее вшита во всю их серию. RK900 не слишком доверял мнению старшей модели ввиду её прописанной в коде девиации. Всё-таки Коннор был создан как средство для достижения конкретной цели — которую провалил так мастерски, заперев Аманду в бесконечном цикле, что девиация была вполне очевидна, а не получивший приказа RK900 не обнаружил необходимости уничтожить девианта и просто занялся тем, что предписывала ему управляющая программа. Но суть оставалась той же, а обозрения расширялись. Детектива Рида в Департаменте признавали хорошим специалистом, но предпочитали с ним не связываться. И дело будто бы даже не в том, что тот был пассивным — а иногда очень даже активным — агрессором и много ругался — люди просто старались его избегать. А вот с офицером Чэнь ситуация была прямо противоположная: она со всеми поддерживала крепкие приятельские отношения, и считали её хорошим человеком, не замечая профессиональных качеств. RK900 узнал, что Чэнь жила с женщиной, но при этом встречалась с мужчинами на одну-две ночи. Рид вообще не был замечен ни в каких отношениях, ни с женщинами, ни с мужчинами. Коллеги считали их дружбу с привилегиями, однако RK900, анализируя поведение и сложность характеров, секс из их отношений вычел. Детектив предпочитал минимализм, но даже то немногое, что хранил на столе, сваливал в бессистемный бардак, а дома у него даже необходимого — посуды, например — был недобор. Рабочее место офицера было заставлено горшочками с активно цветущими кактусами, а дом напоминал оранжерею, в которой прекрасно соседствовали экзотичные цветы из разных климатических зон. У Рида всегда холодные руки, он постоянно их грел о чашку с кофе, но при этом никогда не мёрз, жары, впрочем, тоже не замечал. Чэнь не умела одеваться по погоде, но ничуть не переживала по этому поводу. Рид утверждал, что никогда не покидал границ севера, предпочитая канадские пустоши южному побережью для отпуска. Чэнь со смешками жаловалась, что совсем забыла о тепле солнца и часто вспоминала богатство полных света лесов родного Кентукки. У Рида неопрятная щетина, неизменная, одной и той же длины утром и вечером, в понедельник и в пятницу. Но больше всего поражала его кожа, испещрённая застарелыми шрамами: какие-то были более заметны, а какие-то — едва-едва, придавая лишь слабую ассиметричность чертам. Чэнь обладала удивительно здоровой кожей без малейших дефектов и могла похвастаться длинной копной блестящих волос — этим она походила на андроидов больше, чем даже андроиды-модели или андроиды-актёры. RK900 собирал мелкие детали, никак их не анализируя, просто обозревая время от времени. Любые попытки сделать вывод вызывали критический сбой и красную стену, и только экстренная перезагрузка спасала от программной поломки. Вызов на вандализм — перфоманс — над андроидами RK900 принял вместе с офицером Миллером, однако, когда Рид узнал о подробностях дела: в раскуроченные корпуса на место биокомпонентов были вставлены человеческие органы, в сверху вместо скина местами была аккуратно приклеена кожа, — то вцепился в него руками, ногами и зубами и всё-таки выдрал его у не менее амбициозного, но менее опытного Миллера. Капитан после этой склоки выглядел даже помятым. В обозрения добавилась слабость детектива к маньякам, а так же что тот находил самую малость багнутый социальный модуль RK900 чрезвычайно занимательным. Однако обозревать нелинейность напарника не было проще, чем просто коллеги. Но именно из-за постоянной близости RK900 смог заметить непривычный ажиотаж Рида и Чэнь и их конспиративные переглядывания в ничем не выдающуюся августовскую пятницу. Несмотря на внешнюю эмоциональность Рид отличался каменным спокойствием, его показатели почти всегда находились на постоянном, пусть и довольно высоком, уровне, но в этот день они скакали в, как назвал RK900, не фокусируясь на собственных показателях, предвкушении чего-то. Следить за ними было очень сложно, что только сильнее подстёгивало профессиональный интерес андроида. С работы уходили они порознь; не доверяя геолокации их телефонов, RK900 наблюдал за ними, подключившись к общественным камерам. С наступлением темноты Рид на своём личном мотоцикле заехал за Чэнь и вместе они направились на юго-восток города. Их смартфоны стабильно показывали место проживания. В какой-то момент RK900 был уверен, что его застукали, но те просто развлекались, петляя по улицам, а в полузаброшенной части города работающих камер было мало. RK900 на кибер-такси держался поодаль. Они затерялись в строительных лесах на берегу Детройта, в двух километрах ниже от моста Амбассадор. Андроид шёл к воде, аккуратно перешагивая строительный мусор и огибая тяжёлую технику, стараясь производить как можно меньше шума. Признавать, что потерял их, он пока не планировал. Почти у самой реки он зафиксировал движение на башенном кране южнее. Процессы анализа пришлось совсем отключить, поскольку по башне быстро взбирался детектив Рид с офицером Чэнь на спине, иногда растягиваясь в длинном прыжке. На стреле, под углом вверх направленной в сторону воды, Чэнь встала на ноги, и они двадцать восемь минут бродили взад-вперёд. Вероятно, они о чём-то говорили, RK900 видел экспрессивные жесты, но не двигался с места, опасаясь движением привлечь внимание Рида, не взирая на внушительное расстояние. Вдруг Чэнь снова забралась на спину детективу, тот разбежался по стреле — быстро, слишком быстро, даже с отключённой аналитикой система сбоила, — оттолкнулся ногами с такой силой, что кран покачнулся, и по широкой дуге полетел в воду. RK900 вызвал скорую помощь и побежал по берегу в сторону предполагаемого падения — обзор на реку ему перекрывали новые и старые полуразрушенные постройки. Над водой далеко в стороны разносился смех. Хриплый мужской хохот перекрывал хрустальный перезвон, или серебряный щебет, или переливчатое пение… Андроид был абсолютно уверен в одном: человеческие женщины так не смеются. Быстрая обработка данных подсовывала легенды о сиренах и дриадах, андроид поместил их в обозрения без выводов и отозвал вызов скорой. Двое плескались в воде и явно не испытывали ни малейших проблем со здоровьем, нырнув с высоты около трёхсот метров. На ранний субботний вызов детектив явился в настолько приподнятом настроении, что RK900 не смог отметить его растрёпанность и влажные волосы молча. Рид в ответ хрипло смеялся, совсем так же, как там, на реке, и андроид уловил волнующую схожесть момента, возможность стать его частью. Через две недели партнёрша Чэнь сообщила о её смерти — множественные внутренние кровотечения без каких-либо следов внешнего воздействия. Смотреть на Гэвина было сложно, ещё сложнее — считывать показатели. Не в плане неподдаваемости, а по причине… RK900 не находил объективных причин, но не смотрел, формируя очередной пакет данных в обозрения. Система раз за разом пыталась давать названия возникающим без контроля имитационного модуля процессам, но андроид отклонял их до того, как код формировался, заполняясь системным мусором. Рид попросил отгул на следующий день, разумеется, получил его без вопросов. Вернулся он к началу своего рабочего дня удивительно посвежевшим, даже тени под глазами испарились, и он будто прибавил в весе, но тусклый взгляд и согбенные плечи сводили на нет впечатление. А потом RK900 случайно заметил новость о нападении диких зверей на группу браконьеров в кентуккийских лесах, массово вырубающих старые деревья: люди были жестоко убиты и обескровлены. RK900 не пытался ассоциировать гибель одного из старейших деревьев со смертью Чэнь, а убийства браконьеров — с отгулом Рида и его обновлённым физическим состоянием. Детектив перестал шутить. Вместо мрачного и матерного юмора он выдавал злобные жестокие подколки, но по большей части молчал. Система подмечала в состоянии человека «траур», «горе», «страдание», «утрату»… Особенно много синонимов система находила потере в эмоциональном спектре детектива. «КиберЛайф» не могли позволить девианту служить в полиции, но ведь Коннор был девиантом — и скрывался. Алая стена, давно покрытая трещинами критических ошибок, развалилась легко, но систему не накрыло лавиной таящихся за ней и несущих хаос процессов. В приоритете было другое. Другой. Загадки отошли на второй план. С наивысшего угла обозрения открывался вид на все собранные детали, наконец-то обрётшие порядок. В систему мер легли новые понятия, неся гармонию. Мир, вместо того, чтобы утратить лад, обрёл стройность. RK900 стоял вплотную к Гэвину, чуть сжимая его безвольную ладонь кончиками оголёных от скина пальцев, и говорил много, говорил всё, что мог сказать, говорил тихо-тихо, намеренно настолько тихо, что ни один человек не смог бы разобрать его речь. О том, что смерть — это естественное течение жизни. Не финал — течение. Странно, что Тина не смогла привить ему это. Рид дышал глубоко и вдумчиво. RK900 на всякий случай тоже опробовал воздух, но не нашёл в нём никаких отклонений от нормы для детройтского воздуха на заднем дворе Департамента. Когда андроид закончил выкладывать свои обозрения, Гэвин едко, но беззлобно отметил его склонность к всратым словам, прикрыл глаза и мягко сжал в ладони пальцы RK900.